любящая семья. Нет, лжи во благо не бывает. Может быть, если бы он видел, как ведет себя со мной его отец, он не оттолкнул бы меня сегодня? Но свекровь при Глебе наговорила мне гадостей. А она для него по-прежнему бабушка. А я злая мать.
Шли часы. Стас наверняка сегодня домой не вернется. Проведет бурную ночь со своей Вероникой. Странно, но это волновало меня мало.
А вот если Глеб не придет, где мне искать его? Он наверняка не ответит на мой звонок. Он стал такой упрямый. Настоящий подросток, для которого нет полутонов, есть только черное и белое. Есть добрый папа и истеричная мама, вечно всем недовольная. Неужели в его глазах я такая? Тревога за сына сжимала сердце.
Я подошла к окну. Совсем стемнело. Зажглись фонари, двор заполнился автомобилями.
Все-таки решила написать сыну СМС. «Пожалуйста, напиши, когда вернешься». Он ответил сразу. «Ок, когда вернусь, напишу». Вот так…
Время тянулось медленно, как улитка. В квартире звенящая тишина. Мне было холодно. Я завернулась в плед, но все равно продолжала мерзнуть. Это от нервов. Если так пойдет дальше, я и правда превращусь в истеричку. Но я не могла успокоиться. Слезы снова потекли по щекам. Скоро полночь. Глеба нет.
Звякнула СМС. «Я вернулся» и тут же щелкнул замок. У меня отлегло на душе. Слава Богу, Глеб дома.
Заглянул в зал:
– Что ты в темноте сидишь? – и зажег люстру. Свет больно ударил по глазам. – Мама, что у тебя с лицом? Ты что, плакала?
– Немного, – я опустила голову. – Так, расстроилась.
– Из-за папы?
– Из-за себя, – попыталась улыбнуться я. – Все уже хорошо.
– Что же у вас случилось? Это ведь не просто ссора, правда?
– Нет, нет, все уже нормально, – замотала я головой. – Все будет хорошо.
– А папа где?
– Он придет. Позже. Он тоже расстроен.
Глеб сел рядом со мной на диван.
– Мама, вы и правда разойдетесь? – испуганно спросил сын.
– Не знаю, – вздохнула я. – Все будет зависеть от твоего отца.
Мне идти некуда, так что придется терпеть. И если Стас захочет от меня избавиться, он сделает это. Мне надо выиграть время, решить, как жить без него, самостоятельно. Я так давно разучилась это делать…
Глава 5
Ночь прошла без сна. Стас домой так и не вернулся. На утро я чувствовала себя даже не разбитой, а больной. Когда забрезжил рассвет, и сил ворочаться в кровати не осталось, я вышла на кухню и принялась готовить завтрак. Да и скоро уже нужно было будить сына.
Вот вроде все как обычно. Поджариваю тосты, взбиваю яйца… Руки машинально выполняют привычную работу, в то время как душу разрывают кошки. И так там мерзко, что хочется всё разом прекратить. Перестать видеть, дышать, слышать… существовать. Но разве я могу? Разве ради себя я живу вот уже столько лет?
Взгляд упал на часы. Господи! За всеми мыслями я совсем забыла про сына. Его же уже пора будить, да и завтрак остывает.
– Глебушка, пора вставать, – потрясла я сына за плечо, даже не обратив внимание на бардак в его комнате. А ведь обычно это меня раздражало. И раньше я бы уже часть его вещей рассовала по своим местам. Но сегодня меня это не трогало.
– М-м-м, – промычал мой подросток, переворачиваясь на другой бок.
Конечно, он не выспался, ведь вернулся он вчера домой за полночь. И как он сегодня высидит все уроки?
– Глеб, опоздаешь. Жду тебя на кухне, – только и сказала я, выходя из комнаты сына.
Если не встанет сейчас, то на первый урок тоже опоздает. И раньше я бы это посчитала за маленькую катастрофу, но сегодня и это меня не волновало. Отупение не покидало голову, делая все мысли вязкими и равнодушными.
– Мам, ты почему раньше меня не разбудила? – влетел в кухню сын, уже полностью одетый и умытый.
– Забыла, – перевела я на него взгляд, не меняя позы.
Я сидела за столом, ну а сына дожидался омлет и тосты с ветчиной.
– Вот и ешь теперь сама свой завтрак! – зло фыркнул Глеб, выбегая из кухни.
– Деньги есть на столовую? – крикнула я ему вслед.
Ответом мне послужил хлопок дверью. В точности как вчера сделал его отец. Как же они похожи…
Взгляд упал на окно. Небо сегодня хмурилось сильнее обычного. Мне даже показалось, что пойдет снег. И это в конце октября. Замотал ли Глеб шею шарфом?..
Что-то надо делать. Заняться домашними делами, двигаться хоть как-то, пока не превратилась в ледяную статую. Может тогда и слабость пройдет.
Я заставила себя встать и заняться уборкой в квартире. Очень скоро поняла, что не правы те, кто утверждает, что занимая руки, мы освобождаем голову. Ни пылесосенье, ни мытье полов не избавило меня от грустных мыслей. Напротив, они стали еще более тягостными и беспросветными.
Днем позвонила Дина – подруга еще со времен института.
– Алёшка, привет! А ты дома?
– Дома.
– Вот как чувствовала… А я тут рядом. Заскочу? Обедом накормишь?
– Заскакивай…
Не то чтобы с Диной мы крепко дружили в последнее время. В институте да, были не разлей вода. Опять же, пока я не познакомилась со Стасом. Тогда Динка даже дулась на меня, ревновала… Ну а после института наши пути немного разошлись. Я была замужем, а Дина пару лет работала в другом городе. Так, созванивались изредка. Правда потом она вернулась и тоже вышла замуж. У нее родилась дочка. Но намного чаще видеться мы не стали и дружить домами, как говориться, тоже. Стас считал мужа Дины, Андрея, деревенщиной и воротил от него нос. А как по мне, так он нормальный мужик. Ну да, он электрик (причем, классный и востребованный), не большой руководитель. Но это же не делает его плохим человеком.
– Как же у тебя всегда чисто и спокойно дома! – прислонилась Дина к стене в коридоре в попытке отдышаться.
– Ты пешком, что ли, шла? – удивилась я.
– Именно. Я ж до ужаса боюсь лифтов, – кивнула подруга, расстегивая пальто.
– Ну ты даешь! Девятый же этаж… – приняла я у нее пальто и повесила на вешалку.
– Ничего, какая-никакая, а зарядка, – рассмеялась Дина. – А ты чего такая бледная? Заболела? – пригляделась ко мне внимательнее.
Я же почему-то подумала о дворе, где родилась и выросла. Небольшой, уютный, окруженный старенькими, но крепкими пятиэтажками. В одной из них была квартира моих родителей, которую уже давно продали. И в тех домах тоже не было лифтов. В такой же пятиэтажке, но в другом районе, на втором этаже жила и Дина.
– Устала, – ответила я. – Убиралась. Пойдем, кормить тебя буду…
Со вчерашнего дня оставался суп. Хватит и Глебу, когда придет из гимназии, и Дине. Тут я сообразила, что сама сегодня ничего не ела. И не хотелось… От мыслей о еде даже замутило.
За обедом Дина рассказывала о себе, о своей работе. О муже, о дочке. Всё у нее было хорошо, а дочурка подавала надежды в игре на фортепиано, которой обучалась вот уже три года.
– Ты же даже не видела, какой мы ремонт в квартире забабахали с Андрюхой. Может, придешь как-нибудь в гости? Например, в эти выходные?
– Даже не знаю… – чуть не сказала, что надо со Стасом посоветоваться, какие у него планы на выходные. Но у нас теперь не может быть с ним общих планов. – Может и приду, – выдавила
