на протяжении последних семнадцати лет! Это и добровольное согласие на обработку персональных данных новорожденного–детсадовца–школьника; многочисленные документы о том, что я беру на себя ответственность за возможные неблагоприятные последствия медицинских манипуляций и вмешательств; добровольные согласия на проведение обязательных и профилактических прививок.
Я прилежно расписывался в протоколах родительских собраний о добровольной сдаче благотворительных взносов в школьные фонды; соглашался скинуться на покупку учебников, рабочих тетрадей, кулера, пластикового помойного ведра и несчётного количества рулонов туалетной бумаги в школьный кабинет; спонсировал презенты и подношения на бесконечные календарные праздники.
По выходным и в свободное от работы время участвовал в бесчисленных конкурсах скворечников и детских рисунков; делал за второклассника красочные презентации в программе PowerPoint, строчил сочинения, решал задачки на онлайн–олимпиадах; ремонтировал школьную электропроводку, счищал снег с крыши и бегал в мешках.
Ежегодно в письменном виде уведомлял школьную администрацию, что в случае порчи казённого имущества обязуюсь возместить причинённый Кириллом материальный ущерб в полном объёме. Каждую четверть мне прилетали на подпись важные расписки о том, что я несу ответственность за жизнь Кирилла с того момента, когда он выходит из дверей школы; расписки о том, что я отвечаю за его действия и бездействия во время каникул и тд и тп… но последнюю, досудебную бумажку подписывать бессмысленно — помойное ведро моего родительского долготерпения давно переполнилось, кроме того, финансовые возможности небезграничные…
Довольный собой менеджер–страховщик порекомендовал мне урегулировать возникшие разногласия путём «дружеских переговоров» — оплатить предъявленную сумму в досудебном порядке, в случае несогласия дельце будет передано в суд, а размер «долга» увеличится процентов на тридцать–сорок.
Я пообещал подумать над заманчивыми и взаимовыгодными предложениями, страховщика выставил за дверь, а нашу квартиру — на продажу. Оценив возможные риски, вероятные исходы и дальнейшие варианты развития событий, понял, что без квартиры останемся при любом раскладе. Мы с Кириллом не стали ждать, когда судебная машина раскачается, заведётся с полуоборота и, выпустив свои выхлопные газы, с космической скоростью попрёт на нас, раздавит и добьёт, поэтому надумали заделаться временными бомжами. Как говорится, пока суд да дело, полгодика в запасе, думаю, у нас ещё есть…
После японского обеда отправляться в офис смысла нет — рабочий день скоро подойдёт к концу, поеду домой и переговорю с сыном.
— Кир, привет, как дел?
— Норм, валяюсь, лучше только в зоопарке в клетке с обезьянами.
— Я рад, что чувство юмора у тебя, как всегда, на высоте.
Рассказал ему, что со мной произошло, и о чём я побеседовал с экранным администратором. Сначала Кирилл выдал мне, что или я стал совсем «пендэхо»[1], или тупо прикалываюсь над ним, а потом присоветовал провериться на вменяемость у компетентного специалиста.
После многочасовой дискуссии, «профессиональный переговорщик» резюмировал, что ему, в принципе, «по хрену, где жить — в сибирской тайге вместе с гнусами и волками или в виртуальном мире вместе с пещерными долбоящерами». Кроме того, мы с ним договорились пройти курсы выживания в условиях дикой природы, решили научиться метко стрелять, а остаток дня потратили на обсуждение возможностей заработка, стратегии и тактики выживания в непривычных, незнакомых условиях.
[1] pendejo — (исп). жарг. тупой, недоумок, идиот
Глава 3
Кир. Курсы выживания
'Opening your eyes is all that is needing.
The heart lies and the head plays tricks with us,
but the eyes see true.
Look with your eyes. Hear with your ears.'
«A Game of Thrones»/ George R. R. Martin
Почему я повёлся на предложение фазера? Уже давно догнал, что если какая-то бредовая идея зайдёт в эту упрямую башку, убеждать его не делать бесполезно. Один хрен, по-своему поступит. Ставлю, никакого перемещения не произойдёт, а я над фазером прикалываться и ржать буду, когда мы с купленным для «новой жизни» барахлом, в стрёмной избушке в лесу или в съёмной однушке в Сибири останемся, зато потом фазер больше не посмеет указывать, как мне жить. Если что, мне не пять лет.
Оглядываясь на себя, до сих пор охреневаю, каким тупорылым долбоящером–пендэхо я был три месяца назад. Тогда я впарил своим, что иду с дружбанами потусоваться в парке. Само собой, попёрлись мы не в парк, а в кальянную, владельцы которой в самом начале прихода ковидлы открывали дверь только по предварительному звонку и только постоянным клиентам… то есть, нам. Короче, welcome!
Мы классно повеселились и круто пообщались. Когда я заразился там от какого-то мудака, мама неделю ухаживала за мной, не спала толком, сидела в кресле у моей постели… мне стало лучше, но потом она заболела. Лечили её теми же таблетками, что и меня, но она почему-то не выздоравливала, ей становилось хуже, температура не снижалась. Вечером она потеряла сознание, я без перерыва названивал в скорую помощь, но вместо дежурного безмозглый робот–автоответчик в сотый раз повторял: «Спасибо за звонок, ждите и оставайтесь на линии».
Я не знал, что мне ещё для неё сделать, чем помочь. Тогда до меня наконец дошло, что всем на нас плевать. Я тупо говорил ей, что «всё будет хорошо», но она не услышала и умерла, ушла неизвестно куда, а я остался один в оглушающей меня тишине. Служба патологоанатомов среагировала быстро — приехала ровно через двадцать минут после моего звонка.
Фазер о ней никогда не вспоминал, как будто её никогда не было в нашей жизни, а я нехило облажался — угодил под троллейбус. «Holy f@ck… не семейка у нас, а ходячее пополнение морга!» — думал я, когда колбасился с переломами в больничке… но ничё, выжил, а потом лоханулся. Попал на деньги.
Здесь меня уже ничего не держит, да и выхода особо нет. Для веселья закажу себе страшные маски: Красную Смерть, Жуткую Маску Трупа, Жёлтого Лысого Старика, Пиратскую Мумию, Проклятие Монахини и, конечно, Дарта Вейдера. Возьму два вейпа для дыма, пригодятся. Создам отряд, которым буду командовать, надену масочку, пущу дымок, начну всех кошмарить. Всех поставлю на место. Подумаю, может ещё костюмчик и плащ пострашнее куплю…
Фазер походу не в курсе, но курсы выживания во враждебной среде я уже давно прошёл. И довольно успешно. В нашей школе только этому и научился: выживать и бороться за свои права. По сравнению с семилетней каторгой, поход по лесу среди диких зверушек покажется мне детской игрой.
Школа стала особо отвратительной и показала мне самый огромный f@ck в седьмом классе, но она не предполагала, что f@ck может оказаться взаимным. Забегу вперёд и отчитаюсь, что после седьмого
