– Как повеселилась? – Я распахнула пальто, чтобы показать ему две плетки, подвязанные к подкладке. – Ага, у тебя с собой «убедители». Значит, повеселилась от души.
– Типа того. У него в последний час не стоял, так что мы разорили весь мини-бар и смотрели телик, Пятый канал. – Мы забрались в машину Н., припаркованную на тротуаре. – И он подарил мне серебряную соломинку для мыльных пузырей!
Я достала подарок из сумки. Он лежал в деревянной шкатулке, сделанной в форме крошечной бутылочки шампанского и обвязанной золотыми и черными лентами.
Я не чувствовала усталости, и Н. тоже.
– Хочешь, попускаем пузыри? – спросил Н., когда мы проезжали мост. Мы повернули и поехали вверх по тенистой набережной. Прибывающий утренний свет пускал по воде хмурые блики. Н. все знает о течениях Темзы, ему случалось видеть тела, которые вытаскивали из реки, он рассказывает мне, куда приплывают в теплую погоду водяные черепахи и тюлени. Он указал на здание, в нижнем этаже которого был бассейн, и сказал, что плавал там, когда учился в школе. А этот мост… он помнит, как с него бросилась одна женщина. Карманы ее были набиты галькой, но она и представить не могла, что в одежде застрянет воздух и не даст ей потонуть. Когда спасательные лодки приплыли, чтобы вытащить ее, она отчаянно сопротивлялась: «Бросьте меня обратно в воду, бросьте меня в воду!» Я откинулась на сиденье, полузакрыв глаза, пока он рассказывал мне другие городские байки. К восходу мы оказались на Чаринг-Кросс и принялись выдувать пузыри из остатков мыльного раствора, разведенного гнусной водой Темзы, на головы первых пассажиров этого дня.
Вторник, 4 ноября
Маленькие сумочки – ха! Журналы могут сколько угодно расхваливать тот или другой мини-ридикюльчик нового сезона. Но, учитывая, что́ я обычно беру с собой из дому, а именно:
пару складных ножничек (торчащие нитки – твой враг!)
ручку для заметок (моя память хороша – но не настолько хороша)
телефон (чтобы отзвониться в агентство по приезде и уходя от клиента)
презервативы (полиуретановые и латексные: у некоторых бывает аллергия)
ложку
бутылочку лубриканта
блеск для губ (снова наносить губную помаду после минета – слишком сложно)
пудру и тушь
маленький флакончик духов (подойдут любые с цитрусовой ноткой)
салфетки
запасные трусики и чулки
ключи, банковские карты, прочий обычный мусор
а иногда – зажимы для сосков, кляп и многохвостую резиновую плетку…
Вместительный баул – вот настоящий писк моды. Упаковать все это в сумочку от Фенди – трюк из обихода черной магии, который не смог бы освоить даже Гудини.
Среда, 5 ноября
Мне тут припомнилась фраза, о существовании которой я и думать забыла: «Крутить шашни».
Крутить шашни! Какая интригующая концепция! Так и вижу дилера казино в Вегасе, который переворачивает прикуп – эдвардианскую светскую красавицу. Госпожу, перебирающую визитные карточки на серебряном подносике. Госпожу, хлещущую связанных пленников, поворачивающихся наподобие сосисок в гриле…
Четверг, 6 ноября
У меня чудесные родители. Я знаю, что необъективна, но это правда. Несмотря на то что покинула отчий дом несколько лет назад, я по-прежнему почти ежедневно разговариваю с кем-нибудь из них, а то и с обоими.
Официально они как бы не в курсе, чем я занимаюсь. Знают, что я занята в сфере сексуальных услуг – но и все тут. Зная мою матушку и ее, свойственную среднему классу, щепетильность, можно предположить, как она рассказывает своим друзьям, что я – торговый представитель фирмы «Myla»[6] или что-то в этом роде.
Официально родители как бы не в курсе, чем я занимаюсь.
Таким образом, хотя официально они не в курсе, подозреваю, что неофициально – очень даже в курсе. Или по крайней мере догадываются. Они же не дураки.
Я позвонила домой просто так, без всяких особенных причин.
– Привет, лапонька, – проговорил папа. – Все улицы топчешь? Ха-ха-ха!
– Ха-ха… – уныло проблеяла я. – Мамуля дома?
Он утвердительно буркнул и передал ей трубку.
– Когда домой собираешься? – спросила она. Ни «привет». Ни вопросов о моем здоровье. Никто из ее семейства никогда не заморачивался на светских любезностях – со времени о́на. Быка за рога – такой уж у них стиль.
– Может, через пару недель…
– Как у тебя с работой?
Я помычала в трубку. Не могла вспомнить, что я в последний раз ей сказала. Что ищу работу или начинаю исследовательский проект? Что подумываю об аспирантуре или уже подала заявление?
– Неплохо, кое-что наклевывается, но пока не было собеседования…
На самом-то деле это не совсем неправда: у меня таки было собеседование по поводу работы.
Ну-ну, не очень-то возбуждайтесь: не настоящее. Я получила инструкции встретиться с клиентом в отеле, и по электронной почте мне прислали его особое требование: навыки в области собеседований. Ему требовалась стыдливая, почти девственная секретарша, которая была бы бессильна устоять перед его красноречием и чарами. Нечего и говорить, что продвинутый уровень (вовсе не академического сорта) был обязателен.
Мы закончили рано и решили отклониться от образа. Я нашла в ванной крем с запахом лайма и принялась массировать его зажатые плечи.
– Мои фантазии не кажутся тебе странными?
– Странными?
– Ты думаешь, они унижают достоинство женщины?
Я старательно подбирала слова:
– Думаю, это приемлемый выход для таких фантазий.
Ему требовалась стыдливая, почти девственная секретарша, которая была бы бессильна устоять перед его чарами.
Мы еще немного поговорили. Интересно, что его история оказалась очень похожа на мою: его мать была родом из тех же мест, что и мой отец, и наоборот. Беседа порхнула к родным местам, привычкам, любимым блюдам, любимому спорту… Пока мы разговаривали, на меня внезапно и с силой накатила ностальгия, я вдруг поняла, что жду не дождусь отпуска…
Мама, казалось, была удовлетворена моими уклончивыми ответами на ее вопросы.
– Дай мне знать, когда приезжаешь, ладно? И привезешь ли кого-нибудь с собой? Чтобы я смогла подготовить комнаты.
– Непременно! – соврала я. Назначать конкретную дату было бессмысленно, поскольку она ее неизменно забывает. В тот день, когда я объявляюсь на пороге с чемоданами в руках, она обязательно восклицает: «Ой, так ты сегодня должна была приехать? Я-то думала, это будет завтра!»
Она снова передала папе трубку.
– Скажи этому своему милому мальчику в очках, что я передаю ему привет! – чирикнул он. Речь шла об А4, симпатичном молодом парне, который весьма умен и всегда улыбается. Папуля время от времени все еще надеется, что мы поженимся. Не знаю, то ли это признак старческого слабоумия, то ли неудачные попытки сводничества. А4 был уже… да, три моих романа назад. Хотя мы по-прежнему друзья. Я вздохнула, пожелала им приятных выходных и повесила трубку.
Воскресенье, 9 ноября
Проституция – не первый мой «заход» в работу, связанную с сексом. Не то чтобы я приравнивала стояние за прилавком с заманчиво расставленными фаллоимитаторами к настоящему «влажному» сексу вживую. Не выношу лицемерного цоканья языком продавщиц, у которых в магазине даже дроч-кабинок нет! Выписывать чеки на резиновые члены – это, конечно, хорошо и здорово, но твое положение не настолько возвышенно, чтобы гадить на голову стриптизершам, порноактрисам и проституткам за то, что они «не вносят свой вклад в женское братство»!
Ладно, замнем. Вероятно, странный «послужной список» и привел меня к теперешней профессии. Вот мое краткое резюме:
