тебя и Юлю беспокоюсь! Я там чуть не сдох в тех сраных коридорах, мне ногти выдирали и к сотрудничеству склоняли! Людей положил столько, что даже посчитать не могу! Это, черт тебя дери, уже не шутки! — у меня что-то оборвалось, надломилось. При всей своей выдержке, у всего есть предел. Сорвался на крик, активно жестикулировал, пытаясь донести свою точку зрения.
— А нехрен за нас решать, чего делать или не делать! Сказано тебе, что один на один в этом говне ты не останешься, значит так и будет! — как хорошо, что в личных комнатах идеальная звукоизоляция. Ни единая живая душа, кроме нас двоих, не услышит этого разговора.
Я обмяк. Последние силы были потрачены на попытку переубедить балбеса-Илью. Почему он не может понять, что я просто не смогу жить с тем, если кого-то из моих друзей убьют из-за меня.
Илья, глядя на меня, опустошенного и ослабшего, вдруг тоже изменился. Может, осознал, что переборщил? Он шумно выдохнул, расслабил руки, прикрыл глаза, борясь с чем-то внутри себя.
Мои плечи опустились. Было одно желание — чтобы поскорее все это закончилось.
— Так, давай успокоимся. — вдруг взял себя в руки всегда вспыльчивый танк. — тебе сейчас явно не до решения насущных проблем. Если можешь — поспи. Утром я все расскажу Юле, пусть в игру зайдет. Сам с ней поговоришь. А я, — он глянул на мою полоску-индикатор над головой с именем и уровнем, — пойду качаться. Ты какими-то своими хитростями одиннадцатый взял, класс еще странный. В общем, догонять тебя надо. У тебя там таймер появился уже?
Его голос стал сливаться в какую-то единую мешанину. Я слышу слова, понимаю его интонацию, но совершенно не улавливаю смысла сказанного.
— А? — переспросил я.
— Балда. — передразнивает меня Илья. — я спрашиваю, таймер появился?
Таймер до принудительного вывода из первачника. Не выйду за отведенное время сам — меня отсюда выкинет телепортом. И он появился.
— Да. Двадцать один час с копейками. — кажется, мне дали ровно сутки с момента, как я превысил минимально необходимый уровень для выхода в «большой мир».
Друг сновал по небольшой комнате туда-сюда, скрипя половицами. Наконец, продолжил.
— Сделаем, как я говорю. Все будет нормально, братишка. Иди, полежи. — он кивнул в сторону кровати. Я с неохотой перебрался на перину. Голос у него был успокаивающий. Стало реально как-то спокойнее. Проблемы сегодняшнего меня достанутся завтрашнему Майку. Устраивает.
Мы распрощались, дверь здоровяк за собой запер. А я даже не помню, как опустил голову на подушку, набитую соломой.
Сон в игре странная штука. Почти бесполезная, мозговая активность происходит снаружи. Как такового отдыха и не выходит. Но в моем случае не так — я чувствовал, как выспался. Будто и правда хорошенько поспал на своей постели в реале. В организме странная смесь из тревог и нового начала. Тянет что-то за ребрами, но в собственных мыслях сошелся на том, что это фантомные боли от дырок после пуль.
Поднялся, глянул внутриигровые часы. Немногим больше восьми. До выброса меня из первачника плюс-минус пятнадцать часов. Список друзей проверил первым делом — хотелось разобраться с объяснениями для Юли и с относительно чистой совестью решать свои текущие проблемы. А заняться было чем: текущий расклад был таков, что от меча нужно отказываться. Даже жалко, будто привык к этой рельсе. Но ничто не заменит старых добрых кинжалов, особенно с пятым легендарным навыком владения этим оружием. В списке друзей единственное зеленое имя, помеченное как «В сети», было у Феса. Последние события стерли из памяти, что я обещал ему помочь.
— Привет. Извиняюсь, по личным моментам не играл. Что у вас там с кладбищем? — написал я ему в личные сообщения, но ответ не последовал. Что ж, занят человек, никуда не денешься.
Привыкший выполнять обещанное, мне было слегка досадно, что человек понадеялся, но помощи так и не дождался. Так что, если в моих силах будет сделать то, что обещал — сделаю. А пока пора бы выйти на свет божий.
— Привет! Да бывает, не парься. Мы прошли то задание, не без труда, но справились. Кира молодец — нашла на форумах, как завалить призрака. — вдруг поступило от Феса сообщение.
— Молодцы, давайте там, качайтесь. Пиши, если что. — вот и хорошо. Хоть и не помог, но совесть очистил.
— В подземелье пойдешь — зови. — отписал он. Диалог я закрыл. Извини, друже, мне теперь не до этого.
Внизу, за своим излюбленным столиком, сидела группа моего старого знакомого, Фарада. Я осекся, застопорился на секунду, пронеслась мысль — мой уровень и класс. Если мы с ним не в одной группе, класс он не увидит, а уровень — отлично даже видно. Хотя, мне плевать по большому счету. Трое суток прошло с нашей последней встречи, он сам и его группа уже в среднем выше седьмого уровня. Так что, мой прогресс со стороны сложно назвать аномальным.
Он заметил, что я затормозил у лестницы. Кивнул мне приветственно, я ответил тем же. Думаю, ему не до меня — у них живо идет обсуждение последней зачистки шахт кобольдов. Прошли таки. Я вышел из таверны, чтобы посетить кузнеца, и с облегчением отметил, что проходя мимо группы араба, внимания на меня никто не обратил.
В Ривердейле был специалист по железу и стали, его мастерская располагалась на окраине, в самой южной части деревушки. Там сторона подветренная, дым уходит, как правило, за пределы поселения, уносимый ветром.
Доменная печь с широченной трубой показалась за ближайшим поворотом. Коптила чернотой воздух. Приблизившись ближе, я стал отчетливо слышать стук кузнечного молота по наковальне.
— Уважаемый, добрый день. — начал я, ступив на первую ступеньку крошечной лестницы.
— Добро пожаловать в мою кузницу, путник. — ответил невысокого возраста мужчина в годах, приветливо улыбнувшись во все тридцать два, четыре из которых были из металла. Стоматологом тут кто-то подрабатывает, чтоли…
[НПС: Гаррик, кузнец в деревне Ривердейл. Уровень: 20.]
— Хотел бы взглянуть на Ваши изделия, и свой скарб показать, на переплавку. — три единственных ступеньки я преодолел, оказавшись под навесом кузнечной веранды. Облокотился к балке, удерживающей крышу.
— Это я завсегда-а! Чего желаешь? Аль свои пожитки дай оценить! — развел ручищами в стороны заинтригованный сделкой ремесленник.
Мне нужны были кинжалы. В итоге, сделку мы совершили, но четко по нулям — я
