Ночью тоже небезопасно. Хоть и лежит покинувший гнездо молодой птенец сойки под зашитой густого куста саксаула или сидит в его ветвях, шевелиться ему не стоит. С наступлением сумерек на смену дневным появляются ночные хищники. Зазевавшийся птенец может попасть в зубы лисицы, ласки, хорька или в острые когти сыча, появляющегося всегда неожиданно и бесшумно. Домовый сыч размерами не превосходит сойку, однако в состоянии утащить в свое логово молодого несмышленыша-сойчонка, вздумавшего устроиться поудобнее. Даже, казалось бы, безобидный с виду ушастый еж тоже не упустит случая, наткнувшись на птенца, полакомиться его нежным мясом. Но, пожалуй, больше всего неприятностей из активных в ночное время животных доставляют кошки, поскольку обладают способностью хорошо лазить по деревьям.
Среди них еще сравнительно недавно первенство принадлежало манулу — обитателю пустынь, в том числе и Южного Прибалхашья. Но этот обладатель красивой и мягкой шкуры подвергся, как и многие его собратья, преследованию и истреблению со стороны человека, отчего попал на страницы Красной книги и вряд ли сейчас представляет угрозу саксаульной сойке.
Иное дело домашняя кошка. Проникая вместе с человеком вглубь пустынь, это самостоятельное животное нередко бросается им на произвол судьбы, особенно часто в период перекочевки. Такие горемыки быстро дичают и становятся поистине бичом для пернатых. Немало птенцов и самих взрослых птиц гибнет в кошачьих когтях.
Много в песчаной пустыне обитает и змей, но не все они опасны для саксаульной сойки. Песчаные удавчики, напоминающие собой длинную сардельку, и чрезвычайно подвижные стрелки могут доставлять неприятности сойкам лишь изредка. Первый, обладая огромной силой, без труда буравит песчаную почву и, проникая в норы грызунов, поедает их детенышей. А стрелка, замаскировавшись в кустике саксаула, терпеливо ждет, пока не появится вздумавшая неосторожно передохнуть в тени этого же кустика какая-либо ящерка. Только крупные экземпляры узорчатого полоза да родственник гремучих змей — щитомордник, обнаружив гнездо и не обращая внимания на беснующихся родителей, заглатывают одно яйцо за другим или также птенцов, а затем, распухшие, долго лежат без движения поблизости от места, где совершили «преступление». Любопытно, что змея никогда не прикасается к неоплодотворенным яйцам, хотя само яйцо для нее является поистине деликатесом. Не исключено, что она улавливает тухлый запах «болтунов», проникающий в мизерных количествах через поры скорлупы. Позже, когда птенцы достигают размеров жаворонка, они уже становятся не по зубам ни полозам, ни щитомордникам.
Быстро растут сойчата. За десять-пятнадцать дней в несколько раз увеличивается их масса. Выкармливая свое потомство преимущественно насекомыми, сойка не упустит случая прихватить зазевавшуюся ящерицу. Чаще это случается ранним утром, пока лучи солнца еще не прогрели остывшую за ночь землю. Выйдя из своих подземных убежищ, пресмыкающиеся, будучи холоднокровными, греются на солнце. И в эти-то часы, пока ящерицы малоподвижны и медлительны, они и становятся легкой добычей соек. В отличие от мелких беспозвоночных, быстро перевариваемых и легко усвояемых, куски мяса ящериц как более сытные позволяют птенцам дольше не ощущать чувство голода.
Для интенсивного роста всегда нужна витаминизированная пища, и сойки приносят своему ненасытному потомству различные растения. Беря у птенцов специально разработанными методами пробы корма, мы находили в них плоды эремурусов, напоминающие внешне зеленую горошину. Эти плоды мясисты, содержат, видимо, немало влаги, которая в пустыне — постоянный дефицит. Сойки охотно собирают и другие семена, причем предпочитают с твердой, толстой оболочкой. Их кожура, видимо, выполняет роль мельничных жерновов. Известно, что птицы не имеют зубов и, чтобы ускорить переваривание растительной пищи, а возможно, и грубой животной, заглатывают камешки, которые помогают раздавливать, размельчать пищу в желудке. Но в пустыне трудно найти камни, а перевеянные многократно и сильно измельченные песчинки слишком малы. Поэтому сойка и заменяет их семенами в твердой кожуре, а также моллюсками, раковины которых содержат известняк, необходимый развивающемуся организму для укрепления костей.
Внутривидовые отношения саксаульной сойки мало известны из-за трудности наблюдений за ней. Обособившаяся пара занимает довольно большой участок. Его размеры составляют в центре ареала полтора километра на километр. А на периферии, где сойки живут разобщенно, величина участка достигает пяти-шести квадратных километров. Границы владений зачастую проходят по вершинам гряд или окраинам больших такыров. Гнезда разных пар удалены одно от другого на полтора-два километра, но иногда их разделяет лишь мощный бархан.
Агрессивность, сопровождающаяся драками самцов, как это случается у отдельных видов птиц, для сойки не характерна. Достаточно появления на вершине саксаула хозяина участка, как вторгшаяся птица тут же удаляется. Хозяин теряет интерес к чужаку и, обежав свои владения, продолжает прерванное занятие.
Семейные пары связаны брачными узами надолго, до тех пор, пока кого-либо из них не унесет смерть. С началом размножения самец, как уже говорилось, часть забот берет полностью на себя: охраняет границы гнездового участка, с появлением в гнезде яиц заботится о самке, затем также активно «поднимает на ноги» потомство.
Как только птенцы покидают ставшее для них тесным и неуютным гнездо, родители уводят их сразу же на вершину какого-нибудь крупного бархана и здесь преподносят им уроки жизни. Птенцы первое время держатся поблизости друг от друга и находятся под бдительным взором одного из родителей. В случае опасности он, издавая сигнал тревоги, заставляет их моментально спрятаться или неподвижно залечь на месте. Птенец, пренебрегший этим правилом, может стать легкой добычей воздушных пиратов. Около месяца взрослые сойки учат молодых добывать насекомых и других животных, разделывать добычу, познавать врагов и способы избежания опасности. Все это постепенно закрепляется в памяти. Достигнув самостоятельности, птенцы разбредаются, но еще долго, даже в зимнюю стужу у них нет-нет да проявляется тяга к себе подобным, и тогда их видишь парами, а то и по три-четыре особи вместе.
Сойка, как уже говорилось, считается птицей молчаливой. Такое мнение сложилось, вероятно, от того, что детально этот вид прежде не изучали. Помимо известного в литературе звонкого, пронзительного «тилиликанья», издаваемого птицей в минуту опасности, нам удалось услышать еще несколько специфичных сигналов. В спокойном состоянии члены семейства «переговариваются» между собой своеобразным «чпиканьем», которое как бы оповещает, где в данный момент находится подающая сигнал птица. В период, когда самки откладывают яйца, самцы начинают, уйдя в укромное место, слегка бормотать, воспроизводя звук, похожий на легкий удар стальным стержнем по жестяному ведру. Этот звук, по-видимому, птица издает в минуту одиночества, но значение его еще не выяснено.
