– Чего надо?
– Мне нужны особые лекарственные сборы со второй полки пятого стеллажа, – тихо откликнулась Аэрис. – И травы, что могут воздействовать на смесок. Пожалуйста.
– Разглядела? – несколько удивлённо, недовольно нахмурив брови, усмехнулась травница… Или торговка. Я пока не определился, кем её считать. – И кто же это такой умный ко мне в лавку пожаловал, а?
– Её не трудно было заметить…
Девушка тихо рассмеялась, качая головой. Тяжело вздохнув, она закатала болтающиеся рукава, после чего совершенно невежливо оттолкнула меня с дороги, направляясь к дверям. Поводя руками с растопыренными пальцами перед собой, но не касаясь рассохшегося дерева, девица снова повернулась к посетителям, теперь выглядя не то что недовольной, а откровенно злой.
– Так, милочка, вы кто будете? Заклинания всё ещё висят и исправно работают. Увидеть моё заведение может только маг со званием магистра и специализацией на целительстве, природной магии. Конкретно – земли. Остальные даже взгляда сюда не кинут. – Воинственно вскинув подбородок, хозяйка лавки скрестила руки на груди, сверля гостей требовательным взглядом. Не дождавшись ответной реакции, она нетерпеливо топнула ногой. – Я жду!
Вздохнул. Судя по смущённому и потерянному лицу найдёныша, роль дипломата в который раз отводилась мне. Нет, за время работы с государственными и политическими деятелями разных стран, рас и взглядов я привык и даже в своём роде заматерел на данном поприще. Только перспектива огрести по самые уши от какой-то неуравновешенной девицы не прельщала. Если она, конечно, не блондинка и её зовут не Аста.
Шагнув вперёд, загородил собой Аэрис, снова вцепившуюся в руку так, словно эта конечность являлась жизненно необходимой вещью. Едва заметно поморщившись, одарил ребёнка ободряющей улыбкой, после чего вежливо склонил голову, обращаясь к лавочнице:
– Я прошу прощения за наше внезапное вторжение, но моя подопечная впервые на рынке. И ваша… – Тут я немного помедлил, пытаясь подобрать подходящее определение. Не найдя таковое, продолжил, стараясь обаятельной улыбкой и собственной харизмой смягчить слова: – Ваша лавчонка приглянулась ей по непонятной даже мне причине. Я предлагал ей зайти в другую, но она настояла… Вы же понимаете, женщинам трудно отказать. Особенно таким юным и непосредственным.
– Политик? – прищурилась хозяйка, подозрительно осматривая меня с ног до головы.
Прищуренные светло-жёлтые глаза поразительно контрастировали с довольно тёмной кожей. К тому же говорила она с лёгким акцентом, типичным для представителей южных земель.
Правда, меня, внимательно присматривающегося к девушке, напрягало совсем другое. Никак не удавалось определить расовую принадлежность. Единственное, в чём можно было быть уверенным, – Аэрис и эта девушка были чем-то неуловимо похожи.
– Немного, – уклончиво ответил. Повернув голову, тихо поинтересовался у найдёныша: – Пойдём лучше зайдём в другую лавку, хорошо? И там поищем подарок для маэре…
– Ке? Навэ![1] – тихо переспросила лавочница, продолжая хмуриться.
– Ма маэре, ре навэ[2], – тихо откликнулась Аэрис, выглядывая из-за плеча. – Нек заэ рут маэре[3].
– С… Ох. – Тихо вздохнув, лавочница потёрла лоб. – Мне нужно выпить. Не думала, что встречу здесь соотечественника. Тем более такого… – Прошаркав к одному из стеллажей, она пошарила по пустой полке и вытащила оттуда запотевшую бутыль из тёмного стекла и пару стаканов. Вопросительно изогнув бровь, спросила: – Будете?
– Нет. – Я места себе не находил от одолевавшего любопытства. Однако пока что держал себя в руках, чувствуя, что моя спутница тоже напугана и не понимает, что происходит в этой странной лавке. – Думаю, мы пойдём. Аэрис напугана.
– Она не так давно пережила сильный стресс? – понимающе хмыкнула лавочница, налив себе и залпом осушив стакан.
Поставив бутыль обратно, вздохнула и щёлкнула пальцами. По помещению прошла едва заметная рябь. Окружающая обстановка изменилась. Стеллажи, полки, даже пол оказались заполнены разнообразными флакончиками, склянками, посудой, травами в мешочках и просто собранными в пучок. Такие же охапки обнаружились и под потолком, развешанными на верёвках, натянутых через всё небольшое помещение. Хотя теперь я и сомневался в первоначальных выводах.
Тем временем хозяйка вернулась за прилавок, сочувственно похлопав Аэрис по плечу. С головой зарывшись в ворох каких-то свёртков, она один за одним выкладывала отобранные по каким-то ведомым только ей критериям. Когда их число перевалило за десяток, она выпрямилась и взъерошила волосы, задумчиво сдув прядь волос с носа.
– Так, вроде из сборов всё, что может действовать на полукровок… А какая она, твоя маэре? – Этот вопрос явно был адресован Аэрис, но малышка, забыв о собственном страхе, копалась в каких-то пучках и связках, полностью отключившись от окружающего мира.
Весело фыркнув, ответил вместо неё:
– Корана интересная женщина. Дети для неё – нечто большее, чем привыкли понимать остальные. А ещё она сильная, но в её душе есть много ран, которые не затянутся со временем, время может лишь сгладить их.
– Такое ощущение, что ты описываешь человека, потерявшего что-то весьма ценное и лишь частично обретшего оное спустя время и лишь в детях, – задумчиво протянула девушка, почесав нос. Она ненадолго замолчала, а затем хлопнула себя по лбу, словно вспомнив что-то: – Я сейчас! Никуда не уходите… – Хозяйка скрылась в подсобных помещениях, крикнув напоследок: – Будьте как дома! Только не применяйте магию, у меня тут зелья есть нестабильные – взорвутся, будем себя от потолка соседней лавки отскребать.
– Аэрис, может, лучше зайдём в другую лавку? – нахмурившись, снова предложил я.
Не то чтобы боюсь или беспокоюсь, просто слишком много вопросов возникло. А любопытство не одну кошку сгубило, только что я аронт.
– И оставить меня наедине с ней? – неожиданно раздалось откуда-то сверху.
Лишь благодаря собственной выдержке смог остаться внешне спокойным. Правда, порыв о привлечении Аэрис к походу на рынок не казался теперь такой уж удачной идеей.
Мысленно посетовав на некстати проявившуюся «везучесть», поднял взгляд, встретившись с четырьмя парами сверкающих глаз-бусинок. Свесившись с балки на тонкой нити паутины, на нас смотрел довольно крупный паук. Если зрение меня не подводит, то представитель отряда членистоногих мог посоревноваться в размерах с некоторыми котятами. В ладонь длиной, в половину оной шириной. С толстыми лапками и, как ни странно, обаятельной улыбкой на мордочке.
– Я Кутар. Несчастный эксперимент преобразующей магии, дело кривых ручек той хамоватой дамочки, что ушла наводить ещё больший беспорядок в доме. – Паучок опустился на прилавок и почесал лапкой пузико. – Так, пока её нет, скажите, что вам нужно. А то эта с… нехорошая девочка могла подсунуть какую-нибудь некондицию.
Наверху что-то рухнуло, послышались сдавленные ругательства и звуки металла, бьющегося о металл. Заскрипела передвигаемая мебель, затем очередная порция ругательств, и снова удары чем-то тяжёлым.
– Что она там делает? – шёпотом поинтересовался у паука, даже не особо удивляясь тому, что беседую с подобным существом.
– Пути Хранителей неисповедимы, – философски вздохнул паук.
Над ним пролетела муха, откормленная и как будто специально летевшая очень низко, прямо над головой Кутара. Вверх выстрелил силок, сплетённый наспех из паутины, и вот уже новый знакомый довольно пережёвывает добычу, брезгливо выплюнув слюдяные крылышки.
– Приятного аппетита, – вежливо пожелал. Удивляться как-то уже подустал, да и за жизнь свою видел много странных вещей… Проще было просто воспринимать происходящее, не особо вникая в его смысл. – Так ты результат эксперимента?
– Угум-с, – промычал паучок. – Зива решила поиграть с духом и циклом перерождения. Как итог – офигенно очешуенная жизнь собственного младшего брата в теле членистоногого. Впрочем, грех жаловаться. Мухи, как оказалось, изысканный деликатес. Лучше только бабочки.
– Я в шоке.
– А я нет, что ли? – Паук фыркнул и пополз бочком к Аэрис, всё ещё перебирающей травы.
Девчонка глянула на пришельца, но фанатичный взгляд лишь мельком скользнул по представителю насекомых, вернувшись к перебираемым веточкам.
Оценив степень вменяемости девчушки, Кутар страдальчески вздохнул и повернулся ко мне:
– Чего ищете-то? Для кого подарок?
– Для её маэре. Мы уже сказали все пожелания твоей сестре, – тактично откликнулся. – А ты не мог бы её поторопить… Или помочь ей с поисками?
– Кутар! А ну, тащи сюда свою пушистую задницу! – Раздавшийся сверху вопль заставил паучка подпрыгнуть на месте от неожиданности.
– Хм, говорят, у дураков мысли сходятся… – задумчиво протянул Кутар, почёсывая передние лапки друг о друга.
