очень далеко, но сегодня двигались быстрее. В молчании, шаг за шагом мы шли, каждый думая о своем. Я обо всех странностях, случившихся в последнее время. Об изменившейся природе и даже погоде. Стало значительно теплее, осенняя пожухлая трава превратилась в весеннюю зеленую травку, листья на деревьях не опадали, а будто только наливались зеленью. Иногда Адриэйн тянул меня за руку и уводил немного левее или правее. Послушно и без вопросов следовала за ним. Я уже давно смирилась с тем, что мы заблудились. Если он знает или думает, что знает, куда идти, мне оставалось лишь довериться и надеяться на чудо. Пару раз нам попадались кустарники, усыпанные плодами. Мы собирали все, до чего могли дотянуться. И тут же съедали. О запасах на будущее не заботились, в настоящее время нас интересовало только сейчас. Не умереть от голода сейчас, пройти еще дальше сейчас, получить хоть какие-то силы сейчас. В таком монотонном движении прошел почти весь день. А под вечер случилось очередное странное событие.
Началось все с того, что я почувствовала нарастающую панику, ни с того, ни с сего. С накатившими ощущениями невозможно было справиться. Вдруг захотелось бежать, не разбирая дороги. Неважно куда. Главное, нужно мчаться и спасаться. В тот момент, когда я уже готова была сорваться с места, Адриэйн сильно сжал мне руку, пристально посмотрел в глаза и сказал спокойным ровным голосом:
— Feironika, sha! Dorin sat tiomar[7].
В полубезумном состоянии посмотрела на мальчика. Его уверенный твердый взгляд и мягкий успокаивающий голос заставили усомниться в правильности желания бежать, куда глаза глядят.
— Sss…[8], - приложив палец к губам, Адриэйн потянул меня к зарослям какого-то растения, мы легли прямо на землю и даже немного закопались в листья. У меня в голове по-прежнему стучала молотками мысль, что нужно бежать и как можно быстрее. Неважно куда, главное, прямо сейчас. Но присутствие мальчика странно успокаивало, и я ему отчего-то доверяла. Лежать на месте становилось все труднее. И тут я увидела, что на нас надвигается плотная стена черного дыма. Хотя нет, не дыма. Больше это явление напоминало туман, но такой плотный и непроглядный. Именно он внушал ужас. Туман будто шептал что-то, мое тело одеревенело от испытываемого непередаваемого совершенно иррационального страха. Сердце колотилось с удвоенной скоростью, разгоняя кровь по телу и лишь это, как мне кажется, не дало заледенеть рукам и ногам окончательно. Когда туман заполнил все вокруг, температура ощутимо понизилась и стало труднее дышать. Зажмурилась и стала проговаривать про себя слова детской песенки: "Нам не страшен серый волк, серый волк, серый волк…". Удалось слегка отвлечься. Мысли будто вязли в этом тумане, Адриэйн и вовсе застыл, словно статуя. Его замерший остекленевший взгляд вызывал нешуточные опасения. Потом вдруг, в какой-то момент он тоже попытался бежать, теперь уже я его не пустила. Не знаю, что это было за явление, опасно оно или нет. Стена тумана прошла вглубь леса и сразу стало легче дышать. Мальчик отмер через пару минут. Несмотря на повысившуюся температуру воздуха, руки его напоминали две ледышки. Он не сразу смог прийти в себя. Выждав немного, потянула его наверх.
До заката по моим ощущениям осталось не так много времени, нужно искать место для ночлега. За целый день мы так и не вышли к дороге или поселку. А что, если мы ходим кругами?
Вскоре на пути попалось старое дерево, толщина ствола которого была, наверное, три-четыре обхвата человека. Интересно, сколько же ему лет? Наверняка, несколько сотен. И еще интересный вопрос: "Что же это за дерево?" Длинные вытянутые листья светло- зеленого цвета, размером с мою ладонь, толстые ветви, уходящие высоко к небу, а по стволу плетутся странные белые наросты, похожие на грибы. Отведя взгляд от неизвестного дерева, подумала, что неплохо бы найти хоть какой-нибудь источник воды. С Адриэйном мы продолжали общаться знаками, но, в основном, конечно, молчали, думая каждый о своем.
Мальчик оживился и стал что-то искать в траве. Никак не могла понять, что же он ищет. Вскоре, с победным криком и размахивая какой-то палкой он подбежал ко мне, привалившейся к толстому стволу. Той самой палкой, недлинной, но крепкой на вид, а еще и острой с одного края мальчик полоснул по белому наросту, из которого потекла мутная жидкость. Адриэйн стал жадно ее пить. Я оторопело смотрела на него, не зная, что предпринять. Он с таким знанием дела добывал эту жидкость, что, наверное, уверен в ее безопасности. Березовый сок вот тоже пьют. Протянутой палкой полоснула по соседнему наросту и тоже решила попробовать. Мммм! Как вкусно! Не знаю, с чем сравнить. Даже близких аналогий не могу придумать. Жидкость имела насыщенный вкус, немного молочный, чуть фруктовый, очень сладкий. Это не вода, а самая настоящая еда! Потому что чувство голода уступило чувству насыщения, а вот пить захотелось еще сильнее.
Адриэйн, "наевшийся" быстрее меня, немного побродил вокруг, потом стал к чему-то прислушиваться. Он очень точно воспроизвел звук журчания, изобразил, что пьет и махнул рукой в сторону. Решила пойти проверить. Пить хотелось ужасно. И, действительно, метрах в двадцати обнаружила небольшой обмелевший ручей. Напилась, умылась, даже полила воды на голову. Мальчик тоже стал жадно пить. Потом сбросил тунику и зашел в ручей. Вода ему доходила до середины бедра, то есть глубина была около полуметра. Я решила не отходить далеко, опасаясь оставлять ребенка в воде одного.
Почувствовав потребность уединиться, отошла недалеко, прислушиваясь к звукам, издаваемым ребенком.
Когда вернулась к ручью, застала невероятную картину. По берегу резво прыгал мальчик и.… ловил ускользающую от него рыбку, которая все никак не давалась ему в руки. Еще одна небольшая лежала дальше на берегу и была явно оглушена, так как не двигалась. Вскоре ему удалось схватить и эту проныру.
Как ему снова удалось поймать рыбу? Вот молодец! Не смогла удержаться, чтобы с улыбкой, нежно не погладить его по голове.
Мальчик раздулся от гордости. Оставив добычу недалеко от берега, он стал собирать сухие веточки, знаками предложив мне делать тоже самое. Но зачем? Где мы возьмем огонь? Увидев, что я все же послушалась и делаю то, о чем просил, Адриэйн вернулся к ручью, загреб полные руки вязкой глины с берега и стал обмазывать ею рыбу. Тем временем из сухих веточек образовалась уже внушительная кучка. Оставив рыбу, он подошел к куче хвороста, поворошил его руками, и я не поверила своим глазам! Огонь! Веточки занялись огнем.
Костер! Он смог разжечь костер!
