Читаем без скачивания Трагедия в трех актах - Агата Кристи

Тут его внимание привлек какой-то звук, раздавшийся рядом. Мистер Беббингтон поднялся с кресла и стоял, покачиваясь, лицо у него свело судорогой.

— Смотрите! — сказала Мими своим звонким голосом.

Разговоры смолкли, и все взоры устремились на нее.

— Смотрите, — повторила она, не замечая, что леди Мэри, встав с места, предостерегающе подняла руку. — Мистеру Беббингтону дурно.

Сэр Бартоломью поспешно подошел к пастору и, осторожно поддерживая, повел его к дивану, стоявшему у стены. Все столпились вокруг, наперебой предлагая свою помощь.

Стрендж стоял, склонившись над мистером Беббингтоном. Минуты две спустя он выпрямился и покачал головой. Понимая, что нет смысла ходить вокруг да около, доктор коротко сказал:

— К сожалению, он мертв.

Глава 3

Сэр Чарлз сомневается

— Саттертуэйт, можно вас на минуту, — сказал сэр Чарлз, выглянув из комнаты.

Прошло уже часа полтора.

Потрясенные свидетели ужасного события с трудом приходили в себя. Леди Мэри вывела рыдающую миссис Беббингтон из гостиной и увезла домой. Мисс Милрей принялась деловито названивать по телефону. Прибыл местный доктор и взял на себя все хлопоты. Гости наскоро пообедали и, по молчаливому уговору, разошлись по своим комнатам. Мистер Саттертуэйт тоже направился было к себе, когда сэр Чарлз его окликнул, выглянув из гостиной.

Подавляя легкую дрожь, мистер Саттертуэйт переступил порог комнаты. Он был уже далеко не молод, и вид смерти наводил на него грусть… Наверное, он и сам скоро.., нет, к чему эти мысли… «Пожалуй, лет двадцать я еще проскриплю», — подумал он, подбадривая себя.

В гостиной, кроме сэра Чарлза, был только Бартоломью Стрендж. Увидев мистера Саттертуэйта, он одобрительно кивнул.

— Он-то нам и нужен, — сказал доктор. — На него можно положиться. Умен и опытен.

Мистер Саттертуэйт опустился в кресло рядом с доктором. Сэр Чарлз нервно расхаживал по комнате. На этот раз он забыл, как следует ходить старому морскому волку, и походка у него была самая что ни на есть сухопутная.

— Чарлз считает, что тут что-то неладно, — сказал сэр Бартоломью. — Я говорю о смерти несчастного Беббингтона.

Мистер Саттертуэйт подумал, что доктор неудачно выразил свою мысль. Естественно, «неладно». А как же иначе назвать то, что тут случилось? Или же Стрендж вкладывает в эти слова какой-то иной смысл?

— Все это ужасно, — осторожно начал мистер Саттертуэйт. — Совершенно ужасно, — добавил он, почувствовав, как у него снова по спине пошли мурашки.

— Гм, разумеется, ужасно, — согласился доктор, в голосе которого едва заметно проскальзывали нотки профессионального равнодушия.

Сэр Чарлз, метавшийся из угла в угол, внезапно остановился.

— Толли, вы когда-нибудь видели, чтобы человек вот так просто взял и умер?

— Нет, — ответил, подумав, сэр Бартоломью. — Нет, не видел. — Впрочем, мне не так уж часто приходится видеть смерть, как вам могло бы показаться. Обычно у невропатологов пациенты не умирают. Они живут и здравствуют, принося нам доход. Не сомневаюсь, Мак-Дугл видит смерть гораздо чаще, чем я.

Доктор Мак-Дугл, которого вызвала мисс Милрей, был самым известным врачом в Лумауте.

— Мак-Дугл не видел, как умирал мистер Беббингтон. Когда доктор приехал, он уже был мертв. Что Мак-Дуглу известно? Только то, что могли ему рассказать мы.., и вы, — говорил сэр Чарлз. — Он считает, что это апоплексический удар, что Беббингтон был стар и не слишком здоров. Такое объяснение меня не устраивает.

— Его, вероятно, тоже, — буркнул сэр Бартоломью. — Однако доктор в любом случае обязан хоть что-то сказать. Апоплексический удар очень подходящий диагноз — по существу, он может означать что угодно, но для непрофессионалов звучит весьма убедительно. К тому же Беббингтон действительно был стар и в последнее время жаловался на недомогание, его жена сказала нам об этом. Возможно, он и сам не подозревал, насколько серьезно болен.

— Был ли это типичный приступ, или удар, или как там еще вы его называете?

— Типичный в каком смысле?

— Ну, типичный для какой-то известной вам болезни.

— Если бы вы изучали медицину, — сказал сэр Бартоломью, — вы бы знали, что типичных случаев почти не бывает.

— На что вы, собственно, намекаете, сэр Чарлз? — спросил мистер Саттертуэйт.

Картрайт ничего не ответил. Просто махнул рукой. Стрендж усмехнулся:

— Да он и сам не знает. Такова уж его природа — вечно все драматизирует.

Сэр Чарлз с укором посмотрел на доктора. Лицо у него стало замкнутое и сосредоточенное. Он покачал головой и, казалось, погрузился в глубокое раздумье.

«Кого же он сейчас мне напоминает?», — мучительно гадал мистер Саттертуэйт, глядя на сэра Чарлза. — Ага, вот оно что — Аристид Дюваль, директор Секретной службы, распутывающий головоломные хитросплетения тайного заговора. Да, несомненно, он невольно уже начал прихрамывать, как Аристид Дюваль, известный Среди друзей под именем «Хромой».

Между тем сэр Бартоломью, призвав на помощь здравый смысл, подвергал смутные подозрения сэра Чарлза безжалостному анализу.

— Что вы, собственно, предполагаете, Чарлз? Самоубийство? Или, может быть, убийство? Кому нужно убивать безобидного старого пастора? Просто нелепость! Ну, допустим, самоубийство… Можно даже представить себе, что у Беббингтона были причины покончить с собой…

— Какие?

Сэр Бартоломью пожал плечами.

— Разве можно проникнуть в тайну человеческой души? Ну, например, Беббингтон узнал, что неизлечимо болен, что у него, скажем, рак. Вот вам и причина. Естественно, он не хочет подвергать жену страшному испытанию и не хочет, чтобы она видела его мучительную смерть. Разумеется, это только предположение. А по сути, у нас нет веских оснований считать, что Беббингтон хотел покончить с собой.

— Я-то как раз меньше всего думаю о самоубийстве, — сказал сэр Чарлз.

Бартоломью Стрендж снова издал свой хриплый, кудахтающий смешок.

— Ну конечно. Вам подавай что-нибудь невероятное. Какую-нибудь сенсацию, вроде: «Новый, не оставляющий никаких следов яд в коктейле»!

Сэр Чарлз болезненно поморщился:

— Пожалуй, мне это совсем ни к чему, черт побери! Вспомните, Толли, ведь это я смешивал коктейли.

— А-а, понимаю! Среди нас маньяк-убийца! У нас симптомы отравления появятся позже, и к утру мы все, конечно, уже сыграем в ящик!

— Подите к черту с вашими шуточками, вы… — Сэр Чарлз задохнулся от возмущения.

— На самом деле я не шучу, — сказал доктор. Он вдруг заговорил совсем по-другому — серьезно и сочувственно:

— Смерть Беббингтона не повод для шуток. Я высмеиваю вашу подозрительность, Чарлз, потому что.., не хочу, чтобы вы по своему легкомыслию сотворили зло.

— Зло? — удивился сэр Чарлз.

— Хоть вы-то, Саттертуэйт, догадываетесь, к чему я клоню?

— Кажется, да.

— Неужели вы не понимаете, Чарлз, — продолжал сэр Бартоломью, — что ваша глупая подозрительность может обернуться злом? Поползут разные слухи. Грязные сплетни, не имеющие ничего общего с тем, что произошло на самом деле. Представляете, какую боль они причинят миссис Беббингтон? Мне ли не знать, как все это бывает? Внезапная смерть.., кто-то что-то сболтнет.., тотчас пойдут пересуды, потом они начнут множиться, обрастать подробностями, и ничего уже нельзя остановить. Черт побери! Неужели до вас не дошло, Чарлз, как жестоко, как ненужно то, что вы затеяли? Вы даете волю своему пылкому воображению, что в данном случае весьма и весьма опасно.

Лицо Чарлза выразило нерешительность:

— Признаться, об этом я не подумал.

— Вы славный малый, Чарлз, но напрасно даете волю воображению: вас заносит. Послушайте, неужели вы всерьез можете поверить, что кто-то хотел прикончить этого безобидного старика?

— Нет, пожалуй, нет, — сказал сэр Чарлз. — Вы правы, это нелепо. Простите, Толли, но, ей-богу, это не блажь, у меня на самом деле такое чувство, что здесь что-то неладно.

Мистер Саттертуэйт кашлянул.

— Позвольте мне высказать свои соображения. Мистер Беббингтон дурно себя почувствовал вскоре после того, как сюда приехал, а точнее, сразу, как только выпил коктейль. Видите ли, случилось так, что я заметил, как он поморщился, отпив из стакана. Я-то подумал, что он просто не привык к вкусу коктейля. Теперь допустим, что предположение сэра Бартоломью верно, то есть мистер Беббингтон имел причины покончить с собой. Кстати, мне это представляется вполне правдоподобным, подозревать же убийство, по-моему, просто нелепо. Далее, как мне кажется, теоретически возможно, хотя и несколько сомнительно, что мистер Беббингтон незаметно подсыпал что-то себе в стакан. Заметим, что в этой комнате ничего не тронуто. Стаканы с коктейлем стоят на своих местах. Вот стакан мистера Беббингтона. Я точно знаю, потому что мы с ним сидели рядом и разговаривали. Мне кажется, сэр Бартоломью, надо бы исследовать содержимое стакана мистера Беббингтона, это можно проделать тихо и незаметно, дабы не вызвать никаких пересудов.