В своем маленьком, неудобном отсеке (деньги приходилось уже экономить) я наблюдал церемонию встречи.
Только увидев этого человека рядом со своей женой, я вдруг поймал себя на мысли, что вижу его вообще в первый раз. Раньше как-то не довелось, да и зачем?
Хельми Пак оказался молод, невысок; в лице угадывалось что-то восточное, и мне впервые пришло в голову, что фамилия Пак - вовсе не финноугорская. Мила, роскошная блондинка, похорошевшая за время нашей разлуки, затемняла богатого промышленника. Позади этой пары теснились двое явных телохранителей. Хельми Пак и его люди пока еще не могли знать, что на Марсе - каждый за себя.
- Милен... О, миссис Рейцак! - расплылся Дик. - Я наслышан о вас. Колония у нас небольшая - несмотря на то, что столица, - так что всем все известно. Вы уж привыкайте.
- Я привыкну, господин Хауэр, - ледяная улыбка на ее лице могла испепелить.
Дик вздрогнул, когда она произнесла его имя, потом натянуто рассмеялся и дотронулся до карточки на груди. Наверное, ни один приезжий до сих пор не был так с ним дерзок.
- Надеюсь, - неуверенно заговорил он, - вам не придется скучать здесь, пока...
Дик собирался сделать эффектную паузу, но Мила заткнула ее очередной светскостью:
- Не беспокойтесь, Ричард, у меня найдется чем заняться.
После этих слов она повернулась к нему спиной и прошла к выходу на "авеню" - большой кольцевой коридор марсианской базы.
Дик оказался настолько выбитым из колеи, что Хельми Пака пропустил без придирок, даже не заглядывая в протягиваемую карточку. Хельми Пак сунул свой документ в карман и махнул рукой на телохранителей:
- Это со мной, господин инспектор. Ребята, предъявите оружие и лицензии.
Быки синхронным движением выложили одинаковые пулевые пистолеты, затем карточки. Они были настолько похожи, просто карикатурно, и я подумал, что не будет ничего удивительного, если выяснится, что номера лицензий у них тоже одни и те же. Наверняка один из них - клон другого, прямо вместе с костюмом, пистолетом и документами.
Дик смерил взглядом оружие, затем этих парней, и, должно быть, ему пришла в голову похожая мысль; он страшно развеселился, хотя по его виду этого и не скажешь.
- Вы думаете, меня интересует, насколько законно вы носите эти древние пушки? Ничуть! Парни, вы на Марсе, и прямо за этим порогом вам могут предложить приобрести за полцены космический крейсер самой последней модели, правда, скорее всего - надуют. Но лучевое оружие вы можете взять даже напрокат, и это обойдется вам не дороже бутылки коньяка! Мне наплевать, привезли ли вы эти пугачи с собой или нашли на месте высадки первых поселенцев; единственное, что я должен сказать вам в связи с этим: упаси вас бог, парни, палить на территории базы, - для этого весь остальной Марс. Если вы выведете из строя какую-нибудь железяку, может погибнуть очень много хороших ребят - все население нашей столицы. А это почти все население планеты. Так что единственное, на что я рассчитываю в связи с вашими карточками - то, что вы умеете держать себя в руках, а руки в карманах. На базе принято выяснять отношения только кулаками, и то, лишь если очень приспичит. А теперь проваливайте, если все поняли и не хотите попросить меня повторить.
Теперь быки, если такое вообще случается с людьми, имеющими профессию телохранителя, выглядели слегка озадаченно. Первым нашелся Хельми Пак:
- Благодарим вас, господин инспектор, за увлекательную лекцию о местных обычаях. - И обратился к своей свите: - Пойдемте, ребята, нас больше не задерживают.
Они поплелись в свои отсеки, а я направился в гараж, где полностью укомплектованный и уже несколько раз обкатанный стоял взятый напрокат слегка побитый вездеходик, обвешанный всяческими пушками, как танк. Владельцем его был старик Фридрих Шуль; одни звали его Фрицем, другие Шульцем. Лет двадцать назад он решил расправиться со всеми своими врагами. Фриц приехал на Марс и принялся выманивать их одного за другим хитростью, беря на понт или еще как. Таким образом он свел счеты почти с тремя десятками человек; естественно, найдя в этом умиротворение, ему пришлось остаться здесь до конца дней. На жизнь Фриц зарабатывал продажей и прокатом вездеходов, боевых и нет. Всякий дуэлянт, даже если выбирал в качестве оружия рапиру, предпочитал устраивать поединок не у самых стен базы, хотя никаких правил или пожеланий на этот счет не было; даже Дик ничего подобного никогда не высказывал.
Моя машина стояла полностью готовая, и уже через полчаса я несся по каменистой равнине к месту, которое я выбрал для схватки с Хельми Паком.
Прибыв туда, первым делом я связался с базой; сначала набрал код Дика. Тот не слишком удивился, увидев меня в кабине вездехода, хотя раньше я редко кому звонил во время прогулок.
- Привет, Дик. Как дела?
- Привет, Джонни. Ты, как я погляжу, отправился к своим привидениям?
- Да. Иногда общество дохлых марсиан приятнее тупых и самовлюбленных соплеменников.
- Ну-ну. А твой приятель, между прочим, уже здесь.
- Я знаю.
- И миссис Рейцак...
- Я видел их обоих, Дик. Вернее, четверых. И как ты читал мальчикам лекцию про пугачи.
- Откуда?.. - он выпучил глаза.
- Это моя специальность, Дик. Видеть сквозь стены и находиться там, где меня нет.
- Сукин сын! Шпион проклятый! Сколько жучков ты развесил в моем отсеке?
- Не волнуйся, твои скотские развлечения меня не интересуют. Скажи лучше, Дик, что поделывает вся эта компания?
- Разве твои жучки не по всей базе, мистер шпион? - он все еще беленился.
- Нет, Дик, - ответил я спокойно. - Не надо на меня орать. Я не шпион. И вообще, я здесь случайно.
Главное не что говоришь, а как. Мои интонации быстро привели его в чувство.
- Ладно, Джонни, что тебе надо?
Человек в гневе никого не слышит, даже себя воспринимает не очень отчетливо. Чтобы подождать, пока он окончательно остынет, я рассказал коротенький анекдот, и лишь после этого вернулся к своим баранам:
- Так все-таки, что поделывает Хельми Пак? И что - госпожа Рейцак? По отдельности.
- Откуда мне знать, Джонни? Я не лезу в чужие отсеки.
- Разузнай. Спроси Фрица - мимо него под открытое небо не выйдет никто.
- Джонни, а тебе не кажется, что это не честно? Какой же это поединок, если ты на свою сторону тянешь все население планеты?
- Дик, - заговорил я ледяным голосом, - о какой честности ты говоришь? Разве ты будешь целиться в его машину, пока старый Фриц дергает рычаги? Или, может, как ты сказал, все население Марса сорвется сию минуту, примчится ко мне и я вас рассажу за каждым камушком?
- Успокойся, Джонни...
- Я здесь - один. А у Хельми Пака один мальчик будет управлять вездеходом, другой - стрелять в меня, ни на что другое больше не отвлекаясь. А моя жена в той компании исполнит роль мозга: у нее это всегда неплохо получалось, а Хельми Пак не настолько туп, чтобы не понимать, что ум - хорошо, а два - лучше.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
