дымные языки пламени солому. Затем всю силу вложил в апперкот — палач шмякнулся навзничь у лесенки. Еще секунда и я у серо-карих омутов.
«Не жаль в них нырнуть, исчезнуть навсегда», — еще сумел проанализировать, ведь я действовал бездумно, словно завороженный.
Я кромсал перочинным ножиком путы, а народ гудел: — Сжечь обоих! Это Сатана! Прискакал за своей невестой-ведьмой.
«Что я делаю? Убьют! Сожгут живьем!» — мелькали, по сути, нерадостные мысли. Но душа пела, было легко и, даже, весело.
Огонь припек не на шутку, дышать стало тяжело, и только тогда вспомнил о спасении в кармане. Прижал ведьму к себе, сыпанул в лижущие ноги жгучие языки пылью и страстно вспомнил дом.
За дымным пологом еще кричали о том, что огонь все грехи слижет, очистит от скверны… Но вот искренние средневековые борцы за мораль и веру смолкли, а их место заняли сообщения последних новостей.
«Пронесло!» — облегченно вздохнул и внимательно посмотрел на спасенную.
«Где я? — легко читалось в ее глазах. — Это рай или ад?» — Это ангелы говорят? — наконец она хоть что-то произнесла. — Или это язык преисподней?
Только сейчас догадался, что она не знает нашего языка. Пришлось израсходовать еще немного порошка — она вся превратилась в удивление.
— Ты — ангел?! — с мольбой обратилась красавица. — Неужели дьявол унес за грехи? Но я невиновна, инквизиция ошиблась!
— Я человек… алхимик, — подобрал понятное слово.
— Правда? — она сразу успокоилась. — А тебя не сожгут на костре?
— Здесь алхимиков не жгут, а инквизиции тоже нет.
Сначала прекрасная ведьмочка успокоилась. Потом на лице отразились какие-то мыслительные процессы, и она пошла на штурм моей трусости и лени:
— Тебя ко мне Бог послал. Еще на площади чувствовала, что ты явился за мной. Теперь ты мне поможешь?
— Ты и так спасена. Костром не пахнет, а инквизицию и хотел бы найти, только сейчас на всей Земле ее не сыщешь.
— Дело в брате, а не во мне. Колдуны его похитили, а я пыталась его вернуть из Темного Мира. Читала заклятья Коррактора, волшебной книги колдунов, вот на меня и донесли, — сбивчиво рисовала недавнее прошлое красавица. — Поможешь?
— Так ты и взаправду ведьма? — неудачно пошутил.
— Нет, — чуть не расплакалась несчастная девушка. — Я в книге не смогла разобраться. Да и хотела я не грешить, а спасти родного брата.
— А почему ты решила, что брата украли в Темный Мир? Да и что это за мир?
— Когда колдуны пришли за братом, то их предводитель сказал, что забирают в Темный Мир. Сказал: если хочу в гости к брату, то прошу. Захохотал и исчез с помощниками и Павлом, так зовут брата.
Не знаю, что заставило согласиться. Может проглядывающее сквозь рванье молодое стройное тело, но скорее глаза. Все же, что бы она ни говорила, но она — ведьма. Никто бы не заставил ринуться в подобную авантюру. Я ведь поверил и в колдунов, и в загадочный Темный Мир. Так что же, как не серо-карие пьянящие очи принудили объявить войну могущественным колдунам?
— Помоги…
Ну, как отказать таким глазам?
Я представил Темный Мир и сжег над зажигалкой немного порошка. В кухне сразу потемнело — перегорела лампочка.
«Для того, чтобы куда-то попасть, надо точно вообразить это место. А как я представлю Темный Мир, не имея о нем никакого понятия?»
— Какой он, Темный Мир? Где находится? — спросил ведьму-неудачницу.
Она смогла помочь только беспомощным разведением рук.
Пока от моих дедуктивных методов поиска не было толка, и решил познакомиться.
— Как тебя зовут?
— Маргарита. А тебя?
«Для ведьм обычное имя? — отметил про себя, вспоминая Булгаковскую Маргариту».
— Антон, — в свою очередь представился и начал расследование: — Твоя книга, Коррактор, может нам помочь?
— Да, если разберем письмена. Только ее забрала инквизиция.
— Откуда она у тебя?
— Колдуны оставили.
«Что-то тут не стыкуется. За один взгляд, пусть и прекрасных глаз, дарят бесценную книгу?»
Смутные подозрения сверкнули на мгновение, но затерялись в слабосильном подсознании под булыжниками громадных, хотя и бестолковых умозаключений новоиспеченного Шерлока Холмса.
— А где инквизитор ее может держать?
— Скорее всего, в ратуше. На допросы водили в ратушу, там, на время следствия, обосновался и инквизитор.
— Ратуша, где стоит?
— На площади с нашим костром.
— Обстановка понятна. Скоро навестим инквизитора, а пока, Маргарита, начнем с маскировки. Пошли в ванную.
Маргарита изумленно реагировала практически на все: регулируемую вентилями температуру воды, смеситель, душистое мыло, шампуни, краску для волос… Все не перечесть, что убеждало второсортную ведьму во встрече с могущественным колдуном.
— Ты все поняла?
— Да.
Чувствовалось, что она действительно поняла, как использовать дары двадцатого века.
— Тогда отбеливайся… Я тоже займусь камуфляжем.
Пока Маргарита преображалась в ванной, сам сходил к соседу-актеру. Он никогда не скаредничал, без вопросов одолжил грим, бутафорскую шпагу, накладные бороду с усами и еще берет с пером.
На кухне все это приладил к себе. Еще добавил трико и свитер. В зеркало гляделась некая пародия на средневекового горожанина.
«Ничего, рискнем», — подытожил работу над образом и решил поторопить Маргариту.
— Марго, ты готова?
Дверь распахнула незнакомая блондинка. Может быть, и не узнал бы, да только заранее знал, кто она.
— Молодец! — сорвалась похвала. — Еще добавим пудру, румяна.
Через несколько минут мы материализовались на ратушной площади.
Наступил вечер. Людей почти не было. Никто не обратил внимания, как из дыма вышла пара. Кострище еще дымило, и наш серный дымок вполне сходил за инквизиторский.
Я решил действовать в наглую. Позвонил в колокольчик входных дверей. Дверь через минуту, не больше, отворил охранник.
— У меня срочное дело к судье-инквизитору.
— Велел не беспокоить, — грубо отказал страж, пытаясь захлопнуть дверь.
— Неужели посланник самого Палы может беспокоить? — напропалую врал, придерживая массивное дверное полотно. — Папе нужен срочный ответ.
— По какому вопросу?
— А уж это не твоего ума дело. Веди и побыстрее.
— Обоих?
— Да, да. Ты медлишь, а гнев Наместника Бога может испепелить, как ведьму намедни.
Угроза подействовала, охранник даже дрожал. Он без доклада вел опасных гостей к хозяину.
Мы поднялись на второй этаж, миновали две или три двери вдоль коридора, и слуга постучался к инквизитору.
— Чего тебе? — глухо, но довольно ясно гудело из-за дубовых филенок.
— К вам из Ватикана, срочно…
— Пусть поднимутся, — в голосе появилась нервная дрожь. — Будь с гостями повежливее.
— Они уже здесь.
— Так впускай же.
Загремел засов, петли легонько взвизгнули, и нас радушно пригласили в комнату.
— Вы от Папы? — несколько заискивающе начался разговор.
— Да, Наместник Бога отправил нас по неотложному делу и весьма секретному.
Лицо и даже поза инквизитора выражали легкое удивление и готовность всеми
