Хейзел тут же вспомнила, как собирала чернику в детстве, чувствовала ее сладость и осматривала кусты в поисках созревших ягод, а еще вспомнила мороженое, которое папа покупал ей по пути домой. Она закрыла глаза и прислонилась к стеллажу. Когда она в последний раз ходила собирать чернику?
— Спишь на работе?
Услышав дразнящий голос Энни, Хейзел открыла глаза. Ей пора перестать попадаться за странными занятиями в отделе любовных романов. Она сунула негодную книгу обратно на полку и повернулась поприветствовать подруг.
— Нет, конечно.
— Мы принесли тебе обед, — сообщила Энни, плюхнувшись в свое любимое удобное кресло возле окна.
— И чай со льдом, — Джинни протянула Хейзел напиток, и та взяла его, радуясь возможности отвлечься.
— Спасибо.
— Все хорошо? — спросила Энни.
Ее собранные в хвост светлые волосы перекинулись через плечо, когда она наклонила голову, изучая Хейзел взглядом. Они дружили с тех пор, как перед девятым классом Хейзел ее семья переехала в этот город, и Энни слишком хорошо знала подругу.
— Да. Нормально.
Хейзел взяла вторую половинку сэндвича Энни и села напротив. Скинула обувь и подобрала под себя ноги. В другой день она настояла бы, чтобы они поели в подсобке, но в магазине было так пусто, что, казалось, это не имело значения.
— Уверена? Выглядишь как-то странно.
— Это ты выглядишь как-то странно.
Энни показала ей язык, и Джинни захихикала.
— Она всегда становится ворчливой в жару, — прошептала Энни, обращаясь к Джинни, будто Хейзел не было рядом.
— Вовсе нет. Просто не особо ее люблю.
— Хейзел ненавидит солнце. Она как вампир.
— Неправда! Но предпочитаю оставаться в помещении. Я домашняя кошка.
Джинни вновь рассмеялась, переводя взгляд от одной подруге к другой.
— Что ж, раз уж ты домашняя кошка, может, и не захочешь идти, но я уговорила Логана развести сегодня вечером костер.
— Костер?
— Ну или обычный походный костерок. Не знаю. Но будет смор[1]!
— И напитки? — спросила Энни.
— И напитки.
— Отлично, я в деле. А ты, домашняя кошечка? Сможешь провести несколько часов на улице, чтобы повеселиться с друзьями? — Энни просто дразнила, но ее слова задевали за живое. Подруги Хейзел считали, что она не сможет даже посидеть у костра?
Она нахмурилась:
— Конечно смогу.
— Отлично! — Джинни радостно хлопнула в ладоши, и Хейзел поняла, на что подписалась. Насекомые, дым, грязь. И вполне вероятно, Ноа, раз он друг Логана. Ее желудок описал сальто при мысли о нем.
Черт.
Отказываться было слишком поздно. Джинни уже собирала остатки сэндвича и спешила к двери.
— Мне пора. Я оставила Кристалл одну под конец обеденного ажиотажа, но скоро увидимся. Около восьми!
Хейзел помахала ей без особого энтузиазма и снова поймала взгляд Энни. Лучшая подруга вскинула светлую бровь:
— Ты уверена, что у тебя все хорошо?
Хейзел вздохнула. Все нехорошо. Это было похоже на кризис среднего возраста. Или кризис четверти жизни? Такое вообще бывает? В любом случае она была готова вписаться в этот квест, вдохновившись каким-то городским осквернителем книг, просто чтобы было чем похвастаться к своему тридцатилетию. Все это казалось ненормальным, но ей пока не хотелось делиться этим с Энни.
— Да. Хорошо. Просто немного переживаю из-за отсутствия покупателей.
Энни оглядела пустой магазин:
— Я бы не стала слишком уж волноваться, Хейз. Все слегка взбудоражены после долгого дождливого июля. Вернутся.
Хейзел кивнула:
— Да, ты права.
Энни улыбнулась и протянула ей свежее печенье, чтобы приободрить.
Они доели обед в приятном молчании, но внимание Хейзел то и дело возвращалось к криво стоявшей книге, чернике и оставшейся части лета — смутной, жаркой и раскрывающей свои объятия.
![]()
Хейзел уже покусали с десяток насекомых, и, где бы она ни садилась, казалось, дым от костра неизменно летел ей в лицо. В одной руке она держала бутылку теплого пива, а в другой смор с обжаренным маршмеллоу. И делала вид, что весело проводит время.
На самом деле это было не так.
К тому же только что пришел Ноа, загорелый и веснушчатый, и ее желудок снова сделал сальто.
— Всем привет, — Ноа поднял руку в знак приветствия, и все поздоровались в ответ.
Энни и Джейкоб из книжного клуба сидели по бокам от Хейзел на раскладных стульях, а ей достался старый кухонный стул, который, казалось, мог развалиться в любой момент. Пришел и Джордж из пекарни, сейчас он стоял с пивом в руке, поджаривая маршмеллоу. Изабелла, еще одна подруга Джинни из книжного клуба, отошла от собравшихся, чтобы позвонить домой и убедиться, что дети заснули без нее. Все выглядели счастливыми и расслабленными. Похоже, больше никого не пожирали заживо.
Логан следил за огнем с большей концентрацией, чем, по мнению Хейзел, требовалась для этого, но даже он, казалось, был доволен этим вечером. Энни была права. Лето превращало Хейзел в ворчунью.
— Здравствуй, Ноа! — Джинни заключила его в приветственные объятия, после чего он взял себе пиво из холодильника и присоединился к компании. — Очень рады, что ты смог прийти.
— Эм-м, да, конечно. Я готов почти на все ради смора.
Хейзел думала, что спряталась в тени, но Ноа все равно сумел поймать ее взгляд и растянул губы в обескураживающей улыбке. Она отвернулась и сосредоточила внимание на сморе, который, стоило признать, был хорош, несмотря на привкус гари. Когда она снова подняла глаза, Ноа наблюдал, как она слизывает растаявший зефир с пальцев.
— Слушай, Ноа, я все хотела тебя кое о чем спросить, — голос Энни, слава богу, отвлек его внимание от пальцев Хейзел, потому что она рисковала растечься, как эти самые маршмеллоу, которые с них слизывала.
— Да? — он приподнял бровь и ухмыльнулся, что делал всякий раз, когда его что-то забавляло. Хейзел сосредоточила внимание на своих липких пальцах вместо его лица.
— Каким чудом от тебя никогда не воняет?
У Джейкоба вырвался смешок:
— Что это за вопрос такой, Энни?
— Он весь день проводит на вонючей рыболовецкой лодке, и я ни разу не чувствовала от него рыбного запаха!
— Значит, ты обвиняешь его во лжи о том, чем он занимается целыми днями? — спросил Джейкоб, потягивая пиво.
Энни пожала плечами:
— Не знаю, это как-то подозрительно.
Ноа рассмеялся:
— По-моему, душ неплохо помогает.
Энни прищурилась, внимательно рассматривая его:
— Видимо, у тебя какое-то концентрированное мыло.
— Я тру пожестче, — Ноа подмигнул ей, и Энни рассмеялась.
На самом деле хохотали уже все. Кроме Хейзел, которая изо всех сил старалась не представлять, как намыленный голый Ноа отмывается в душе.
— Что я пропустила? — спросила Изабелла, возвращаясь в круг света, исходящего от костра.
— Обсуждаем привычки Ноа в душе, — Энни указала на того бутылкой пива, и он развел руки в стороны, будто давая Изабелле восхититься его чистотой.
Похоже, на нее это впечатления не произвело, что удивительно, ведь Хейзел могла поклясться: жар от костра усилился, когда Ноа напряг бицепсы под рукавами футболки.
— Ух ты, я впервые за несколько месяцев провожу вечер без детей, и нам приходится обсуждать, как Ноа принимает душ?
— Я тоже за смену темы, — пробормотал Логан, вставая со своего места возле костра. Джинни поцеловала его в щеку.
— Может, поговорим о книгах на август? — встрял Джейкоб, и Логан издал стон.
— Перейдем от разговоров о том, как Ноа принимает душ, к обсуждению пошлых книжек?
Джинни захихикала:
— Ага.
— Нужно что-нибудь летнее. О, может, пираты? — глаза Изабеллы загорелись от этой идеи.
— На днях Хейзел читала любопытную книгу о пиратах, — Ноа с игривой улыбкой поймал взгляд Хейзел.
