Интересное обоснование природы ответственности в современной технической цивилизации мы находим у философа В. А. Канке. Он выделяет два вида ответственности: классическую и неклассическую. Согласно классической концепции, субъект действия несет ответственность за его последствия. Как носитель ответственности, субъект должен быть самостоятельным и свободным. Субъект действия должен предусмотреть последствия своих действий, а это возможно только тогда, когда он действует самостоятельно и свободно, а не в качестве «винтика» в сложной социальной машине. Там, где субъект выступает в качестве члена группы, в которой из-за разделения функций он в принципе не может предусмотреть последствия своих собственных действий, необходима новая, неклассическая концепция ответственности. В технической цивилизации классическая концепция ответственности теряет свою применимость, поскольку условия ее правомерности не выполняются. Субъект действия ответствен теперь изначально не за неудачи своих действий, а за порученное дело, за его успех. Несмотря на все неопределенности, субъект решает задачу правильной организации дела, управляет ходом его осуществления; ответственность теперь связана не с абсолютной свободой человека, а с нормами и функциями демократического общества.
Не будет преувеличением констатировать, что классической концепции ответственности соответствует понятие абсолютной свободы автономного субъекта. Неклассическая концепция ответственности имеет своей параллелью свободное общество, с требованиями которого приходится считаться каждому. В современном обществе с его высокой рискоемкостью нельзя экономить усилия на развитии актуальной ответственности. Нет иного способа обеспечить выживаемость человека, кроме того, «который регламентируется содержанием принципа ответственности. Согласно этому принципу, следует поступать наиболее эффективным образом, что предполагает сочетание ценностей, дающее наилучший результат в проекции на максимально отдаленное будущее»[27].
Другой философ, рассматривая вопрос о соотношении свободы и ответственности человека за свои действия, приходит к такому выводу: «Чтобы стать свободной, воля должна быть введена в русло культуры, включена в систему знаний, смыслов, ценностей и идеалов, впрессованна в правовое поле. Это же следует сказать и об ответственности. Ответственность, будучи неразрывно связана со свободой, в такой же мере связана с культурой, включая и правовую культуру. Именно культура и дает возможность постановки вопроса об ответственности. История нам это ясно демонстрирует. Работы по истории культуры подтверждают, что только “овладев культурой воли, пройдя школу собственного достоинства, школу самоуважения, научившись отвечать за свои поступки”, человек становится по-настоящему свободным»[28].
Не следует ли и нам, юристам, в ходе обсуждения проблем юридической ответственности поставить вопрос об отходе от советской традиции, сложившейся в 60-е гг. прошлого века, и обратиться к традициям дореволюционной российской теории права, которая, базируясь на мировой научной мысли, не использовала понятие «юридическая ответственность» для обозначения следствия правонарушения. Известные ученые мира (Конфуций, Шан-Ян, Платон, Т. Мор, Г. Гроций, Т. Гоббс, Ш. Монтескье, Ж. Ж. Руссо, Ч. Беккариа, И. Бентам, Р. Иеринг, В. С. Соловьев, Дж. Вико и др.) последствия правонарушений обозначают понятием «наказание», а не «юридическая ответственность». В связи с правонарушениями они исследуют сущность и происхождение наказания (Г. Гроций, Т. Гоббс); определение меры наказания по заслуге, смягчение его по мере развития общества (Дж. Вико); обоснование прогрессивных принципов наказания (Ч. Беккариа); принципы определения меры наказания (И. Бентам); сущность наказания с нравственной точки зрения (В. С. Соловьев); принципы назначения наказаний в идеальном государстве (Платон), и т. д.[29] И в работах российских дореволюционных видных теоретиков права (Н. М. Коркунов, В. М. Хвостов, Г. В. Шершеневич и др.) последствия правонарушений именовались наказанием. Г. В. Шершеневич писал: «Последствия правонарушения выражаются главным образом в двух формах: 1) наказание и 2) вознаграждение за вред. Наказание состоит в причинении нарушителю права страданий отнятием у него какого-либо блага, обеспеченного ему, как и всем гражданам, самим правом: жизни, свободы, телесной неприкосновенности, имущественной неприкосновенности (штраф, конфискация). Вознаграждение пострадавшего от правонарушения за вред, причиненный ему нарушителем, состоит в восстановлении нарушенного равновесия интересов; в уравнении происшедшего сокращения ценности одного имущества за счет ценности из имущества правонарушителя»[30].
Все сказанное касательно главной проблемы – современного понятия «юридическая ответственность» – позволяет нам признать, что ныне в нашей теории права одним термином объединены не два аспекта или две формы реализации одного целостного явления – юридической ответственности, а два принципиально различных правовых явления, требующих своих собственных названий.
Наши предложения: А) Так как правонарушение есть внешняя сторона свершившейся юридической безответственности субъекта права, то нелогично правонарушителя привлекать к юридической ответственности. Ибо повторить юридически ответственно совершенный юридически безответственно поступок никому не дано. За юридически безответственно совершенное противоправное, виновное деяние, принесшее вред обществу, личности, возможно только, чтоб впредь неповадно было подобным образом поступать самому правонарушителю и другим, только его юридическое наказание. Это предложение согласуется с нормами русского языка, в котором слово «наказание» обозначает меру воздействия на совершившего преступление, проступок[31], и с пониманием наказания законодателем РФ, который подрузумевает под ним меру государственного принуждения, применяемого к лицу, признанному виновным в совершении правонарушения, состоящего в лишении или ограничении прав и свобод этого лица с целью восстановления справедливости, а также исправления самого правонарушителя и предупреждения совершения новых правонарушений (см., к примеру, ст. 43 УК РФ). В принципе, предложение о замене термина «юридическая ответственность в негативном аспекте» на термин «наказание» согласуется и с мнением многих ученых-юристов. Например, Н. С. Малеин заявляет: «Наказание – это и есть юридическая ответственность», которую он понимает именно в ретроспективном плане[32]. Р. Л. Хачатуров и Р. Г. Ягутян после серьезного анализа существующих в нашей литературе концепций юридической ответственности пришли к выводу, что с общетеоретических позиций в понятие «юридическая ответственность за правонарушения» должны быть включены признаки того, что она сопряжена с государственным принуждением, имеет своим последствием неблагоприятные для правонарушителя ограничения прав материального, правового или личного характера, а также состоит в обязанности претерпевания мер государственного принуждения[33]. Указанные признаки в принципе не расходятся с признаками наказания в понимании российского законодателя, а также в понимании наказания С. А. Комаровым и А. В. Малько. По мнению этих ученых, «правовое наказание – форма и мера юридического осуждения (порицания) виновного, противоправного поведения, в результате которого субъект в чем-то обязательно ограничивается, чего-то лишается»[34].
Интересно и мнение академика В. Н. Кудрявцева по поводу соотношения позитивной и негативной (ретроспективной) юридической ответственности. По его мнению, «ретроспективная ответственность, связанная с наказанием и применением наказания, не является самоцелью. Главный ее смысл в том, чтобы исправить и перевоспитать правонарушителя, а это означает пробудить в нем, а также укрепить в окружающих чувство ответственности за свои поступки в будущем, понимание социального значения своего поведения. Ретроспективная ответственность, следовательно, есть лишь специфический метод обеспечения ответственности позитивной (перспективной)»[35].
Наше предложение уместно еще и потому, что многие ученые, как известно, и сегодня не считают юридической ответственностью последствия невиновного причинения вреда субъектом права и именуют их мерами защиты.
Б) Исходя из проведенного анализа, юридическая ответственность, мы полагаем, может носить только позитивный характер, являясь ценным (позитивным) правовым свойством субъектов права. Она предстает перед нами своей внешней стороной как социально активное и привычное правомерное поведение субъектов права. Внутренний (психологический ее аспект) представляет собой осознанность (в настоящем либо в прошлом) субъектами социально активного и привычного правомерного поведения, установленного регулятивными нормами права, образцов должного поведения, их положительную эмоционально-чувственную оценку и волевое направление своих деяний в соответствии с данными правовыми образцами.
