пока не раскроются новые шансы для атаки, и он намеревался их использовать без колебаний.
После разговора с Борисом Ивановичем, Андре заперся в комнате, раскинул перед собой листы бумаги и ручки и начал привычно чертить свою стратегию, как испытанный военный стратег. Он знал, что его противник, хотя и казался внешне незначительным, обладал глубокой приверженностью идеалам, что делало его опасным и непредсказуемым. Тщательно он анализировал информацию, найденную Борисом Ивановичем, пытаясь выявить уязвимые места Ксении.
Ей было за тридцать, а это значило, что у неё был жизненный опыт, достаточный для разработки её собственной тактики. У неё не было мужа, и эта информация гремела в голове Андре как сигнал о возможности манипуляции. Кафе могло указывать на финансовую уязвимость, а обременение заботами о отце могло служить дополнительным давлением. Андре улыбнулся сам себе, осознавая, что у него есть все шансы в этом противостоянии.
С другой стороны, у Ксении было видеоблогерское влияние и она могла использовать общественное мнение как щит. Андре понимал, что силу её позиций надо выводить из строя с помощью нетрадиционных методов. Он допускал мысль о создании контрпропаганды или прямом давлении через спонсоров и партнеров кафе, или даже… не столь законных и мягких методах.
Глядя в окно на сумеречный снег, который мягко падал на крыши зданий, Андре почувствовал нарастающее удовлетворение от ощущения контроля. С каждой минутой его уверенность в победе над этой наивной защитницей городских ценностей усиливалась. Его план сложится, и он обладает всеми необходимыми ресурсами, чтобы её укротить и подчинить.
Прозвучавший телефонный звонок нарушил его раздумья. Это был его адвокат из Франции, который сообщал о новостях относительно предстоящих торгов.
— Отличные новости, — прокомментировал Андре, — Убедитесь, что у нас есть все шансы выиграть. Я останусь в России на некоторое время, поэтому не подведи меня.
Закончив разговор, Мартен опять погрузился в свои размышления. Он знал, что Ксения не будет сидеть сложа руки и что она использует каждую доступную ей возможность, чтобы поставить палки в колеса. Но он также осознавал, что теперь, когда в его руках были ее данные, он мог контролировать ситуацию.
И хотя он искренне презирал Ксению за её несгибаемость и наивные убеждения, он также жаждал момента, когда её упрямство сломится под его безжалостной волей. Он мало заботился о разрушенных жизнях или исковерканных судьбах. Его единственная цель — осуществить свою мечту, прошептанную ему много лет назад, и никакая Ксения Воеводина не станет ему помехой.
Глава 4. Первые искры
Серебристые сугробы блеснули на солнце, как тонкие нити бисера, когда Андре Мартен вышел из «Волги», сел за руль арендованного БМВ и поехал в сторону кафе «Волжанка», принадлежащего Ксении Воеводиной. В этом крошечном заведении, зазывно пахнущем свежим кофе и пирогами, амбициозная активистка находила прибежище от проблем и заботы о семье. Для Андре это было не просто место, где можно выпить чашечку ароматного эспрессо. Оно стало фронтом в борьбе за старый особняк.
Андре вошел в кафе с решимостью человека, привыкшего добиваться своего вопреки всему. Это было уютное место, украшенное с любовью — стены укрывали ретроплакаты, окна обрамляли кружевные занавески, а из затемненного уголка доносились негромкие аккорды старинного фортепиано. На мгновение он задержал взгляд, впитывая былую эпоху, словно находясь в самом сердце истории, которую он собирался стереть ради своей цели. Запах свежевыпеченного хлеба обволакивал посетителей, создавая атмосферу домашнего уюта. Ксения стояла за прилавком, увлеченно споря с поставщиком по телефону. Её яркие зеленые глаза сверкали огнем, а рука эмоционально рисовала в воздухе виртуозные жесты.
Андре подошел поближе, и Ксения оторвалась от разговора, растерянно взглянула на него, замерев на секунду. Конечно, она видела фотографии Андре в интернете, когда собирала информацию о нем. Опомнившись, она положила трубку и с недоверием спросила:
— Вам помочь?
Андре улыбнулся, растягивая губы на своем бесстрастном лице. Чувствуя, как он уверенно входит в свой обычный режим охотника, он сказал:
— Я бы хотел попробовать ваш знаменитый чай с пирогами и поговорить минуточку, если вы не против.
В его голосе звучала искусственная вежливость, над которой он работал, чтобы скрыть презрение. Ксения снова внимательно посмотрела на него, словно все еще не верила, что он мог просто так заявиться к ней в кафе.
— Вас зовут Андре, не так ли? — произнесла она. — Мартен?
— Вы меня узнали, — кивнул он. — И да, я хотел бы поговорить с вами. Про особняк и о ваших… планах по его сохранению.
Она могла встретить его в штыки, но желание понять мотивы недруга заставило её на мгновение оставить боевые позиции.
— Выберите себе столик, господин Мартен, я принесу вам чай с пирогами.
— Какая честь, — с иронией сказал Андре. — Сама хозяйка будет обслуживать меня.
Ксения слегка улыбнулась, оглядывая его с головы до ног. Следующие несколько секунд они смотрели друг на друга, будто оценивая.
Андре на секунду ощутил неловкость. Он видел ее только на экране своего ноутбука, где она была просто абстрактной фигурой в его планах. Теперь, оказавшись перед ним во плоти, сила ее присутствия и отсутствие каких-либо признаков наивности или слабости застали его врасплох.
Ксения отвела глаза первая, но по тому, как ее губы слегка изогнулись, было видно, что ее скорее забавляет, чем злит его желание доминировать с первых же моментов их встречи.
Андре выбрал столик у окна, откуда открывался вид на заснеженную улочку, и размышлял, каким образом он может использовать эту встречу для достижения своих целей, несмотря на набирающее силу любопытство к своей противнице.
Ксения принесла Андре поднос с чашкой дымящегося чая и тарелкой с пирогами. Она помедлила, замерев у стола, прежде чем присесть на противоположный стул.
— Надеюсь, чай вам понравится, — сказала она с сомнением в голосе, делая замечание больше для соблюдения приличий, чем из-за искреннего желания угодить Андре.
Андре, невозмутимый, сделал медленный глоток, и его взгляд, скользнув по интерьеру, вернулся к Ксении.
— Отличный чай, спасибо, — скорее механически произнес он. — Но разговор с вами для меня важнее.
Напряженность между ними была ощутима, как электрический ток, который мог вспыхнуть при малейшем искрении.
— Чего вы хотите, господин Мартен? — начала она прямо, глаза её пронзали его взглядом, полным вызова и желания защитить свою территорию.
Андре отодвинул чашку и расслабленно оперся о спинку стула, изображая безмятежность, которую он никак не мог почувствовать.
— Давайте называть вещи своими именами, мадам Воеводина. Ваши действия могут помешать сделке, которая для меня очень важна. Я предпочел бы найти компромисс, нежели противостоять.
— Верно, господин Мартен, — спокойно произнесла
