— Кажется, она очень любит братьев, не так ли?
Купидон пытался заставить меня совершить убийство, я просто знаю это.
— Знаете, мы всегда могли бы использовать дополнительную помощь в казино. Может, мне стоит взять ее номер, на случай, если она когда-нибудь решит уйти.
— Да. — Это все, что я мог сказать. Мысль связаться с ней заставила меня задуматься. Может быть, я смогу как-нибудь ее выманить. Возможно, я каким-то образом смогу заставить ее поговорить со мной, и тогда смогу заставить ее увидеть. Увидеть что? Сомневаюсь, что такая сногсшибательная девушка, как она, захочет строить какие-либо отношения с кем-то вроде меня. Но я эгоист и играю грязно. — Достань номер ее телефона. Я разберусь с этим лично.
— Отлично, — заявил Купидон, и я услышал, как он начал нажимать на клавиши телефона.
Я избавляюсь от воспоминаний, ненавидя, что не действовал раньше. Вместо этого я просто позвонил, чтобы услышать ее голос по телефону, а затем бросил трубку. Я был напуган. Что я скажу этой девушке? Мои вкусы темны, как и мои желания. Тогда я не знал, как сказать ей, что хочу сделать с ней. Я думал, что если привести ее в мое казино и заставить работать на меня, это даст мне возможность увидеть, сможем ли мы быть вместе. Я надеялся, что после тридцати дней работы с ней, узнаю, сможет ли она справиться с моими требованиями.
Но после проведенного вместе месяца, я не мог этого сделать. Не мог разрушить ее своими желаниями. Я каждый день пытался контролировать зверя внутри себя, но, когда видел ее, ощущал ее сладость, хотел погубить. Не важно, удовлетворяла ли она мои потребности, я должен был найти способ, чтобы это работало.
Она жаловалась, что я контролирую каждый ее шаг, что всегда нависаю над ней. Это правда, и это потому, что я не мог находиться от нее дальше, чем в нескольких метрах. Ее присутствие в моем офисе сводило меня с ума, но если бы она не была у меня на виду, я бы свихнулся.
Казино «Змеиные глаза» специализируется на более специфичных потребностях для более избирательных клиентов. У нас есть комнаты, оборудованные для ваших самых извращенных желаний и, зная, что может случиться, если Мэнди зайдет не в ту комнату, я был на грани. Что, если бы она увидела что-то, что отвратит ее, и она больше не вернется? Что, если бы она вошла в одну из наших групповых комнат и решила, что я какой-то сексуальный извращенец? Я не мог рисковать, поэтому держал ее под контролем, пока она работала на меня. Ее номер был рядом с моим, и у меня были установлены там камеры, чтобы я мог наблюдать за ней, несмотря на то, что она была по другую сторону стены от меня.
Я, наверное, должен ощущать за это вину, но не чувствую совсем. Не могу сказать, сколько раз наблюдал за тем, как она спит. Просто спит. Я, должно быть, реально облажался, если меня возбуждает наблюдение за ее сном.
Но несколько ночей она не только спала.
В первую ночь, когда она прикоснулась к себе, я был застигнут врасплох. Сидел в своем домашнем офисе, и все три монитора на моем столе показывали Мэнди, лежащую на своей кровати. Я установил камеры сам, и был единственным, у кого был этот канал. Я не хотел, чтобы кто-то еще видел ее такой, это только для меня.
Той ночью ей было жарко, и, возможно, это было как-то связано с тем, что я установил температуру в ее номере на двадцать шесть градусов. Я хотел увидеть ее пот и, возможно, то, как она снимает одежду, чтобы остыть. Но то, что я увидел, было гораздо больше того, на что рассчитывал.
Я откидываюсь на спинку кресла и делаю глоток водки. Большинство мужчин моего возраста пьют какой-нибудь темный напиток, но у меня никогда не было пристрастия к их вкусу, предпочитаю водку со льдом и долькой лимона. Потягивая холодный напиток, чувствую, как он бежит по горлу и согревает грудь. Я вижу, как она полностью скидывает простыни, обнажая тело и пытаясь остыть. Камеры высокого разрешения и ночного виденья, но я до сих пор не вижу того, что хочу. Облизываю край бокала, ощущая терпкость лимона, воображая, что слизываю его с ее мягкой кожи.
Мэнди одета только в футболку и трусики. Я наблюдаю, как она переворачивается на спину и с разочарованием вздыхает. Улыбаюсь про себя, думая, что, вероятно, мне стоит отрегулировать температуру, но я просто хочу еще немного ее помучить.
Внезапно я вижу, как ее рука двигается по животу вниз и опускается в трусики.
— Блядь. — Я практически давлюсь своей водкой. Опускаю стакан на стол и сажусь, чтобы лучше рассмотреть изображение на мониторе. Я был наполовину тверд, просто сидя там и наблюдая, как она лежит в нижнем белье, но теперь, когда вижу, что она делает, я весь во внимании.
Сажусь на край кресла, расстегиваю ремень и брюки. Без вариантов, что я не буду дрочить вместе с ней. Достаю член и чувствую его вес в руке. Внимательно наблюдаю, как она скользит рукой в свои трусики, и вижу, как ее пальцы начинают двигаться. Ткань двигается вверх и вниз, движения ясно дают понять, что она делает.
Ее длинные стройные ноги широко разведены, когда другая рука присоединяется к вечеринке. Я могу только представлять, как одной рукой она разводит сладкие складочки, а другой поигрывает с клитором. Она, должно быть, так нуждается в самоудовлетворении прямо сейчас. Боже, как бы мне хотелось позаботиться о ее нужде.
Облизываю ладонь и вожу ею вверх и вниз по своему члену, используя вытекающую сперму, чтобы облегчить движение. Я чертовски тверд, словно камень, и могу кончить, просто наблюдая, как она потирает свою киску. Она меня так заводит и сбивает с толку, я буквально могу кончить от одного ее прикосновения.
Сжимаю свой член, потирая его грубыми движениями, просто ожидая, когда она кончит. Не хочу финишировать, пока она этого не сделает. Я облизываю губы, желая попробовать каплю ее сладкого нектара между ее длинных ног. Пытаюсь представить, насколько она сладкая на вкус. Не отстаю от ее движений, пытаясь двигаться в том же темпе, но вижу, как она расстраивается и останавливается. Она издает какой-то рычащий звук, а затем снова возвращается к своей киске. Еще минут через десять она снова начинает ворчать и останавливается.
Моей бедной девочке нужна помощь, но я не могу ее ей оказать. Пока нет. Поглаживаю свой твердый член, и хотя он убивает меня, я подожду. Я собираюсь сохранить это для нее. Однажды я трахну ее, и когда сделаю это, она получит эту сперму, и всю остальную, которую я сдерживаю, пока жду, когда она кончит первой.
Беру пульт и охлаждаю ее комнату. Смотрю, как несколько минут спустя она сворачивается калачиком под одеялом и засыпает.
— Скоро, Мэнди, скоро.
Поэтому я здесь, на «Аукционе любовниц», готовый заплатить за нее. По крайней мере, так я заполучу ее, и получу то, что хочу. Деньги прояснят все между нами. Я заплачу, чтобы она была такой, как я хочу, и она ничего не сможет с этим поделать. Уверен, она будет не в восторге от того, как я ее получу, но не буду переживать об этом. Она изводила меня с тех пор, как я увидел ее, и теперь пришло время. Она не кончала в те ночи, когда я смотрел, как она трогает себя. Я тоже, так что знаю, что мы оба могли бы использовать это. Может быть, я смогу заставить ее тело жаждать моего так же сильно, как я жажду ее, погрузиться так глубоко под кожу, чтобы она никогда не смогла оставить меня. Чтобы я был единственным, кто мог заставить ее кончить.
Верхний свет тускнеет, и я знаю, что время пришло. Пробираюсь к своему зарезервированному столику, и когда сажусь, двое мужчин подходят ко мне с двух сторон и придвигают кресла. Я начинаю протестовать, потому что специально зарезервировал этот столик на одного, но когда смотрю вверх, вижу, кто это.
— Серьезно?
Аарон и Джастин улыбаются мне, когда садятся.
— Ты был достаточно любезен, чтобы присутствовать на нашем аукционе, когда мы покупали Стеллу, мы просто решили вернуть должок. — Аарон берет мой стакан воды и выпивает.
