Читаем без скачивания Разрушители - Дональд Гамильтон

Мягкое название целей нашей организации, не слишком широко известное в Вашингтоне, определяется как контрубийство. Когда одно из правительственных агентств начинает терять своих людей, столкнувшись с противником, который оказался им не по зубам, обращаются к нам, прося незаметно избавиться от него. Однако довольно часто нас привлекают и в тех случаях, когда возникает необходимость в мужчине или женщине, отличающихся большей пуленепробиваемостью, нежели обычные правительственные служащие.

- И как же мне предлагается отреагировать в случае, если кто-нибудь проявит интерес к моей скромной персоне? - поинтересовался я.

- Чрезвычайно просто, - ответствовал Мак. - Прежде всего, ты не позволишь им убить себя и уничтожить яхту. Далее, захватишь их и сообщишь об этом по определенному номеру, после чего пленных у тебя заберут. Если обстоятельства вынудят тебя кого-либо убить, к этому отнесутся с полным пониманием, однако, желательно заполучить голубчиков живыми и не утратившими дара речи. Дама, от которой я получил указания, намекала на существование обширного заговора, участников которого ей хотелось бы допросить.

Я вздохнул.

- Боже мой, еще один крупный заговор! Боюсь, мне этого не пережить, сэр. - Я выразительно зевнул. Мак и бровью не повел. Я продолжил: - Итак, вы говорите, если просижу на этой яхте до того, как подуют холодные осенние ветры, и ничего не произойдет, мне предстоит отчалить и направиться на юг?

- Да. Проследуешь во Флориду по заданному маршруту в надежде, что неприятности начнутся по пути. К этому времени яхта, да и ты сам должны находиться в состоянии полной походной готовности.

Настало время упомянуть еще об одной немаловажной детали, которой он, похоже, пренебрег.

- Допустим, я успею ее подготовить. Однако, имея в распоряжении всего пару месяцев, я вряд ли успею еще и попрактиковаться в мореходстве. Боюсь, и целого лета не хватило бы, чтобы по-настоящему освоиться с управлением яхтой и навигацией. Разумеется, я могу изображать из себя опытного яхтсмена - мне не впервой - однако я еще ни разу не имел дела с такой большой яхтой, и если ваши знакомые хотят, чтобы я доставил ее на юг в целости и сохранности, им не помешало бы отрядить мне кого-нибудь в помощь. Путешествуя в одиночку, я почти наверняка налечу на рифы, прежде чем покину Лонг-Айленд Саунд.

Мак кивнул.

- Я уже сказал нашим друзьям, что несмотря на несколько удачных операций на воде, опытным мореплавателем тебя не назовешь. Они ответили, что надеются на завершение операции до наступления осени. Если же нет, без помощника тебя не оставят...

Глава 3

Зигги Кронквист подняла паруса еще до того, как мы миновали Дак-Айленд, сразу за устьем реки. Причем, опять предпочла проделать все самостоятельно, дабы лучше освоиться с яхтой.

Стоя в рубке за штурвалом, я мог без труда наблюдать за ее действиями, спереди - через ветровое стекло, а сзади - через большой прозрачный верхний люк, который открывался на манер ветрового автомобильного люка. Правда, сейчас открыть его не удалось бы, поскольку я поместил сверху спущенную и сложенную резиновую шлюпку, посчитав, что в столь позднее время года ветровой люк вряд ли пригодится. Кроме того, я не нашел для шлюпки другого подходящего места. Маленький, в две с половиной лошадиных силы, шлюпочный мотор был закреплен на корме.

Люк предназначался не только для вентиляции, но и для наблюдения: дабы рулевой мог приглядывать за гротом наверху. Когда мы выходили из гавани, большое полотнище было свернуто на предназначенном для этого патентованном приспособлении с кормовой стороны мачты, но как только достигли открытой воды, Зигги потянула за оттяжку, и парус развернулся, как большая оконная штора странной треугольной формы. Меньшие стаксели на носу распускались далеко не столь эффектно - всего лишь поднимались, как и положено обычным парусам.

Я почувствовал, как "Лорелея-3" вздрогнула и слегка наклонилась, подхваченная порывом ветра - мы как раз миновали оконечность Дак-Айленда и вышли на простор Лонг-Айленд Саунда. Девушка на палубе принялась подымать паруса. Блоки заскрипели и застонали. Зигги присоединилась ко мне, слегка раскрасневшаяся и запыхавшаяся, откидывая назад растрепанные ветром волосы.

- Эй, а ты неплохо управляешься со штурвалом. Чудесный денек, правда? Дай-ка я подвяжу чем-то эту forbannade, шевелюру, а потом сама поведу яхту, если не возражаешь, но только не из этой душной каюты.

Пройду на внешний пост... Минутку... - Она спустилась вниз по трапу и тут же появилась вновь, прилаживая на голове голубую ленту. - Как переключается управление?

- Его вообще не нужно переключать. Как я уже говорил, повсюду используется гидравлика. Для управления с верхнего поста достаточно перевести регулятор двигателя в нейтральное положение. - Я отвел назад единственный рычаг - дроссель и передачу одновременно - и грохот дизеля перешел в тихий шепот. - Можешь подниматься наверх. Тахометра нет, показания придется громко называть отсюда.

Я дал знать, когда она правильно отрегулировала управление наверху. После чего вышел наружу - пол рубки отделяли от боковой палубы три ступени - и по узкому проходу пробрался на корму. От падения в воду меня страховали массивные деревянные поручни, вызывающие значительно больше доверия, нежели хлипкие тросы, наличествующие на большинстве яхт. Мне подумалось, что кому-то было далеко не просто перекинуть Джесперсона через эту тридцатидюймовую изгородь.

Я поднялся еще на пару ступеней и присоединился к Зигги на приподнятой кормовой палубе, выступавшей наподобие надстройки на испанском галеоне, и одновременно служившей крышей моей каюте. Девушка стояла за огромным крейсерским штурвалом позади рубки. В отличие от отполированного деревянного колеса внизу, штурвал был изготовлен из блестящей нержавеющей стали. Ветер, оказавшийся значительно более сильным, чем я предполагал, сопровождался постаныванием такелажа и плеском волн.

- Хорошая, устойчивая яхта, - прокричала девушка. - Возможно, удастся использовать большой кливер, но мне не хочется рисковать при столь сильном ветре. К тому же, его пришлось бы уравновесить бизанью на корме. По-моему, нам пока хватит парусов, а?

Я застонал.

- Милая, я - закоренелая сухопутная крыса, для которой чем меньше забот об этом брезенте, тем лучше. Или паруса нынче делают из дакрона?

Зигги рассмеялась.

- По-моему, ты притворяешься, дружок. Во всяком случае, со штурвалом управляешься превосходно. Да и яхту знаешь очень хорошо. Думаю, ты пытаешься выглядеть намного хуже, чем есть на самом деле.

- Только не рассказывай моему шефу, Бога ради! Не то в следующий раз он отправит меня командовать авианосцем.

Она вновь рассмеялась, шагнула в сторону, чтобы слегка ослабить полотнище грота, и поймала штурвал, прежде чем яхта успела сбиться с курса. Вид у Зигги был весьма живописный: широко расставленные сильные, загорелые ноги и несколько локонов блестящих волос, выбившихся из-под повязки, делали ее чуток неимоверным зрелищем, но как я уже говорил, все положение было достаточно неимоверным.

Мак, видимо, задался целью сделать из меня истинного морехода. Помнится, первым судном, с которым пришлось иметь дело по долгу службы, стала небольшая пятнадцатифутовая лодка с навесным мотором, которую я с трудом спустил с трейлера. И вот оно, мое последнее достижение: огромная тридцативосьмифутовая двенадцатитонная яхта с мотором. Казалось бы, человек, ведущий свою родословную от викингов, должен испытывать трепет восторга, ступив на палубу эдакой красавицы, и признаю, временами меня-таки охватывало некое атавистическое возбуждение, однако по большей части я воспринимал эту прогулку как серьезное испытание на собранность - и будучи обычнейшим уроженцем Новой Мексики, а стало быть - человеком весьма далеким от водной стихии, все свои усилия сосредоточивал на том, чтобы избежать каких-либо роковых ошибок, по возможности предоставляя управление судном другим людям. Таким, как Зигги Кронквист.

В настоящее время мы пробирались через Плам-Гат, узкую щель между Плам-Айлендом и Ориент-Пойнтом. Судя по карте, данное место представляло собой восточный конец Лонг-Айленда - вернее, один из его восточных концов. Последних имеется два, поскольку Лонг-Айленд разделен наподобие вилки. Более длинный конец, выступающий в Атлантический океан дальше к югу, именуется Монтаук-Пойнт. К нему мы и направлялись.

В заливе Гардинерс, позади Гата, ветер еще более усилился. Корму то и дело обдавало брызгами. Я счел это малоприятным и вернулся в рубку, поскольку и без того провожу на свежем воздухе достаточно много времени и не считаю нужным доказывать свою водостойкость без особой на то необходимости. Вскоре двигатель смолк, и в рубке появилась Зигги, которая закрыла за собой дверь и остановилась, чтобы вытереть намокшее лицо. Затем она взялась за штурвал и вновь включила двигатель, установив крейсерскую скорость в 1800 оборотов в минуту.