Читаем без скачивания Мила Рудик и кристалл Фобоса - Алека Вольских

Гном, однако, как ни в чем не бывало кивнул:

— Как скажете, синьор. Только я так и не понял, вам этот чемодан в какую карету: в ту, в которой поедете вы и встречающие вас господа, или туда, где вся поклажа? А, паныч?

Буффонади закатил глаза к небу и, скрипя зубами, ответил:

— Этот чемодан поедет со мной!

Отойдя на пару шагов от господ, гном ворчливым тоном пробурчал:

— Так бы сразу и сказал по-человечески. А то голову только морочат — панычи эти.

Чтобы как-то разрядить обстановку, Амальгама учтиво улыбнулась итальянцу и сообщила:

— Многие в городе уже наслышаны о главной цели вашего приезда. Я и сама горю желанием лицезреть героев ваших знаменитых шоу.

После первых слов Амальгамы синьор Буффонади заметно удивился, но под конец фразы удивление его сменилось хмурым выражением лица.

— Это отнюдь не главная цель моего приезда, госпожа Мендель, — сказал он.

— О, неужели?! — с интересом вскинула брови Амальгама. — Позвольте полюбопытствовать, что же тогда привело вас в наши края?

Синьор Буффонади быстро взглянул на племянника, который по-прежнему пугливо жался к нему, словно всерьез боялся, что его могут обидеть.

— К сожалению, я пока не могу говорить об этом, — ответил иностранец. — Я приехал по приглашению Владыки Велемира. Он введет вас в курс дела, если сочтет нужным.

— Ах, да, разумеется, — с фальшивой небрежностью воскликнула Амальгама. — Прошу прощения за свое чрезмерное любопытство.

От необходимости отвечать на реплику Амальгамы синьора Буффонади избавил один из гномов-носильщиков, сообщивший иностранцу, что все вещи уложены для перевозки.

— Ну что ж, — оживилась Амальгама. — Думаю, мы можем ехать.

Она сделала приглашающий жест в сторону кареты.

— Прошу.

Синьор Буффонади кивнул, принимая приглашение, и, положив руку на плечо своего племянника, словно бы оберегая его от возможных неприятностей, направился вместе с ним к карете.

Амальгама и ее дочь обменялись озадаченными взглядами и направились следом.

Спустя две минуты бордовая карета с большой буквой «Т» на боку вместе со своими пассажирами отъехала с причала.

Через два дня после посещения Милой и семьей Векшей Троллинбургского кладбища в город начали съезжаться студенты Думгрота. Одним из дилижансов вместе с Яшкой и Фимкой Берманами приехал Ромка.

После летних каникул Лапшин выглядел загорелым и излучал оптимизм. Он неутомимо рассказывал о том, как провел лето. Его родители решили устроить себе отпуск, закрыли на месяц ресторан и поехали путешествовать по Крыму. Ромка заявил, что готов был отправиться в путешествие хоть на дно Черного моря, только бы не торчать все лето на кухне, помогая своему отцу — шеф-повару. Поначалу он был уверен, что ничего интересного в этой поездке ему не светит, поскольку Внешний мир — это все-таки не Троллинбург, где на каждом шагу тайны и колдовство. Но в конечном итоге остался доволен.

— Легенду о Девичьей башне слышали? — увлеченно спросил Ромка у Милы с Белкой. — Та самая башня… Судак. Генуэзская крепость. Жила там одна… То ли чья-то дочь, то ли чья-то невеста… Ну, вы знаете! Говорят, что она спрыгнула с башни. А когда мы там были, я отчетливо слышал, как кто-то плачет. Родители, конечно, ничего не слышали, но они же не маги. В общем, это явно был призрак! — уверенно заявил Ромка. — А откуда взяться призраку в башне, если эта девица с нее сиганула? Короче, я думаю, она оттуда не прыгала, она там либо повесилась, либо отравилась. Прямо в башне…

Белка испуганно ахнула и прикрыла рот руками, но Ромка уже забыл о Генуэзском призраке, перескочив на рассказ о керченских курганах, в которых когда-то хоронили боспорских и скифских царей.

— Вообще, древние захоронения — интересная штука, — поделился Ромка. — Древний народ, они ведь все свои тайны с собой в могилы тащили…

Он по очереди посмотрел на Милу, потом на Белку.

— Ну а вы как? Чем занимались?

Белка опустила глаза на свои колени и грустно вздохнула.

— Мы тоже… ходили к могилам.

У Ромки от удивления вытянулось лицо.

— К могилам? — переспросил он.

— Угу, — подтвердила Белка. — Мы были на Троллинбургском кладбище. С мамой, Берти и Фреди. Навещали папину могилу. — Белка шмыгнула носом, но быстро взяла себя в руки, чтобы не расплакаться. — И Мила с нами ходила.

Ромка повернулся к Миле с немым вопросом во взгляде.

— Надеялась найти могилу Асидоры, — пояснила Мила. — Но оказалось, что на Троллинбургском кладбище Асидору не хоронили.

Ромка хмыкнул.

— Такое бывает, — сказал он. — К примеру, когда маг относится к третьему поколению и его родственники хотят, чтоб он был похоронен ближе к ним — где-нибудь во Внешнем мире.

Мила скептически покачала головой.

— Судя по тому, как моя бабушка относилась к своей матери-волшебнице, сомневаюсь, что остальные родственники испытывали более теплые чувства к Асидоре. — Мила растерянно пожала плечами. — Хотя я вообще не представляю, кто такие эти остальные родственники.

— Н-да, дела, — понимающе протянул Ромка и вдруг подскочил, словно его оса ужалила.

— Черт! Совсем забыл. У меня же… — Он вдруг запнулся и как-то неловко закончил: — Дело одно… Срочное…

Стараясь не смотреть на Милу с Белкой, Ромка спрыгнул с кресла и чуть ли не бегом устремился к выходу из гостиной.

— До вечера! — бросил он на ходу и уже секунду спустя пулей вылетел из гостиной.

— Куда это он? — озадаченно спросила Мила у Белки, когда в прихожей раздался звук захлопнувшейся двери. — Ничего не сказал… У него что, секреты от нас появились?

Белка растерянно посмотрела на Милу.

— Э-э-э… А он тебе не говорил, да? — спросила она тонким голоском.

— Ты о чем, Белка? — еще больше озадачилась Мила. — Ты знаешь, куда он пошел?

Белка помялась.

— Ну… думаю, что знаю, — виновато сказала она. — Если я не ошибаюсь, то он пошел на свидание.

Мила потрясенно вытаращилась на Белку.

— Свидание?! С кем?!

Белка замялась еще сильнее.

— С девушкой.

Мила нахмурилась и бросила осуждающий взгляд на подругу.

— А я думала, с троллем, — сыронизировала она. — Белка, я и сама догадалась, что с девушкой… Хотя понятия не имела, что у него есть девушка… — Мила задумчиво уставилась на дверь, за которой минуту назад скрылся Лапшин. Она никак не могла понять, почему Ромка решил от нее это скрывать. — Я ее знаю?

Белка сдавленно кивнула.

— Угу, это Анфиса.

— Анфиса Лютик из Белого рога?! — еще больше удивилась Мила. — Погоди… Но ведь они, насколько я помню, не очень друг другу нравились.

— Ну да, — кивнула Белка. — Раньше не нравились. А этим летом случайно встретились на море — они там вместе с родителями отдыхали, — ну и… — Белка с неловкостью во взгляде пожала плечами, — понравились, наверное.

— Угу, — переваривая информацию, промычала Мила. — Понятно. Только не понятно, почему он секрет из этого сделал. Вернее, это для меня секрет — тебе-то он сказал…

Мила была обижена на Ромку: Белке он рассказал, что у него появилась девушка, а ей, Миле, рассказывать не захотел. Вот тебе и друг.

— Вообще-то, — ответила Белка, — он мне тоже ничего не говорил, я от Берти узнала. Вернее, случайно услышала, как они об этом говорили.

Белка покрылась румянцем. Если б Мила ее плохо знала, то решила бы, что Белка подслушивала разговор своего брата. Но ее подруга слишком уж неодобрительно относилась к подслушиваниям и, скорее всего, просто почувствовала себя неловко, испугавшись, что Мила именно так о ней и подумает.

— Белка, прекрати, — одернула ее Мила, — я верю, что ты услышала случайно.

Белка благодарно улыбнулась.

По правде сказать, Мила даже немного повеселела. Если Ромка и Белке ничего не говорил — это другое дело. В конце концов, может быть, он просто стеснялся сказать?

Ни Миле, ни Белке не хотелось обсуждать тот факт, что у Ромки появилась девушка. Но и возможности им такой не представилось, даже если бы было желание. Сначала в гостиную впорхнули Кристина с Анжелой, которые наконец перепробовали все самое вкусное, чем был заставлен стол в столовой Львиного зева, и принялись делиться с соседками по комнате своими впечатлениями от каникул. Потом послеобеденными дилижансами приехали Мишка Мокронос, Иларий Кроха и Костя Мамонт, а вместе с ними меченосцы со всех остальных курсов — и младшие, и старшие — и Львиный зев просто утонул в оживленном, шумном говоре.

Отсутствия Ромки в тот день ни Мила, ни Белка даже не заметили. А ближе к вечеру Мила решила повидаться со своей опекуншей и, покинув Львиный зев, направилась к Думгроту, где во флигеле, пристроенном к южному крылу замка, уже второй год жила Акулина.

Акулина и госпожа Мамми — знахарка из Дома Знахарей и по совместительству Главный Куратор трех факультетов Думгрота — самым банальным образом сплетничали, не обращая внимания на Милу. Ей оставалось только наблюдать, как они суетятся в гостиной флигеля, наводя порядок в пыльной, застоявшейся за лето комнате.