Чтобы избежать всех ловушек, придуманных Шэем, мне пришлось забрать это животное с ипподрома и перенести в Австралию. Однако толки, вызванные одновременным приходом к финишу семи лошадей и исчезновением восьмой, вызвали существенное волнение. Если вспомнить о грозе, которую мы вынуждены были устроить, не покажется удивительным, что череда столь невероятных событий вызвала всплеск религиозности. Люди валят в церковь и тем самым губят наши самые лучшие достижения. Словом, ваше адское высочество, если бы мы имели право проиграть одно-другое из самых сложных пари, было бы много легче...
Грохот, с которым копыта нечистого обрушились на адамантовые плитки пола, заставил демона умолкнуть.
- Никогда! Я проклял этого Шэя! И проклятие мое должно быть исполнено до последней буквы! Исполняй!
- Слушаюсь, князь Тьмы, - пискнул главный заместитель и, будучи демоном предусмотрительным, мгновенно отправился за семь миллионов миль в свою лабораторию, да так быстро, что зашиб копыто при приземлении. Он прохромал целый месяц и никогда более не смел возникать у дьявола с подобными предложениями.
Однако Сэм Шэй не имел обо всем этом ни малейшего представления. Ему хватало собственных проблем. Проиграв все пари, он погрузился в уныние. Ресурсы подходили к концу; правда, в карманах еще водилось несколько долларов, но банковский счет опустел. Шэннон Мэллой категорически отказывалась встречаться. Сэм настолько упал духом, что несколько раз брал в руки газету и изучал полосу с объявлениями о приеме на работу.
В один прекрасный день отчаяние сделалось настолько глубоким, что до полудня Сэм ни разу не попробовал одурачить караулившие его бесовские силы. Впрочем, и сам день был сшит и скроен по его настроению. Низкие тучи принесли с севера дождь, каждая капля которого разила землю, словно стараясь свести с ней какие-то личные счеты. Сэм Шэй засел у себя в комнате перед окном, как никогда близкий к полнейшему отчаянию.
Наконец он встрепенулся... Не в обычае Шэя сидеть вот так, погрузившись в унылые думы. Прихватив шляпу и зонтик, тяжелыми шагами он побрел по улице к уютному бару с грилем, где мог отыскаться приветливый собеседник, способный развеять уныние.
В уголке, возле камина, обнаружился Тим Мэллой - кстати, брат Шэннон, округлый и веселый человечек, чью радость лишь усиливала кружка темного эля, стоявшая перед ним на столе. Тим Мэллой сердечно приветствовал Сэма, тот попытался ответить столь же любезным образом, заказал темного и себе, а потом спросил, как поживает Шэннон.
- На это скажу, - ответствовал Тим Мэллой, осушив посудину наполовину, - что иногда по ночам слышу, как она плачет в своей комнате. А этого, - он опустошил кружку до дна, - за ней не водилось, пока она не вернула тебе кольцо.
- Выпей еще, - предложил Сэм, ощутив в сердце некоторую долю радости. А как ты думаешь, может, она снова возьмет его, если я попрошу? - спросил он с надеждой в голосе.
Тим Мэллой немедленно припал к кружке, а потом качнул пенными усами.
- Нет, Сэм, и не надейся, пока не оставишь игру. Это навсегда, если только какая-нибудь высшая сила не заставит ее передумать. И не думай, что она будет всю свою жизнь страдать, расставшись с тобой.
Сэм вздохнул.
- А что она скажет, если узнает, что со дня нашей разлуки я проиграл все пари?
- Это ей безразлично. Поговорим лучше о другом... Сколько же еще будет лить?
- Наверное, весь день, - проговорил помрачневший Сэм. - А потом целую ночь. Нечего сомневаться, хотя я мог бы остановить его в любую минуту, если бы захотел.
- Как так? - заинтересовался Тим Мэллой. - Покажи-ка, Сэм. Просто любопытства ради.
Сэм Шэй пожал плечами.
- Ставь доллар за то, что дождь прекратится через пять минут, а я скажу, что этого не произойдет. Но, поскольку проигрыш обойдется мне в доллар, обещай, что потратишь его на меня.
- Так будет честно и справедливо, - немедленно отозвался Тим Мэллой. Обещаю. Итак, Сэм, ставлю доллар за то, что дождь прекратится через пять минут.
Сэм вяло принял пари, и они выложили свои заклады на стол. Через пять минут дождевые облака уже унесло неведомо куда. На синем небе светило солнце, непогоды как не бывало.
- Любопытно. - Тим Мэллой, чьи глаза округлились от удивления, заказал темного по новой. - Сэм, старина, ты ведь можешь грести деньги лопатой.
- Если бы, - печально вздохнул Сэм. - Вроде все хорошо: хочешь - дождь, хочешь - ясный день... Нужно только побиться об заклад, чтобы стало наоборот. Таково мое проклятие, Тим.
- Как это? - не понял Мэллой. - И кто же наложил его на тебя, Сэм Шэй?
Сэм склонился к приятелю и шепнул ему на ушко... Глаза Тима Мэллоя буквально полезли на лоб.
- Вдохни-ка поглубже, - сказал Сэм. - Принюхайся, Тим, и поймешь.
Тим Мэллой несколько раз глубоко вдохнул, и трепетное выражение легло на его лицо.
- Сера! - прошептал он. - Кремень и сера!
Сэм только кивнул и обратился к своему темному элю. Тим Мэллой положил руку на плечо страдальца.
- Сэм, - проговорил он дрогнувшим голосом, - а ты не слыхал, что некоторые люди готовы выложить приличную сумму, чтобы в нужный им день была приличная погода? Не слыхал о страховании против бурь, несчастных случаев, болезней, рождения близнецов и прочих несчастий? Страхование не пари, а бизнес... законный и доходный.
Сэм оторвался от кружки с темным, со стуком опустил ее на стол. На его лице появилось осмысленное выражение.
- Действительно, - проговорил он, сраженный внезапной мыслью. Действительно.
- Сэм, - пылко продолжал Тим Мэллой, - возьмем такой пример. На это воскресенье приходится парад Верных Сынов Святого Патрика. Предположим, Верные Сыны приходят к тебе и говорят: "Сэм, мы хотим застраховаться против дождя в нынешнее воскресенье. Вот двадцать долларов за страховку, и чтобы ни капли. Если дождь все-таки пойдет, выплатишь нам пятьсот. Но если день будет ясным, оставишь двадцатку себе". Затем ты приходишь ко мне и говоришь: "Тим, я хочу заключить с тобой пари. Ставлю доллар против доллара за то, что в воскресенье пойдет дождь". Я отвечаю: "Ладно, по рукам. Ставлю доллар против доллара, за то, что в воскресенье дождя не будет". И поскольку тебе суждено не выигрывать, дождя в воскресенье не будет. Ты берешь себе двадцать долларов от верных Сынов, и твой доход, Сэм, твой чистый доход, которого никто не назовет добытым в азартных играх, составит...
- Девятнадцать долларов! - Сэм был изрядно тронут. - Девятнадцать долларов, Тим, и без всяких пари. Говоришь, от желающих отбою не будет?
- Именно так, - отвечал Тим Мэллой. - И разве что-нибудь помешает тебе не исполнить всего, что они пожелают?.. Ведь тебя, так сказать, поддерживает невероятно могущественная фирма.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
