же ограниченные, но очень выборочно, тут тлатоани не удалось понять, да и не было это слишком важным, чтобы стараться уточнять. Важным являлось то, что в ответ на развязанный террор, страх и ужас против тех же тотонаков Борджиа лишь пожмут плечами и переведут не то всю его империю, не то только замешанных в терроре в разряд тех, с кем надо показательно и, внимание, жестоко расправиться. Примерно так же, как они расправлялись у себя в империи с теми, кто рисковал торговать опиумом, использующимся только и исключительно врачами и то в самых необходимых случаях.
Нет, против такого врага попытки нагнать атмосферу ужаса не были правильным вариантом. Да и не являлся тлатоани сторонником жестокости ради неё самой. Любое действие должно приносить прибыль, а иначе зачем оно вообще нужно? Так он считал раньше, когда отдавал приказы, от которых у обычных гражданских кровь стыла в теле, а журналисты строчили статьи и снимали репортажи один другого страшнее. Так ничего не изменилось и здесь. Не зря же он сильно ограничил жертвоприношения, понимая, что именно они привели ацтеков к краху в его мире. Покорённым народам, да и части самих науа просто надоело ждать своей очереди оказаться на жертвеннике. Вот они и воспользовались подходящим случаем. Что получили взамен — это уже другое. Но от принесения в жертвы избавились… в определённой мере.
Прагматичность! Вот что человек считал главным в принимаемых решениях. Потому, когда понял, что из уже захваченного Куйушкиуи Борджиа двинут свои войска на один из следующих крупных тотонакских городов, он отправил каждому из наместников послание, которое те должны были передать в тот момент, когда станет ясно — город не удержать.
Приглашение на переговоры, причём с двойным смыслом. Обычный текст послания, но как печать на конверте, так и вплетённые в орнамент в конце послания рисунки показывали, что написавший и нарисовавший это не из этого, а из куда более развитого мира. Если он прав, если кто-то из Борджиа тоже подобен ему — он или она обязательно ответят. Хотя бы из любопытства, оно есть у каждого. Лично он за уже две свои жизни исключений не наблюдал!
Глава 1
Глава 1
1504 год, апрель, Папантла, земли союза тотонаков
Вот вроде бы и яркий воинский успех, вроде все вокруг чуть ли не писаются от восторга, сам тоже сделал очень важный шаг к достижению основной поставленной перед собой цели, а всё равно тревожно. Причина? Да то самое послание, которое мне передал тлатоани Маквилмалиналли Акмапитчли, он же «мистер Тень», такой же, как и я с Алисой-Изабеллой, чужак в этом мире. Более того, также достигший высот, пусть и в другой части света. Нового Света, мля!
Два дня прошло с того самого момента, как гарнизон Папантла и вообще все науа вымелись из принадлежащего тотонакам города, прихватив с собой то, что могли унести на себе. Быстро так вымелись, организованно, отойдя вместе с той частью войск, которая находилась снаружи крепостных стен, создавая нам не такие и малые проблемы. Вообще никого не осталось, тлакатекатли Матлал увёл за собой всех, как и предполагалось по договорённости. Нам только и оставалось, что занять опустевший от имперцев город, начиная брать под свой контроль все ключевые места обороны. Всё по примеру Куйушкиуи, только с поправкой на то, что вместо менее десятка тысяч населения там, здесь было более полусотни. Тысяч, конечно.
И сразу же послания. Изабелле в Куйушкиуи первым делом. Затем Писарро в Веракрус, коменданту Тулума Слободану Никшичу, Колумбу в Санто-Доминго и байлифу Пуэрто-Рико фон Крайге. В Рим Белль пока что сама напишет, ну а я несколько позже, благо там послание будет многостраничное, многим адресованное.
Основное содержание срочных посланий? Те самые переговоры, равно как и то, что военные действия до собственно их начала или, на крайний случай, точного назначения места и времени, останавливаться не будут. Более того, требуется незамедлительно нанести те самые вспомогательно-отвлекающие удары, которые, не исключено, способны будут перерасти и в нечто более серьёзное. Тут уж, как говорится, разведка боем многое покажет!
Удары от Веракруса со стороны испанцев и от Тулума на уже известный Коба от нас. Это было в письмах, адресованных, соответственно, Писарро и Никшичу. Они получат оные довольно быстро, так же и ударят.
Густав фон Крайге окажется озадачен совсем иным — посланием доверенных людей к месту переговоров Анакаоны, этой главы таино на Эспаньоле, и представителей испанской короны. Важная и срочная задача, потому как они должны не просто состояться, но и привести к желаемому результату — вбиванию хар-рошего такого клина между таино и империей Теночк. У нас, Ордена Храма, уже много чего лежит в закромах, позволяющего доказать, что для таино Теночк тот ещё сомнительного рода союзник. Пришла пора достать эти козырные и местами краплёные карты, дабы использовать по полной программе. Фон Крайге опытный и хитрый управленец в сочетании с навыками переговорщика. Он сможет и сам сработать, если переговоры пройдут на Пуэрто-Рико, и правильных людей послать, если всё ж они случатся вне нашего острова.
Послание Колумбу, наконец. Никак нельзя было обойтись без оного, хотя, честно признаюсь, сильно хотелось. Ан нет, целый вице-король, которому хоть и урезали полномочий, но он так и оставался главным представителем Трастамара в Новом Свете. Чрезмерно самолюбивого и склонного к простым и зачастую неверным решением генуэзца следовало успокоить. Каким образом? Пообещав, что на переговорах империи теночк будут выставлены такие условия, что свои жирные куски получим и мы, и Испания, а также образуются как минимум два, а то и три формально свободных, но на деле нуждающихся в покровительстве индейских государства. Пускай Колумб и склонен исходить ядом при одной мысли о договорах с теми, кого не считает себе и близко равным, но выгоду собственную и короны видеть умеет. К тому же потом, не сейчас, можно и нужно будет намекнуть, что Теночку в нынешнем виде всё равно не существовать.
И вот о дальнейших действиях относительно империи Теночк — это письмо исключительно Алисе-Изабелле. Только она в полной мере понимает, кто наш противник и почему его нужно сперва выжимать, а потом давить, как выползшего в центр кухни таракана. Написав, добавить к сей однозначно радостной новости не самую приятную для «сестры»-подруги — быть на собственно переговорах ей не рекомендуется во избежание каких либо пакостей со стороны уже не «мистера Тень», а всего лишь тлатоани Маквилмалиналли Акмапитчли. Пусть понимает, что любая попытка совершить глупость
