Когда терпение Британи вконец истончилось, дверь с шумом распахнулась, явив пропахшего морозной свежестью Гвена Лабриана. На расстегнутом пальто серебрились снежинки. Странно, небо ясное. Версию со снежками Бри тоже отмела: вряд ли в академии нашлись желающие гарантированно получить двести штрафных баллов. Да и не похоже на прицельный удар: быстро таявшие в тепле кристаллы равномерно распределились по плечам и рукавам пальто. На щеках Гвена играл румянец, разноцветные глаза возбужденно блестели. А, наверное, он с тренировки: даже магам его уровня необходимо поддерживать форму. Найдя разумное объяснение снежинкам на пальто, Британи сосредоточилась на руках ректора. Не то чтобы они представляли особый интерес, просто девушке было неловко в обществе господина Лабриана.
– Простите, что заставил вас ждать, – извинился Гвен и прошел к столу. – Надеюсь, Нора предложила вам чаю?
Шарф и пальто ректора полетели на кресло. Он остался в свитере с высоким горлом и практичных брюках для верховой езды. Хм, в обыденной жизни господин Лабриан предпочитал строгие «тройки». Новый образ казался таким домашним, не хватало только красной нити на запястье – первого магического опыта племянника или племянницы, и все, отец семейства готов.
Пригладив распущенные волосы, Гвен подошел к двери и крикнул Норе:
– Никого ко мне не пускать! Сделаете, как мы условились.
Страх боролся с любопытством. Британи искала и не находила поводов для разноса. Но и для поощрений тоже. Однако факт оставался фактом – ректор собирался поговорить о чем-то важном.
– Простите еще раз, – вновь обернулся к студентке Гвен и напряженно улыбнулся. – Я только что вернулся из… А, неважно! Словом, господин Диас немного не рассчитал время.
Британи ожидала, что господин Лабриан сядет, но он оперся поясницей о край стола рядом с ее креслом, практически касаясь девичьих коленей. Пришлось подогнуть их и чуточку отодвинуться.
– Вы боитесь? – От Гвена не укрылся ее маневр.
– Немного, – поколебавшись, призналась Бри.
Впервые за несколько минут она осмелилась поднять глаза и посмотреть ему в лицо. Вроде, никаких следов гнева, наоборот, ректор всеми силами старался казаться милым, доброжелательным, однако глаза выдавали обман. Там, на самом дне, ворочалось беспокойство. Но кто сказал, что оно связано с Британи? Наверняка возникли проблемы с финансированием, и ректор думал сейчас не о природнице-первокурснице, а об упертых чиновниках и банкирах. Может, он даже ездил к одному из них с частным визитом – отсюда и форма одежды.
– Не стоит. Ничего плохого я не предложу.
Бри нахмурилась. Предложит? Выходит, упрямый Алан Блеккот сегодня вновь докучал ректору, и впереди девушку ждала старая шарманка о переводе на одну из темных специализаций.
– Мастер Лабриан, – Британи решительно поднялась, – я очень ценю ваше время, поэтому не стоит…
– Всегда выслушайте перед тем, как начать говорить.
Гвен остановил ее, вытянув руку. Он отошел от стола, однако по-прежнему не спешил садиться, занял другую наблюдательную позицию, у камина. Искры огня, созданная ими игра света и тени превратили болотный глаз в подобие ока дракона, тогда как карий напоминал вековечную Тьму. Чарующая полихромия завораживала, поневоле заставляла следить за лицом ее обладателя. Примечательно, Кристиану она не досталась, чтобы полностью копировать брата, ему приходилось прибегать к иллюзиям.
В голову, не иначе от волнения, лезли разные глупые вопросы. К примеру, почему Гвен, вопреки обыкновению, не забрал волосы в хвост? Он всегда строг, пунктуален, серьезен, а тут словно стал другим человеком… и помолодел лет на пять-десять лет, хотя и прежде, даже с натяжкой, Британи не могла назвать его старым. Она лишь догадывалась, что ректору далеко за тридцать, хотя при первой встрече приняла его за молодого преподавателя.
– О чем вы хотели поговорить, мастер Лабриан? – решилась прервать странное молчание Бри.
Хватит ректору задумчиво на нее смотреть! Если он не перестанет, девушка пойдет красными пятнами.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-390', c: 4, b: 390})
– О вас, разумеется.
Теперь улыбка Гвена вышла теплой и искренней.
Британи моргнула и сцепила пальцы на коленях. Она не сменит факультет, и точка! Ни кнут Алана, ни пряник Гвена не помогут. Не хватило только поставить этих двоих рядом, для совместной обработки упрямой студентки.
– Расслабьтесь, Британи.
Бри вздрогнула и широко распахнула глаза, удивленно посмотрела на ректора, когда его ладонь неожиданно легла ей на плечо. Когда он успел оказаться столь близко, почему так непонятно себя ведет?
– А если я закричу? – нахмурившись, поинтересовалась она и на всякий случай приготовилась дать отпор. Но Гвену ли? Поведение больше подходило Кристиану, но барон Ташир утверждал, тот мертв. Или?.. Британи доподлинно не могла сказать, кто перед ней.
– Зачем? – удивился господин Лабриан, но руку убрал, сел, наконец.
Бри выдохнула. Когда между ними стол, одной проблемой меньше.
– Вы не Кристиан? – продолжая хмуриться, допытывалась она.
По лицу ректора пробежала тень. На краткий миг оно превратилось в восковую маску.
– Нет, – медленно покачал головой он. – Даю слово, Британи, я тот, за кого себя выдаю. Моего брата… – тут Гвен сделал паузу, чтобы глотнуть воздуха, – больше нет. Но это неважно, потому что Кристиан не имеет отношения к нашему разговору. Вы привыкли видеть меня в образе огнедышащего дракона, верно? Отсюда страх, недоверие, когда я вдруг предстал без привычной маски.
– Что-то вроде того, – уклончиво ответила девушка, пока не понимая, к чему он клонит.
– Любой человек играет несколько ролей. Я бываю не только ректором академии, как и вы не только студентка.
Британи окончательно запуталась и подумывала, не сбежать от странного Гвена Лабриана. Может, он под действием дурмана? Девушка слышала, что курение подобных сборов пользовалось популярностью в аристократической среде, хотя не могла взять толк, в чем прелесть наркотических видений.
– Речь не о вашем даре, – вконец заинтриговал Гвен.
– Я не понимаю…
Бри подвинулась к краешку кресла, готовая в любой момент сорваться с места. Дверь не заперта, фактор неожиданности на ее стороне, девушка успеет ускользнуть.
– Британи! – укоризненно покачал головой Гвен.
Не сводя с нее глаз, он поднялся, но пока не спешил сокращать разделявшее их расстояние.
– Британи, – повторил Гвен, – пожалуйста, выслушайте меня и не спешите с ответом. Нора охладила шампанское, надеюсь, скоро мы отпразднуем сделку.
В горле запершило. Кажется, бежать поздно, надо было раньше. Недаром предчувствие предупреждало: не ходи!
– Боюсь, мне нечего вам предложить, – хрипло заметила Британи.
Ректор рассмеялся, легко догадавшись, на что она намекает.
– Вы ошибаетесь, Британи, очень сильно ошибаетесь. И к банальному соблазнению это не имеет никакого отношения. Поверьте, если бы мне хотелось, вы давно бы стали моей любовницей.
Бри нахмурилась. Кроме тела, ей точно предложить нечего. Выходит, Гвену известно нечто, о чем она пока не подозревает. Однако господин Лабриан не оставил времени на размышления. Быстро обогнув стол, он под громкое девичье аханье опустился перед Британи на одно колено и, отметая последние сомнения, попросил:
– Госпожа Орув, окажите мне честь, станьте моей женой.
Если бы сейчас обрушилась Черная башня, или день поменялся с ночью, она не заметила бы. Хватая воздух ртом, словно рыба, Бри круглыми от недоумения глазами уставилась на Гвена. Все ждала, он улыбнется, скажет, что пошутил, но проходила минута за минутой, а ректор все так же молчаливо требовал ответа.
– Мастер Лабриан, встаньте, пожалуйста, – покусывая губы, пробормотала Бри. – Негоже вам… Вдруг кто увидит?
– И? – Ее доводы не возымели действия.
– Мастер Лабриан, вы с кем-то поспорили? – вдруг осенило Британи.
Ну конечно, вот оно, логичное объяснение! Сейчас вспыхнет переговорный шар, и по ту сторону возникнут приятели ректора. Правда, подобные забавы процветают в студенческой среде, а Гвен Лабриан, даже при своем навечно застывшем на неизвестной отметке возрасте, далеко не юноша.
