В общем-то, исчезнуть я была бы не против, так что истории Сильвера скорее забавляли, чем пугали, но он продолжал рассказывать их мне в целях устрашения.
- Слушай, мне терять нечего! – заявила я резко и вырвала интересующие меня страницы из книги. – Там у меня есть шанс провести последние дни свободы с пользой!
Вскочила на ноги и метнулась к свёрткам со схемами подземелий. Ненужное барахло, зато сухое и не истлевшее. В один из таких свёртков я намеревалась завернуть карту Леса Отшельников.
- Помоги-ка, придержи края! – попросила я Сильвера, потому что свёрток никак не хотел раскатываться по сухому участку пола.
Мой пернатый облезлый друг тут же сорвался вниз и прижал лапками край, пока я раскатывала схему и укладывала на неё вырванные листы из книги.
- Отлично! – обрадовалась я, когда Сильвер отпустил схему, и та скрутилась в рулон. – Забегу к себе, возьму самое необходимое – и в путь на рассвете!
Сильвер смотрел на меня с сомнением.
- Мои родители учили меня к рассвету всегда, наоборот, возвращаться домой, - пробормотал он.
- Потому что ты – ночной! – усмехнувшись, я подхватила с полки обрывок бечёвки и обмотала им свиток. – Всё, прощай! – я поднялась на ноги, погладила указательным пальцемСильвера по голове и намеревалась уже уходить, но филин растерянно спросил:
- А… как же я?
Это прозвучало достаточно жалобно, и я остановилась, посмотрев на него оценивающе.
- Ну… Не знаю, чего ты… - ответила, подумав: мне такой спутник был ни к чему. Из истории я отлично знала, что чем более странная компания подбирается для мероприятия, тем абсурдней всё будет получаться. А у меня было времени в обрез, так что… - Сильвер, у тебя тут архив, хранить его надо…
- Ты издеваешься? – поразился он. – Я обитаю здесь более пятидесяти лет, и кроме тебя никто ни разу не заглянул сюда! Ещё немного, и все полки обвалятся, а книги сгниют и скиснут. Мне нужно искать более уютное место обитания! Под старость лет как раз самое то обосноваться в Лесу Отшельников!
Я представила его где-то в дупле, в котором царит полумрак и уютное тепло вместо здешней сырости. Мой облезлый друг перестал бы быть таким облезлым, обустроил бы себе приличное жилище…
Я закашлялась. Сильвер– тоже, но слишком уж наигранно, желая показать, что оставлять его в столь непригодных для жизни условиях недопустимо.
- Архив убивает меня… - просипел он.
- А сколько вообще живут филины? – задала я пришедший в голову вопрос. Если ему пятьдесят, и это преклонный возраст, то точно пусть сидит здесь и никуда не отправляется со мной! А то возись ещё с ним!
Да-да, отсутствие личной жизни и друзей сделали меня практичной и чёрствой, так что я не испытала ни малейшей радости от того, что Сильвер готов пойти со мной в неизвестность.
- В моём роду все жили не меньше сотни лет, - гордо ответил филин. – Если не считать моего сварливого дядюшку, который пропал, когда…
- Всё, всё! – запротестовала я. – Знаю я! Кроме того дядюшки, а ещё твоей пробабки, и ещё сотни всяких родственников, которые вечно во что-то угождали! Может, это тебе знамение? Лучше сиди дома и никуда не ходи – тогда точно ничего с тобой не случится!
- Слушай, Эрика! – рассердился Сильвер. – Чего я вообще с тобой разговариваю? Захочу – и полечу с тобой!
- А как же рассвет? – ехидно спросила я, и Сильвер надулся, отворачиваясь.
Мне стало совестно. Я использовала такой аргумент, против которого филину ответить нечего, и от этого я показалась себе жестокой. Он хочет пойти со мной, но, пока я не соглашусь, не сможет этого сделать…
- Ладно… Ты правда готов оставить архив? – спросила я участливо.
Мысленно уже уговорила себя, что нет ничего плохого в таком спутнике. Уговорить себя получилось подозрительно быстро, словно в глубине души я была рада тому, что Сильвер отправится со мной.
- “Оставить архив”! – передразнил меня филин. – Да кому он нужен, кроме тебя! Ты уйдёшь, и сюда тысячу лет никто носа не сунет! – уверенно заявил он.
Действительно, за дни, проведённые здесь, мне ни разу не попадались другие посетители.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-390', c: 4, b: 390})
Сильвер продолжал закрываться от света и счёл важным напомнить:
- Будем перемещаться по ночам!
Я хмыкнула:
- У меня осталось не так много времени, чтобы тратить всё светлое время на отдых! Поедешь в моём рюкзаке, если что!
Сильвер скривился. Не нравилась ему такая перспектива, но спорить он благоразумно не стал.
- Начнём путь сегодня же! – настаивал он. – По темноте покинем город и двинемся в сторону Леса! Никто не увидит, никто не станет приставать с расспросами, никто не сдаст в случае погони.
Я скептически посмотрела на него. Ну, какая погоня? Какие расспросы? В этом городе никому нет до нас дела!
Но выйти сегодня же – мне нравилось. Я вообще не любила долгие сборы и приготовления, предпочитая спонтанные поступки. Решили идти в Лес Отшельников – значит, выдвигаемся немедля!
- Ладно, я забегу к себе в комнату, а ты пока прощайся со своим архивом, - посоветовала я. – А то, небось, не увидишь его больше…
- Намекаешь, что я героически погибну в этом походе? – спросил у меня филин с опаской.
- Нет. – Улыбнулась я. – Намекаю, что когда мы вернёмся, архив, наверно, уже окончательно сгниёт.
Сильвер прикрыл свои ярко жёлтые глаза и вдохнул затхлый воздух полной грудью, словно старался запомнить этот запах, чтобы сохранить его навсегда в своей памяти.
Я развернулась к двери, замечая, как филин приоткрыл один глаз и спросил у меня подозрительно:
- А ты точно вернёшься за мной?
- Точно-точно, - буркнула я в ответ.
Сама пока не могла определиться, нравится мне это или нет, но я была уверена, что вернусь за птицей и отправлюсь в путь с ним. Это ведь удивительно, что знающее обо мне всю правду существо хочет остаться рядом… Нельзя разбрасываться такими друзьями!
5
Выбравшись на улицу, некоторое время просто стояла и смотрела в небо. Уже стемнело, и можно было бы взять Сильвера с собой прямо сейчас, но собираться я планировала при свете, а освещение в моей комнате всегда было излишне ярким.
Я жила в комнате, которая мне не принадлежала. Дом, в котором располагалась комната, был отдан под жильё сиротам, к которым причислялась и я, поскольку помимо того, что мной расплатились за красоту и молодость, от меня ещё и отказались. Что само по себе логично, поскольку оставлять рядом того, кого всё равно скоро отдавать – это тяжело, бесполезно и хлопотно.
- Ты поздно сегодня, Эрика, - прокомментировала моё появление на пороге дома вахтёрша, оторвавшись от гадания по рунам. – Сегодня магически сильная ночь.
- Сегодня ночью обещали грозы, - парировала я. – Так что ни о какой магии и речи не будет!
- Гроза – препятствие… - пробормотала в ответ женщина. – Как упавшее дерево на ровной дороге. Препятствие. Не проедешь. Но дорога от него не становится менее ровной. Так и сегодняшняя ночь. Сильная она будет, хоть из-за грозы никто и не сможет воспользоваться…
Я поднялась по ступеням до двери, что вела в коридор и хмыкнула, слушая про препятствие и дороги.
- Ну и хорошо! – ответила я. – Маги надоели уже! Хоть одна ночь для таких, как я, а не для них!
Женщина неодобрительно посмотрела на меня и покачала головой:
- Училась бы ты лучше, Эрика, - посоветовала она. – И тоже бы освоила магию. А то надоели ей маги! Наш мир принадлежит магам!
Я в ответ презрительно скривилась и, хмыкнув, помчалась вверх по лестнице к своей комнате.
В Академии я числилась исключительно из-за этой жилплощади: простым сиротам, не обучающимся в Академии, комнат не предоставляли. Хотя сперва была ещё причина – архив. Но потом, познакомившись с Сильвером, я поняла, что вход в подвальную библиотеку для меня открыт в любом случае, и неважно, учусь я или нет. После этого осознания я забросила учёбу окончательно. Но меня не исключали и из комнаты не гнали: мать преподавала в Академии и имела хорошие связи, так что, хоть ко мне эта женщина больше никакого отношения не имела, меня не трогали.
