– Я ничего не знаю про Империю, – чуть резковато ответил наемник. – Я всегда служил вне имперских территорий.
– Ты знаешь Передний восток, ты умеешь говорить с тамошними жителями, у тебя есть опыт адаптации к незнакомой обстановке.
Наемник задумался. Это были тяжелые мысли усталого человека, к тому же потерявшего слишком много друзей. Но это были мысли и опытного солдата, который взвешивал шансы хорошо заработать, оставшись в живых.
– Может быть, и я чем-нибудь вам помогу? – спросил вдруг Корк. Он опустил глаза к стакану с вином. – Понимаете, я остался без корабля. Тут попасть на судно в прежней должности мне не удастся. Тащиться назад в Новолунгмию не хочется… И все равно придется наниматься матросом, ведь денег на проезд у меня нет. А я… отвык от палубной суеты, слишком уж изнежился для того, чтобы брасовать реи и ставить рифы в шторм.
Он чуть смутился, но рассчитывал, что его поймут. Он действительно был слегка толстоват, чтобы скакать по вантам, у него уже иначе работала голова, чтобы подчиняться какому-то полуграмотному боцману, и ему очень хотелось остаться тут, в этом уютном трактире, с Тролом и Колой, рассчитывая получить даже более высокий статус, чем тот, которым он пользовался прежде. Он не понимал, что в компании Трола ему придется тяжелее всех остальных, именно из-за его… пухловатости.
Трол обрадовался, даже улыбнулся. Собственно, ради этого вот юноши с опытом кораблевождения он и искал ответ в туманном будущем.
– Мы сочтем за честь, мастер Корк, если ты присоединишься к нам.
– Стоп! – поднял руку Лукас. Его слегка дразнило то, что юный моряк так легко принял решение, которое не мог принять он сам. – Если говорить о новой службе, тогда давайте называть суммы.
Трол сел прямее. Если бы у скамьи была спинка, он бы сейчас сидел еще дальше от стола. Ибраил посмотрел на него и принялся вслух подсчитывать возможную плату за день, за обучение обоих полетам на фламинго, плату за возможные боевые столкновения с имперцами. Это был обычный торг, такой же важный для наемника, как должность, которую Корк получал на корабле.
От названных сумм глаза Корка слегка округлились, он снова зарумянился. А вот пентеконтер поскучнел, должно быть, из-за привычки торговаться. Он и попытался выжать из Ибраила еще немного сверх того, что назвал вначале маг. Он плохо знал подобных людей, потому что уже через пять-семь минут, что по восточным меркам даже и торгом назвать было невозможно, маг уже согласился на все его условия. Теперь Корк даже губу закусил, он решил, что продешевил. Тогда Ибраил оповестил:
– Разумеется, обсужденные дополнительные платы касаются и тебя, моряк. А если найдется новая работа, с которой ты справишься лучше остальных, тебя ждет повышение.
Корк задохнулся, он был скорее ошеломлен, чем доволен. Но теперь даже слегка приосанился, почувствовал себя высокооплачиваемым специалистом, к чему всегда стремился.
– Когда начинать? – спросил он Трола.
– Сейчас, – ответил Возрожденный. – Вас нужно как можно скорее обучить полетам на фламинго и уходу за ними, иначе мы не сможем отправиться в путь.
– Но наши вещи?..
– За ними пошлем кого-нибудь из служащих трактира. Черкните пару строк, чтобы их отдали без споров, и принимаемся за дело.
– Аванс? – холодновато поинтересовался Лукас.
– Сегодня же вечером, – пообещал маг, поднимаясь, чтобы найти трактирщика и организовать переброску вещей обоих членов команды на их новое место жительства.
Дверь открылась. Залитая солнечным светом, в проем шагнула Келга. Трол указал на моряка и наемника рукой.
– Знакомься, – сказал он девушке, – наши новые друзья. Тебе предстоит рассказать им о фламинго все, что знаешь сама.
Остаток дня оба новичка старательно учились пристегиваться к седлу, правильно сидеть, управлять птицами, ухаживать за ними и даже немного полетали, разумеется, с Келгой во втором седле. Лукас учился быстро и легко, его умение ездить на лошадях существенно облегчало дело. А вот Корку было трудно держать свое тело в позиции всадника. Зато моряк совершенно, ну ни на йоту, не боялся высоты, налазился, должно быть, по реям, когда был еще юнгой. Наемнику с этим было труднее. Он тоже был отважным человеком, но страх высоты настолько иррационален, настолько психологически отличается от обычного воинского умения не бояться боли или даже смерти, что он ничего не мог с собой поделать на первых порах.
Вещи новичков принесли к вечеру, с этим проблем не возникло. За ужином Ибраил выдал им деньги, и Трол с неудовольствием отметил, что моряк, кажется, собирается это дело обмыть.
– Нет, – он поднял руку, – никаких гулянок. Глупость не должна разрушать дисциплину.
Слово «дисциплина» моряк отлично понял, он умел быть сдержанным в течение месяцев плаванья. Поэтому напряжение спало само собой.
На следующий день Лукаса и Корка снова тренировали, а вернее сказать – дрессировали полетами на фламинго. Чтобы не перегружать птиц перед большой работой в перелете через море, их меняли, давая им возможность только размять крылья. Обоим новичкам, конечно, тоже давали передохнуть, но не очень. Чтобы сразу же внушить им понимание того, сколько и как придется работать во время путешествия.
К вечеру Корк выдохся совершенно, он даже есть не мог. Лукас чуть потемнел лицом, но держался хорошо, даже помог Келге обиходить птиц. Хотя оба еще не научились править птицами в полете, Трол вынужден был признать, что свежие фламинго даже этот вариант неправильного управления вполне могли бы выдержать.
Еще неделю новички закрепляли все, чему научились, а потом Трол объявил, что пора собираться.
В следующие три дня сборы проходили по обычной схеме – подготовка оружия, пища в дорогу, необходимые вещи, расчеты с трактирщиком за оказанные услуги, избавление от всего лишнего. В эти дни Трол попробовал обходиться без своего костыля. Сначала у него получалось не очень-то хорошо, колено ныло, тело было чужим, к тому же иногда почему-то тряслась левая рука. Особенно это мешало в полетах, которые Трол тоже вынужден был опробовать, начиная с самых простых приемов.
Но главным оказалась не слабость и боли. За месяцы сидения на Алдуине, по приказу Ибраила, Тролу перековали сложный чешуйчатый комбинезон Сварты Соблазнительницы. Его перебрали в плечах и груди, вставили новые пластинки в местах повреждений, зачинили у чуть более коротких, чем нужно, рукавов и удлинили защиту ног. Когда Трол, подчиняясь требованию Ибраила, натянул его на себя впервые, он почувствовал себя не очень-то уютно. Тело стало тяжелым, движения отзывались металлическим шуршанием, а скорость, с какой Возрожденный привык двигаться, работая мечом, существенно снизилась. К такой броне в его состоянии требовалось привыкать неделями.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
