излучение на уровне обычного человека». Три раза Ха. От проводника Древа прямо-таки фонит энергией Жизни! Да она даже вдали от своей звезды тут восполняет свои силы. Должно быть её скепсис отобразился на её лице, так как один из пиратов уверенное заявил:
— А сканеры показывают, что пустой. Но это мелочи. Вот сюда посмотри: «Повреждения не совместимы с жизнью», а знаешь, что это значит? Вижу, что не знаешь. А это значит, что искин медкамеры не смог его квалифицировать. Определить его расу. Искин, четвёртого поколения, лучшее, что есть в свободной продаже понятия не имеет, кто он, — при этом он указал пальцем на человека в клетке, который всё это время безмятежно спал. — Но при этом больше всего похож на человека. Вот только он точно не человек, скорее мутант. Его аномальное шестрикамерное сердце искин квалифицирует, как необратимое повреждение и признал это с повреждениями несовместимыми с жизнью. Даже предлагал провести имплантацию и заменить его на синтезированное. Как думаешь, стоило нам инициировать эту процедуру? Ну, а что, спасли бы парню жизнь?
— «Золушка? Красавица? Кара? Кассандра? Катю убивают, спаси её!», — Дриада тяжело вздохнула от бессилия и всерьёз задумалась, чтобы снять оковы с магического ядра, в которую она его заплела, чтобы оно не разорвалось. Так ведь рано ещё, ему окрепнуть нужно и также восстановиться.
— Ты что-то знаешь про него, рассказывай.
От шокирующего импульса Фиону свело судорогой, и она невольно простонала, но стойко выдержала. Рабская нейросеть, как её называли позволяла практически любому из окружающих угрожать ей. Но её не тронут. Не посмеют. Она мало того, что ценный товар, так ещё и постоять за себя может, особенно, если выбора не будет.
— И так. Почему маг уровня С-4 боится странного мутанта, найденного на неизвестной дикой планете?
И снова импульс вызвал в ней судорогу. Её долго пытали, но сломить подобным образом волю так и не смогли. Знали бы они, через какие боли проходит маг в процессе обучения.
— Хорошо. Давай зайдём с другой стороны. Посоветуй нам, что с ним делать?
И снова она молчала, отстранившись от вопросов.
— Какую ценность он представляет и главное для кого? Кто нам может предложить наибольшую цену за него?
Вот тут она встрепенулась и оживилась. Первая мысль была посоветовать вернуть его туда откуда его взяли, ведь он там наивысшая ценность, хоть и не ясно, что местные могут такого предложить взамен, но потом…
— Эльдарам, — осторожно выдала она.
— То есть вам? — хохотнул боец. — Ты смотри, — толкнул Зимонд Устида, глядя на показания, что получал от нейросети. — Не врёт.
— Да маги вообще не врут. Я про такое и не слышал никогда.
— Да много ты с ними общался! Ну так что красавица? Сколько Лютый может стоить?
— На Эльдаре вам предложат в десять раз больше, чем где бы то не было.
— Хорошая попытка. Ты нам предлагаешь к ним лететь и они нас принят с распростёртыми объятиями и не будут атаковать на подлё…?
Все повернулись в сторону пленника, который в этом момент явно непроизвольно дёрнулся.
— Судорога? — предположил Зимонд.
— Похоже на то… Эй!
Фиона незаметно для всех при первом признаке движения Лютого оказалась в дальнем углу своей клетки и при этом явно применила, какую-то скрытую технику. Её метаболизм замедлился, да так что сканеры едва улавливали в ней признаки жизни.
— Да что ты в самом деле его так боишься? Ведь не убьёт он тебя. Вот смотри сюда…
— «Будем атаковать? Хм-м. Эй, Будем Атаковать, просыпайся. Ты смотри, а ведь есть реакция. Так значит звать тебя Будем, атаковать⁈ Вот и нашли твоё имя».
— Ты посмотри, кажись очухался!
— Рано ему ещё, пусть поспит до вечера, пока нейросеть устанавливается, — с этими словами Зимонд перевёл игольник в нужный режим и выстрел. Заряд транквилизатора угодил точно в предплечье, и пленник сначала взглянул на угольник, а затем опрокинулся.
— И так Фиона… смотри сюда. Искин выведи степень угрозу заключённой Снежной.
— «Суммарный коэффициент угрозы от 290 до 350», — без эмоционально сообщил искин и вывел множество параметров.
— Да ты у нас вообще боевая, — усмехнулся Устид. — Сильнее четверти моих бойцов, — кивнул он в сторону стены, где эти самые бойцы и расположились.
Только вот какое значение имеет сила, если её нельзя использовать? Кто вообще из Эльдарцев поднимет руку на него?
— И заметь, это вдали от твоей родной звезды. А теперь смотри сюда. Искин, рассчитай степень угрозы заключённого Лютый.
— «Суммарный коэффициент угрозы не менее 200. Будет уточнён при дальнейшем наблюдении».
— Чего? Да ты… — Зимонд не находил слов и глядел то в свой планшет, то на пленника, что безмятежно лежал. — Это ты вообще, как определила, а главное когда?
На экране воспроизвелась запись, как Зимонд выстрелил из игольника, и данная запись прокручивалась несколько раз под разным ракурсом, а в конце и запись с уже установленной нейросети пленника. Из этой записи искин зафиксировал то, на что два опытных командира отрядов даже не обратили внимания. По всему выходило, что пленник, находясь в подавленном состоянии после действия транквилизаторов, отследил момент выстрела игольника и полёт самого заряда. Феноменальная реакция, сравнимая с их собственной. Дополнительно к этому ещё ряд параметром, на которые они не обратили внимание. Строение костей, их эластичность и гибкость, кожного покрова, наличие мощного сердца, разветвлённой капиллярной системы, что в совокупности говорит, как о повышенной регенерации, так и способности выдерживать колоссальные физические нагрузки.
— Вот это у парня база.
— Даже рабская нерка повышает реакцию.
— Да брось, Устид. У парня потрясающая база. Нейросеть, конечно ускорят, но ведь она ещё не развернулась, к тому же рабская даёт незначительный прирост в скорости реакции. У нас то боевые стоят. Пойдём. Это нужно обмозговать.
— И провести дополнительные тесты.
— Обязательно. Всё равно нам тут заняться сейчас не чем.
Отсек опустел, но Фиона и не думала выходить из своей «скорлупы» и всё также сидела едва дыша, её опасения подтвердились. Спустя несколько минут пленник зашевелился и снова поднялся. И, если сейчас кто-то бы за ним наблюдает, то он заметил бы, как искин занёс ещё один параметр в личное дело Лютого: «Устойчивость к действиям транквилизаторам — высокая».
* * *
Стоило только открыть глаза, как пришлось их снова закрывать, но это не помогло. Перед глазами проносились странные надписи. Язык был незнакомым, но почему-то смысл в них для меня был понятным.
— «Лютый, вам установлено нейросеть класса Заключённый. Вы находитесь на крейсере Беглец. До особого распоряжения вам запрещается покидать место заключения и предпринимать действия, направленные на это. Запрещено наносить вред имуществу крейсеру Беглец. Запрещено нападать на персонал приписанный к Беглецу, на других заключённых…».
— Чё это за муть то такая? — пытался я проморгаться, но складывалась ощущение, что
