Читаем без скачивания Пять шагов - Tragic City

После идёт резкий поворот на девяносто градусов и гладкая поверхность дерева. И вот уже под пальцами ощущается стена, с которой постепенно слезает краска, оставаясь на пальцах. Каждая часть квартиры была хорошо знакома. Ручки дверей, розетки, ставни, висящие постеры. Они были картой в этой кромешной тьме. Единственными ориентирами для блуждающего.

Наконец он забрел в тупик, а сбоку наткнулся на выключатель, на который легонько надавил. За щелчком последовал треск и лампочка, держащаяся на проводе, выходящем с потолка, начала моргать. Сначала это произошло всего пару раз за десять секунд, но с каждым разом период все уменьшался и уменьшался, а треск сопровождал каждое затухание. Вся комната появлялась в глазах и исчезала, заставляя дополнять детали самому во времена полной слепоты.

Щелчок. И вот вокруг расположилось множество столов, на которых расставлены тарелки и кружки. От них исходил пар и сразу исчезал не в силах поддерживать свою форму. Позади раздаётся шум гремящих приборов, перемешанных в металлической коробке. Чуть дальше находится окно, из которого доносятся радостные крики детей и строгий голос воспитателя.

Щелчок. Кто-то спереди напевает церковные мотивы. Сбоку раздаются всхлипы. Или же ими наполнен весь зал? Черными одеяниями окутаны люди, прикрывающие свои лица, либо тупо уставившиеся в неведомый угол. В одной руке белые лилии, чьи лепестки пожухли и пытались дожить последние дни. Рыльца прижались к стенкам бутона, стараясь сохранить свой прежний вид. Другую руку поднимает мужчина, покрытый сединой и оттеками. Его глаза были черны как смола.

Щелчок. Привкус металла переходит от одного конца языка к другому, циркулируя по всему рту. Рядом женщины обсуждают что-то на повышенных тонах. Одна из них опирается на трость, стараясь удержаться на ногах. Морщинистой рукой она старается помочь себе в споре, изредка указывая в чью-то сторону. Сзади целая орава взглядов или же это мерещится? Они шепчутся или же это лишь насекомые извиваются в земле, обгладывая ужин?

Щелчок. Лязг бутылок прозвенел на всю комнату. Они покатились по полу, закрывая дорогу до окна. В комнате были разбросаны фотографии. Многие из них были изрезаны в клочья. Сквозняк подхватывал их и гонял от одной стенке к другой. Некоторые из них попадали в блестящую лужу и вязли в ней. Она тянулась от места скопления всех бутылок до подоконника, обрываясь на раме, отдавая резким запахом спирта вокруг себя. Дверь окна билась об угол. Распахнутая настежь она запускала все мелочи внутрь: звуки сирены, крики людей, завывающий ветер.

Резкий хлопок прервал картины, знаменуя о критической точке. Осколки лампочки разлетелись по кухне. Матти почувствовал покалывания на руке, которой он едва успел прикрыться. На ней появлялись подтеки, жадно обволакивающие некогда блеклые места.

– Если включить свет, моя рука будет словно гирлянда, украшающая новогодние праздники.

* * *

Дни все ближе подбирались к концу года, о чём говорили расписанные узорами окна. Они переливались всевозможными цветами, стараясь помочь городу не погрузиться в спячку. Студенты все чаще задерживались в беседки, громко обсуждая предстоящие праздники. Матти мог прекрасно расслышать планы каждого из них. Самый громкий оповещал всех, что соберет огромную компанию друзей и не сомкнёт глаза всю ночь. Другие же лишь смеялись над ним, приговаривая о вечной сонливости выступающего.

– Собрать друзей? – небольшая ухмылка проступила на лице Матти.

Выдохнув последние остатки затхлого воздуха, он окончательно освежился и прикрыл истории о праздниках, повернув ручку окна вниз. На стекле вырисовывались картины, оставленные изрядно потрепавшими дом морозами. Сам пол был застлан белой пеленой, отчего невозможно понять, находишься ли ты сейчас на улице или же это балкон.

Легкое прикосновение и вот уже вся рука ощущала мягкость сугробов. Быстрыми движениями пальцы лепили небольшой комочек, старающийся напоминать шар. Кажется, с ним можно будет присоединиться к игре остальных. Беззаботно бегать и кидаться снежками, надеясь попасть больше, чем соперники.

Стук и шуршание опадающего снега. Кто-то в отдалении смог застать врасплох свою мишень. Раздался хохот, и игра начала все быстрее развиваться. Кто-то не поспевал за ней и падал без сил на заправленную мягким одеялом дорогу, издавая при этом последний издох. Самые сильные же продолжали бороться на изнеможение. Каждый задавался вопрос, кто из них первый не справится со все ускоряющимся ритмом игры?

Белые снаряды разлетались по всему полу. Многие уже давно сняли перчатки и не чувствовали своих пальцев. Рефлекторно они лепили снежки и выбрасывали в сторону своего врага. Не было боли или холода. Было лишь желание продолжать. Все больше и больше набирать очки и отрываться от остальных. Крики и хруст снега заполонили поле боя. Эта схватка вполне могла запомнится как одна из самых выдающихся за последнее время. Возможно, некоторых будут воспевать в стихотворениях, иногда припоминая их имена между строк.

Матти сжимал в руках снежок, надеясь вступить в эту войну, сторонним наблюдателем которой он являлся. Мышцы дергались, а пальцы все сильнее придавливали снежок, придавая тому все лучшую обтекаемость. В ушах звенел смех, а на лбу выступил пот от напряжения перед вступлением на поле боя.

Выдох. Облако пара прикрыло лицо как защитная маска. Рука, спущенная словно с тормозов, размахнулась и выпустила белый комок вперед себя, стараясь выцепить одного из ребят. В голове были слышны бешенные удары сердца. Вдох. Холодный воздух заполонил легкие, обжигая все внутри. Снаряд все ближе приближался к мальчику, пытающемуся набрать материалов для следующего залпа. Ещё несколько мгновений и он достигнет цели. Рот застыл немного приоткрывшись, вкушая попадание.

– Кажется, ты не туда выстрелил.

Выпущенный снежок, издав глухой звук, ударился об окно по другую сторону балкона. Рядом с дверью стояла Айно, удивленно наблюдая за позой, в которой застыл Матти, выкинув комок.

Вернувшись в прежнее положение, его рука произвольно потянулась вниз за снегом, зачерпывая приличную горстку. Она медленно сжимала и переворачивала изделие, стараясь не сильно уплотнять кристаллы. В голове прокручивались варианты попадания, стараясь избежать критических точек на теле. Однако планам так и было суждено остаться лишь в фантазиях грезящего. Дверь балкона быстро вернулась в привычное положение, перекрывая единственный доступ к теплу. Теперь цель была спрятана за толстым слоем стекла. Довольствуясь проделанным, Айно улыбалась, приоткрывая рот. Белые зубы придавали красоты лицу словно капли росы на распустившейся траве – маленькая деталь, оставляющая неизгладимый отпечаток в памяти.

Айно подошла ближе к двери и быстро вывела две кривые, соединяющиеся в одну фигуру. Было ли окно запотевшее или же все это было лишь видением, однако Матти четко мог различить картинку на окне. Смотря сквозь нее на девушку, что задорно улыбалась, поправляя опавшую прядь, он обрывал все