наоборот разозлится и всё станет в разы хуже?
Не желая больше медлить, ведь это не приводит ни к чему хорошему, разве что к самокопанию и страхам, я поднялась на пятый этаж. И вместо того, чтобы позвонить в дверной звонок, дав Вите немного подготовиться, я тихо открыла дверь своим ключом и переступила порог квартиры.
Первое, на что я обратила внимание, так это на разбросанную в коридоре обувь, Витины лоферы и женские чёрные туфли на шпильке. Вслед за ними валялись пиджак, рубашка, графитовое платье, лифчик, трусы… Если Гензель и Гретта свой путь выстилали хлебными крошками, то мой муж и его любовница сделали это с помощью одежды, указав дорогу к спальне.
Любовница…
Соня была права, и Витя мне изменяет! Ещё и сплавил меня из квартиры, чтобы я не мешала ему развлекаться.
И это после всего, что я для него сделала!
Вот и вся его благодарность, сравнимая с плевком в душу.
Ненадолго застыв на месте, прижав руки к груди, чувствуя болезненную пульсацию внутри, я приказала себе быть сильной, хотя чувствовала себя хуже некуда.
В одно мгновение я осознала, что как раньше уже не будет, ни любящего мужа, ни семейного счастья, ни детей. Точнее, всё это у меня будет, но не с Витей. И только после того, как я сумею отойти от его предательства.
Подавив рвущийся наружу злобный смешок, от которого защекотало где-то в горле, я прошла вперёд, застыв на пороге спальни.
Голыми развалившись на кровати, в обнимку лежали мой Витя и темноволосая незнакомка. Из-за смазавшегося макияжа, который вчера был боевым, я даже толком не могла понять, как она выглядит.
Окна были закрыты, так что я могла в полной мере ощутить вонь перегара, указывавшую на слишком весёлое времяпровождение вчерашним вечером и этой ночью.
И это при том, что мой муж редко когда пил и уж тем более напивался.
Так, на часах два часа дня, Витя успел отправить мне сообщение, но голубки всё ещё в кровати.
Нет, так не пойдёт! Мне не нравится эта их идиллия, когда внутри меня всё бушует от агонии.
Если я страдаю, должны страдать и виновники моего разбитого сердца. Так будет хотя бы справедливо по отношению ко мне.
Сжав руки в кулаки, до боли впиваясь ногтями в кожу, чтобы хоть как-то заглушить всё разрастающуюся боль, я сначала шагнула вперёд, но потом передумала, решив разбудить эту сладкую парочку не своим криком и швырянием вещей, а немного иначе. Чтобы они сразу же взбодрились после бурной ночки.
Глава 5
Виктор
Когда такси, на котором уехала Катя, скрылось за первым поворотом, я смог вздохнуть с облегчением и расслабиться.
Получилось.
Теперь, когда жены нет рядом, я могу отдохнуть от её раздражающей заботы и спокойно отдохнуть, чего мне пиздец как не хватало в эти дни.
Я довольно долго думал, что делать, чтобы избавиться от непонятного мне, какого-то сосущего чувства внутри, от которого становилось тошно и всё труднее было сдерживать раздражение, пока не понял — мне нужно немного свободы.
От Кати я уже стал уставать, а её вечно уставший и обеспокоенный вид только угнетали меня.
Когда тебе и так хреново, что хочется взвыть волком, наихудшее, что может сделать жена, так это погрязнуть в рутине и стать надоедливой.
Да, в некотором роде я благодарен Кате за её стремление угодить мне, но она так и не поняла, что мужчинам в трудной ситуации хочется видеть радостную, улыбчивую женщину, которая развеселит их и встряхнёт, а не будет делать акцент на трудностях и повторять, что всё будет хорошо.
Конечно же будет! Я и в этом не сомневаюсь. И Катя должна была верить в меня, а не смотреть с жалостью.
Вот честно, на свете нет ничего хуже, чем ловить на себе жалостливый взгляд собственной жены. Так и хотелось заорать на неё, чтобы она перестала так на меня смотреть и осознала, что я мужчина, и мне на хрен не сдались подобные телячьи нежности и акценты на моей слабости.
Взяв несколько выходных за свой счёт, я первым делом выспался, съездил с друзьями на дачу, пожарив шашлыки, где и познакомился с Надей, приехавшей в компании девушки моего бывшего коллеги.
Красивая, длинноногая, с заразительным смехом и отличным чувством юмора — вот такая девушка была мне нужна.
Она видела во мне сильного мужчину, жадно ловила каждое моё слово и ластилась, как кошка, желая добраться до моего тела.
Её внимание льстило и пробуждало ответный интерес, хотя голос разума твердил, что это плохая идея и я не должен поддаваться соблазну.
И стоило мне только расслабиться, как в памяти проносилось лицо Кати, обламывая мне весь кайф.
Я никогда не изменял жене, старался быть хорошим мужем и заботиться о ней, но оказалось, что под давлением времени чувства быстро угасают. Я больше не находил её сексуальной, меня раздражал её голос, мимика и… Да меня всё в ней раздражало, вплоть до того, как она ходит по квартире и как крутится перед зеркалом.
И поставить отношения на паузу казалось мне самой здравой идеей, чтобы отдохнуть от жены и спасти наш брак. Но что-то мне подсказывает, что я очень быстро привыкну жить без Кати и осознаю, что по сути она мне не нужна. Она мой персональный якорь, который тянет меня на дно.
— Витя, я бы не связывался с Надей, — подошёл ко мне Артур, посмотрев как-то странно. Он что, осуждает меня?
Из всех присутствующих он приехал один, недавно расставшись со своей девушкой. И, скорее всего, Артур бесится, что единственная свободная девчонка уделяет внимание мне, а не ему.
Но оно и понятно. Артур хоть и при деньгах, но красавцем его нельзя назвать. И из достоинств у него разве что крепкое сложение и зелёные глаза, вот и всё.
— Я сам решу, с кем мне связываться, а с кем нет.
— Во-первых, ты с этой Надей ещё не пересекался, в отличие от меня. И скажу так, она цепляется к каждому мужику, а когда напивается, так вообще вытворяет какую-то дичь. Шлюха — это прямо про неё, хотя ты знаешь, я всегда пытаюсь быть лояльнее к девушкам. Хочешь подцепить болячку? Дело твоё. Но подумай о Кате. Кстати, во-вторых, ты женат. И я сомневаюсь, что кратковременная интрижка стоит женщины, которая содержала тебя, пока ты два месяца сидел дома.
— Слушай, какое тебе, блять, дело?
