В это время из часов высунулась кукушка и строго произнесла:
— По-ра! По-ра!
— И впрямь пора, а то не ровен час Дед Мороз отправится в путь, и вы его не застанете, — спохватилась хозяйка.
— Смотри-ка, на часах без пяти двенадцать, точно как в витрине. — Никита толкнул сестру локтем в бок, указывая на циферблат.
— Значит, до полуночи осталось всего пять минут. Мы не успеем, — чуть не до слез огорчилась Варька, но тетушка Зайчиха поспешила ее успокоить:
— Полно горевать, у одного за пять минут столько всего произойдет, сколько у другого за год не случится. Поспешать надо не торопясь, тогда и не опоздаете.
ГЛАВА 5
ОБНОВКИ
При одной мысли, что они снова окажутся на морозе, ребятам стало зябко. Что и говорить, одеты они были явно не по сезону. В гостях у зайцев они отогрелись и совсем позабыли о том, что за окном свирепствует зима. Однако делать нечего. Дети тяжело вздохнули, поблагодарили тетушку Зайчиху и понуро пошлепали босыми ногами к выходу.
— Погодите! — окликнула их хозяйка. — Вы же замерзнете. Пойдемте, я поищу для вас пару хорошеньких шубок.
Зайчиха взяла подсвечник и поманила гостей за собой. Озадаченные, Варька и Никита последовали за хозяйкой и оказались в гардеробной, сплошь уставленной вешалками, на которых висело множество сереньких шубеек из заячьего меха самых разных размеров. Здесь так сильно пахло мятой, душицей, ромашкой и другими ароматными травами, что ребята дружно чихнули:
— А-а-апчхи!!!
— Будьте здоровы! — вежливо сказала тетушка Зайчиха и в свою очередь громко чихнула: — А-а-апчхи!!!
— Будьте здоровы! — хором пожелали ей Варька и Никита.
Зайчиха приблизилась к ребятам и таинственно произнесла:
— Знаете, это престранное местечко. Стоит только сюда войти, как все тотчас простужаются и начинают чиха-а-пчхи! А-а-апичхи! — На этот раз она не останавливаясь чихнула несколько раз.
— Зато моль тут никогда не заведется, — сказала Варька.
Иногда она помогала маме по хозяйству и знала, что шерстяные вещи прокладывают чем-нибудь душистым, чтобы не завелась моль.
— Что верно, то верно, — кивнула тетушка. — Я думаю, моль боится простуды. В самом деле, как же она будет лечить насморк, если у нее нет носа?
— Да, когда насморк, нос надо закапывать, — подтвердил Никита.
К сожалению, ему все способы лечения не раз приходилось испытывать на себе. Услышав его слова, тетушка Зайчиха удивленно всплеснула лапками:
— Скажите на милость, никогда бы не подумала о таком интересном способе лечения! Закапывать нос! А как узнать, что его пора откапывать?
— Откуда? — не понял Никита.
— Оттуда, куда его закопали, — уточнила тетушка Зайчиха.
— Не слушайте его. Он как всегда все напутал, — сказала Варька и со знанием дела добавила: — Гораздо лучше полоскать горло.
— Я думаю, ты права, моя милая. Поласкать гораздо лучше. Ласку все любят, — согласилась Зайчиха. — Однако мы с вами заговорились, а нам надо выбрать шубки по размеру.
— А чьи это шубки? — спросила Варька.
— Моих зайчат. Зимой все зайцы в белом щеголяют, а летние шубейки я чищу, латаю, чтобы к весне они были как новенькие. Видите, какие они серенькие и пушистые.
Тетушка Зайчиха по праву гордилась своей работой. Все одежки были чистыми и аккуратными, волосок к волоску.
— Неужели у вас такая большая семья? — удивилась Варька.
— Еще бы! Дети, внуки, правнуки. Сейчас они все на гулянье. Разве усидит молодежь в такую пору дома!
Разговаривая, Зайчиха споро перебирала шубейки в поисках подходящих. Наконец она выудила прехорошенькое меховое пальтецо с пелериной для Варьки и шубку попроще для Никиты.
— Вот, примерьте-ка эти.
— Ой, какая прелесть! Да тут еще и варежки! — воскликнула девочка, натягивая обновку и примеряя пуховые рукавички, которые висели в рукавах на резинке.
Шубки и впрямь были славные и сидели на детях так ладно, словно были сшиты специально для них. Пока ребята наряжались и оглядывали друг друга, Зайчиха достала из сундука капор и шапку-ушанку и прибавила к ним две пары теплых меховых сапожек. Теперь путешественникам была не страшна никакая стужа. Хоть на Северный полюс отправляйся!
— А далеко живет Дед Мороз? — поинтересовался Никита.
— Для кого далеко, а для вас не очень, ведь вы идете вдвоем, — сказала тетушка Зайчиха.
— Ну и что? Разве от этого путь становится короче? — спросила Варька.
— А как же! Ровно в два раза, потому что его надо разделить пополам, — пояснила Зайчиха.
— Теперь понятно, почему в одиночку дорога кажется гораздо длиннее и скучнее! — догадался Никита.
— Молодец, правильно подметил. Где мир да лад, там дорога коротка, а где ссора да брань, там и вовсе с пути сбиться можно, — назидательно сказала тетушка Зайчиха.
— А может, вы с нами пойдете, тогда дорога будет еще короче? Ну пожалуйста, — заканючила Варька.
Зайчиха умиленно посмотрела на девочку и сказала:
— Какая умница-разумница! Вмиг придумала, как дорогу еще укоротить. Я бы с вами пошла, будь я помоложе. Да стара я стала, уж не скачу, как прежде, а еле плетусь. Со мной вы, чего доброго, к Деду Морозу опоздаете. Лучше вам другого провожатого найти.
— А где же его найдешь? — капризно насупилась Варька.
— Знамо где — на маскараде, — посоветовала тетушка и объяснила: — Испокон веков под Новый Год все зверье на поляне возле ельника собирается, и идет потеха до утра. Нынче там и стар и млад. Так что вы провожатого враз отыщите.
Ребятам было грустно прощаться с тетушкой Зайчихой. Она была такая добрая, совсем как их бабушка. Они вышли на порог, и тут Варька спохватилась:
— Ой, а как мы вам шубки вернем?
— Об этом не беспокойтесь. Как только захотите вернуться домой, снимите зимние одежки, и вы тотчас окажетесь у себя. А шубки никуда не денутся. Зайчата их потом подберут, — успокоила девочку тетушка Зайчиха.
Она провела гостей назад через гостиную, где мирно спал дедко Заяц, и посветила в темном коридоре, который, петляя, вел к выходу из заячьей норы.
— А мы не заблудимся? — спросила Варька, все еще надеясь, что тетушка Зайчиха согласится проводить их хотя бы до ельника.
Зайчиха заливисто рассмеялась.
— Да что вы! Если дружно пойдете, то тут рукой подать, — заверила она ребят, пожелала им счастливого пути и, провожая за порог, еще раз напомнила: — Не забудьте, пока у вас мир да лад, вы на верном пути.
Свет в оконце погас, и заячий домик опять стал похож на самый обыкновенный сугроб.
ГЛАВА 6
МАСКАРАД
Ночь была ясная. Вокруг краюхи месяца крошками рассыпались звезды. От порога заячьего домика вела хорошо утоптанная тропка. Петляя мимо сугробов, она терялась в дали, где на горизонте причудливыми зубцами чернел лес.
— Ну и ну! Ничего себе, рукой подать! — воскликнул Никита.
Увидев, что до леса так далеко, Варька чуть не заплакала от досады. Неужели тетушка Зайчиха над ними посмеялась? Ребята обернулись к заячьему домику, но теперь он ничем не отличался от обычного сугроба. Дети обошли его кругом: дверцы и окна как не бывало. Если бы не заячьи шубки и сапожки, они подумали бы, что чаепитие в заячьей норе им просто приснилось. Настроение у Варьки и Никиты окончательно испортилось. До полуночи осталось пять минут, а до ельника и за два часа не доберешься. Где уж тут поспеть к Деду Морозу! Однако близко ли, далеко ли, а надо идти. Ребята взялись за руки, шагнули… и вдруг оказались на нарядной, залитой светом поляне. Дети недоуменно переглянулись. Позади них не было ни заснеженной равнины, ни заячьего домика-сугроба.
Посреди поляны росла высокая, пушистая елка, украшенная золотыми шишками и орехами. Вместо елочной мишуры ее серебрил иней. По ветвям сновали юркие белки в накрахмаленных фартуках и косынках. Они срывали шишки и орешки и одаривали собравшуюся под елкой детвору: зайчат, медвежат, мышат, волчат. Конечно, не всем такое угощение было по вкусу, но кому не хочется унести с праздника золотую шишку!
В лунном свете снег поблескивал, искрился, и от этого было светло как днем. На поляне собралось множество прелюбопытного народа. Тут были и кот в сапогах, и волк в овечьей шкуре, и хомяк в ежовых рукавицах, и даже подслеповатый кротзвездочет, который с удовольствием разглядывал ряженых в маленький телескоп.
Под косматой елью расположился лесной оркестр. Дятел в красной шапочке задорно барабанил по стволу дерева. Зайцы играли на ксилофонах, сделанных из сосулек разной величины. При этом большие сосульки откликались звучным голосом: "Бом-бом", а маленькие тоненько подпевали: "Тили-тинь". Полевые мышки звонили в колокольчики: "Динь-динь-дон", а лисица, как настоящая артистка в платье из красного бархата, играла на арфе. Весь честной народ с удовольствием отплясывал под развеселую музыку.
