И это еще непонятно, уходишь ты или нет.
Я снова поднял руки. Плечи тут же заныли, а ноги скоро и вовсе перестанут меня держать от усталости. Уже ловил себя пару раз на том, что вижу темные круги перед глазами.
— А смысл? — только и фыркнул я.
— Пока не знаю, — протянул ушастый, — Это ты мне расскажи, зачем тут? А то я и без смысла могу, просто ради удовольствия.
Я поморщился, махнул на эльфа рукой и сел. Стрелять он не стал, впрочем, как я и думал. Был бы молодой эльф, тот бы сначала пальнул куда-нибудь, а потом спрашивал. А этот, ну, в общем, он только нахмурился и чуть опустил лук, тогда я кивнул и сказал:
— Ищу тут кое-кого, — эльф вопросительно приподнял бровь, — Тоже ушастого, — старик снова поднял на меня оружие, — Просто ищу, найти и поговорить. Тут, видишь ли, — я задумчиво почесал подбородок, видя как хмуриться эльф, — У графа здешнего, Мортре, дочку украли, — немного соврал я.
— И с чего ты взял, что это был эльф? — прямо в лоб спросил ушастый.
— Следы я читать умею, — усмехнулся я, глядя как он убирает лук, и задумчиво трет лоб. Ссорится с графом им явно не к чему. Все же слишком близко они друг к другу.
— В любом случае, тут его не было, — буркнул старик, — И дочки графа тоже. Я бы не проглядел.
— Верю, — кивнул я, поднимаясь, — Поэтому и ухожу. Не против?
Не уверен, может от усталости привиделось, но вроде эльф сделал какой-то знак рукой, кинув взгляд мне за спину. Оборачиваться я не стал, а просто пошел по ручью обратно. Каждый шаг становился все труднее.
Пройдя с полмили, я почувствовал что-то неприятное позади. Нет не шорох, и даже не тень, а что-то, чего не должно быть. Да, я не особо прятался, и птицы могли молчать из-за меня, но пауза была слишком долгой. За мной кто-то шел, очень тихо и незаметно. Если бы не мое странное состояние, и не разыгравшаяся от усталости паранойя, я бы и не заметил. Я остановился и крикнул:
— А ну выходи! — а в ответ тишина, под тоненький писк мошкары, — Выходи, говорю. Я знаю, что тебя старик послал.
Из кустов показалась рыжая ушастая голова, вот сюрприз, эльфийки, и она сердито хмурилась.
— Как? — наконец спросила она, подозрительно осматривая мою персону.
— Раком, — девушка нахмурилась еще сильнее, не оценив моей шутки, так что я только фыркнул в ответ и продолжил, — Неважно. Но раз уж тебя послали за мной приглядывать….
— Да с чего ты взял! — возмутилась рыжая, а я поморщился. Уж больно высокий и громкий у нее голос. Молодая еще совсем, наверное, поэтому и такая глупая.
— Раз послали смотреть, — продолжил я, проигнорировав ее вопрос, — То вот и смотри. А мне до смерти нужно часа хотя бы три поспать.
Я достал плащ, хоть и лето на дворе, но в лесу, да еще и у воды, было сыро.
— И ты прямо тут собрался спать? — изумилась эльфийка, — А если я тебя того? Пока ты спать будешь.
— Если бы ты хотела меня того, — буркнул я, заворачиваясь в плотную ткань, — То еще с полчаса назад у меня в спине торчала бы стрела. Так что приглядывай, — я усмехнулся, — и мух отгоняй.
— Мух?! — ахнула девушка, а я кивнул.
— Когда солнце сползет на три пальца от зенита, разбуди, — не дожидаясь ответа, я уронил голову на траву и тут же счастливо провалился в сон.
Ру.
Похоже, я задремала, так как проснулась от того, что больно приложилась лбом о ветку. И даже не удивительно. Эта псина, все еще сторожила меня. Я чихнула, и тут же снизу долетело сдавленное рычание. В носу нещадно свербело, прогулка по воде не прошла мне даром. Руки и спина затекли, и ныли. Я выругалась, кляня всех святых, и особенно этого монаха в желтом. Думая, что нафига он мне вообще попался? Сидела бы себе в замке, дулась на отца и ела вкусняшки. При мыслях о еде в животе крякнуло, а откуда-то снизу раздался тихий свист.
— Полкан? Полкан! — позвал женский голос, — Кого ты тут поймал? Белку?
Женщина подошла к дереву и удивленно подняла одежду, сложенную там псом.
— Похоже, не белка, — резюмировала она и крикнула уже мне, — Эй, кто там? А ну слезай!
Я сильнее схватилась за ветку и сжала губы. Ага, конечно, вот так я и послушалась.
— Хм, — снова раздалось снизу, — Ну ладно, поверю, что там нет никого. Полкан, идем.
Собака еще разок грозно рыкнула, но пошла вместе с хозяйкой голоса. Я облегченно выдохнула и чуть разжала руки, надо бы слезать. Я сдвинула ногу и….
Грохнулась вниз, пересчитывая ветки. Попыталась встать, но ноги, впрочем, как и руки, отказывались меня слушаться, вызывая дикую боль в попытках, все же, ими воспользоваться. Я снова выругалась. Неужели я так вот и умру?
Шаги вернулись, и я с трудом повернула голову.
— А вот и наша белка! — удовлетворенно усмехнулась женщина.
Я попробовала резко встать, и от боли у меня в глазах потемнело.
А когда вновь прояснилось, темно было уже вокруг. Ярко горел костер, а я была завернута в большой, теплый плащ. Остро захотелось заплакать, но вместо этого я закашляла, а тело мелко затрясло. Проникающее тепло причиняло боль, похоже, я сильно окоченела.
— Очнулся, ушастый? — спросила женщина, сидящая напротив меня, — Тогда вставай, а то и баня тебе не поможет.
— Баня? — хрипло выдавила я.
— Она самая, — женщина вздохнула, — и как можно так замерзнуть летом? Вставай! А то я, конечно, женщина сильная, но на себе тебя не потащу.
С трудом, я встала на ноги, кутаясь в плащ и трясясь от холода. Женщина загасила костер, и пошла в сторону деревни. За ней, тяжело передвигая ноги, я, а за мной темная тень, именуемая «Полкан».
Довольно скоро мы добрались до того самого крайнего дома. Женщина пихнула меня в спину, по направлению к небольшому срубу.
— Давай, иди! — она потянула на себя плащ, а мне очень не хотелось его отдавать, — И остальное там сними. Сейчас что-нибудь принесу на смену.
Я не стала спорить, а просто забралась в сруб, чувствуя как теплый воздух, постепенно проникает под кожу. По ощущениям я поняла, что все не так уж и плохо. Сильно болели только ноги, а точнее ступни. Ну да, им досталось больше всего. Да и сапоги, хоть и из мягкой кожи, но были тесноваты.
Женщина вернулась, не стесняясь, вошла и принялась бесцеремонно меня разглядывать. Я почувствовала
