и по-прежнему показывало совершенно чужого человека. Вместо привычной короткой стрижки – роскошная, длинная светло-каштановая волнистая грива, вместо карих с медным отливом глаз – широкие, цвета молодой зеленой травы в обрамлении густых, темных ресниц. А личико такое миловидное, словно фарфоровая куколка ожила!
– Я хочу домой, – еле слышно, на грани отчаяния простонала я и вдруг заметила в зеркале какое-то движение.
Нет, кроме меня никого в комнате не было. Это на самой зеркальной глади сначала пошло волнами что-то, как в луже, когда туда бросаешь камешек, а следом зарябило, словно включился старый сломанный телевизор. А спустя еще несколько секунд, на меня из зеркала смотрело мое же перепуганное лицо, такое знакомое и родное: с веснушками, с сеточкой морщин, на которые я и вправду не обращала раньше внимания, с ненакрашенными ресницами и на голове творился настоящий кавардак. Увы, не успела порадоваться тому, что все встает на свои места, как я, или вернее сказать, уже не я, заговорила.
– Здравствуй! Прошу только не кричи! – практически взмолилось отражение, видимо понимая, что я уже на пороге настоящей истерики. – Я – Алиссия, ректор академии Радук, хранительница магического очага Корнбера.
– Верни мое тело!
Все, чего хотелось на тот момент, это просто вернуться домой, вернуть свою привычную жизнь и конечно же, привычную внешность. Плевать мне на то, каким образом случилось то, что случилось. Магия? Хорошо, признаю, пусть она, но мне до нее не было никакого дела.
– Прошу, успокойся, – шикнула Алиссия и обеспокоенно оглянулась куда-то за спину. – Если нас услышат, может возникнуть множество проблем. Пойми, я не виновата в том, что произошло, но знаю, как можно все исправить.
Мозг зацепился за фразу “исправить” и мгновенно перестроился, отбросив панику, страх и нервозность. Я вмиг ощутила холодное спокойствие, каким, признаться, никогда не обладала ранее. Неужели тоже действие магии?
– Как? Я готова, говори, что нужно сделать.
– Не все так просто, – покачало “мое” отражение головой. скорбно и несколько раздраженно поджав губы. – Для начала нужно понять, что за эксперимент проводили мои студенты и что именно пошло не так. А может и так, опять-таки, нужно выяснить. После этого только мы сможем искать способы снова поменяться местами. Но до этого никто не должен знать, что в моем теле находиться чужая душа.
О, просто потрясающе! Мало того, что меня забросило Бог весть в какие земли, так еще и нужно притворяться тем, кем я совершенно не являлась!
– И как я должна это сделать? – сквозь зубы шипела на горе-ректоршу, не имея возможности выплеснуть гнев на виновника сей щепетильной ситуации. – Если уж ты владеешь магией, во что мне до сих пор сложно поверить, то будь добра просто верни все как было!
– Я не могу! – выпалила она, испугалась порыва и прикрыла рот рукой, снова оглядываясь за спину. – Твое тело ею не владеет, в твоем мире нет магии. Я бессильна, как молодой единорог. Увы, сейчас вся надежда только на тебя. Прошу, просто притворись мной, узнай. что собирались сотворить адепты ритуалистики и после, уверена, мы сможем поменяться обратно. Это будет не сложно! Меня уважают все, ты быстро справишься. А я по мере возможности смогу тебе помогать, подсказывать, как себя вести и как пользоваться моей силой, если будет такая нужда.
“Уважают?” – язвительное замечание об отношении подчиненных Алиссия едва не слетело с моих губ, но я успела, к счастью, прикусить язык и смолчать. Хочется дурочке верить во всепоглощающую любовь и уважение к своей персоне, пусть верить. Кто я такая, чтобы разубеждать ее в этом? Но в том, что будет просто добыть нужную информацию я крепко сомневалась. все же успела почувствовать “любовь” подчиненных к своей ректорше.
– Хорошо, допустим, – смириться с мыслью, что я буду изображать магичку по-прежнему не получалось, но и спорить дальше смысла не было. – Как ты сможешь мне помочь?
– Мы можем связываться при помощи зеркала, – протянула Алиссия задумчиво, вызвав у меня неприятные мурашки. Боже, в отражении ведь мое лицо! Как же это дико на самом деле. – В теории.
– В смысле “в теории”?! Меня такое не устраивает! И твое розовое безобразие не устраивает! И вообще ситуация в целом, – отчаянно выпалила в ответ, к концу сойдя практически на шепот. Толку-то от моих возмущений?
– Какое розовое безобразие? – удивилась Алиссия, смешно захлопав ресницами. Неужели и я так выглядела, когда мне сообщили о повторной переаттестации для учителей?
– В комнате, – махнула рукой, словно могла продемонстрировать интерьер.
– Но моя комната не розовая. Может это адепты подшутили?
О, все лучше и лучше! Посторонние имеют доступ к моему личному пространству – разве не прелестно?
– Ты можешь исправить все, если пожелаешь, – беззаботно продолжила магичка, совершенно не смутившись, что в ее личных апартаментах побывал кто-то чужой. – Для начала…
– Алиса? – взволнованный голос Виктора был подобен грому среди ясного дня. – Алиса, все в порядке?
– Я должна идти, – прошептала испуганно Алиссия, понизив голос до едва слышимого шепота. – Не волнуйся, я сказала, что ничего не помню. Ваши доктора даже не усомнились в моих словах. Свяжемся позже, нельзя вызвать подозрений. Помни, чем быстрее найдешь ответы, тем скорее мы вернемся в свои тела.
– Что? Нет, стой! – попыталась остановить девушку, чтобы задать еще множество вопросов, но было поздно – по зеркалу снова пошла рябь, и вместо Алисы Виноградовой в отражении вновь показалось лицо ректорши Алиссии. Вот же гадство!
Хотелось что-нибудь сломать, желательно виновнику безобразия, но под руку попалась только какая-то вазочка с цветами. Увы, она пала смертью храбрых в неравном бою – улетела в стену и разлетелась вдребезги, сопроводив это действие громким звоном бьющегося стекла. К сожалению, от выброса гнева мне совершенно не полегчало, нервы по-прежнему казались натянутыми до предела струнами. Как в гитарах у новичков, которые умудряются при настройке их перетянуть, а потом удивляются отчего же они им по пальцам ударили, когда лопались.
– Надо успокоится, – твердила самой себе, отвернувшись от зеркала, чтобы не видеть новое лицо. Еще бы завесить его чем-нибудь – и вообще красота была бы. – Лазить по чужим вещам неприлично, вроде как?
Подумала и решила, что раз уж мне предстоит корчить из себя ректора Алиссию, то и вещички с прочими прибаутками теперь тоже мои. Проблемы же скинуты
