Читаем без скачивания О молитве - Оле Халлесби

Но если искренне молящийся сам испытает себя во свете слов Писания, он скоро убедится, что его молитве недостает веры. Написано, что молиться нужно с верою, ни мало не сомневаясь. Однако, он поступает как раз наоборот. Он сомневается перед молитвой, он сомневается во время молитвы, он сомневается после молитвы. Он уподобляется морским волнам; ветры сомнений бросают его то туда, то сюда. Разве не к нему относятся слова Писания: «Человек с двоящимися мыслями нетверд во всех путях своих»? Он в нужде, он беспомощен — и он молится. Но он не получает того, о чем молится, хотя он молится часто и горячо; он прямо–таки вопиет к Богу за себя самого и за своих близких. После такой молитвы в его душе загорается надежда: может быть, Бог на этот раз услышит меня? И он напряженно ожидает ответа. Но снова никакого изменения! И он выносит приговор своей молитве: Бог не может услышать его, ибо он молится без веры. Он молится, сомневаясь. О, как только не пытается сомнение проникнуть в каждую молитву! Он начинает испытывать страх перед молитвой. Он боится согрешить посредством молитвы. Мой сомневающийся друг! Твое положение не так плохо, как ты думаешь. У тебя больше веры, чем ты подозреваешь. У тебя достаточно веры, чтобы молиться, достаточно веры, чтобы быть услышанным. Вера — странная вещь, часто она прячется таким образом, что мы не можем ни увидеть, ни найти ее. И однако, она здесь, и она проявляет себя совершенно определенными, ясными признаками. Об этом мы хотим поговорить подробнее.

Сущность веры прийти ко Христу. Это первый и самый надежный признак того, что вера еще жива. У грешника нет ничего, кроме грехов и вопиющей нужды. Это показывает ему Дух Божий. Вера очень просто проявляется в том, что грешник, вместо того, чтобы, как раньше, бежать от Бога и от ответственности, теперь со всеми грехами и со всей своей нуждой идет к свету Христову. Грешник, который делает это, верит.

Написано: «Приходящего ко Мне не изгоню вон» (Иоан. 6,37). «Если исповедуем грехи наши, то Он, будучи верен и праведен, простит нам грехи наши и очистит нас от всякой неправды» (1 Иоан. 1,9).

Именно это делали люди, которые в то время приходили к Иисусу и которым Он говорил: «Вера твоя спасла тебя». Все их дело заключалось в том, что они пришли к Иисусу и открыли Ему свою нужду — телесную или духовную, или, возможно, и ту, и другую.

Запомни простые и ясные признаки живой веры: человек видит свою нужду, соглашается со своей беспомощностью, идет к Иисусу, говорит Ему, как плохо обстоит дело с ним, и передает свое дело в руки Иисуса. И теперь мы можем сами сказать себе, сколько нам нужно иметь веры, чтобы молиться. Если мы в нашей беспомощности обращаемся к Иисусу, нашей веры достаточно.

Здесь мы можем ясно видеть, что истинная молитва является плодом беспомощности и веры. Беспомощность становится молитвой в тот момент, когда ты идешь к Иисусу и откровенно, с полным доверием, говоришь с Ним о своей нужде. Это и называется верить.

В самой сущности молитвы заключается то, что этой веры достаточно для молитвы. Мы уже видели, что для молитвы нужно лишь то, чтобы открыть двери Иисусу, чтобы Он мог в нашей нужде и беспомощности проявить Свою чудесную силу. Наша вера не помогает Иисусу исполнить нашу просьбу. Иисус не нуждается в помощи, Он нуждается только лишь в том, чтобы иметь доступ к нам. Наша вера не вводит Иисуса в нашу нужду и не пробуждает Его интерес к нам. Его очи уже давно направлены на нас! Он давно уже хочет войти в нашу нужду, чтобы помочь нам. Но Он не может войти прежде, чем мы «откроем дверь», т.е. прежде, чем мы, посредством молитвы, допустим Его помочь нам.

Состояние сомнения и внутренней неуверенности, которая так часто охватывала тебя как перед твоей молитвой, так и после молитвы, ты назвал неверием. Здесь некоторое смешение понятий, которое, к сожалению, очень распространено и которое очень вредит молитвенной жизни. Неверие — это нечто совершенно иное, чем сомнение. Неверие — это состояние воли, которое проявляется в том, что человек не хочет верить, т.е. не хочет увидеть свою нужду и осознать свою беспомощность, не хочет идти к Иисусу, чтобы честно и с полным доверием говорить с Ним о своих грехах и своей нужде. Сомнение же — это страдание, это боль, это слабость, которая временами охватывает веру. Мы можем охарактеризовать его, как болезнь веры. Эта болезнь, как и всякая болезнь, может проходить более или менее тяжело и быть более или менее затяжной. Однако если мы воспринимаем ее, как страдание, как боль, которая постигла нас, то она теряет свое пугающее и смущающее нас жало.

Все страдания, постигающие нас, должны служить к нашему благу. Так и страдания веры. Таким образом, это не так опасно, как мы думали. Это не опасно ни для нашей веры, ни для нашей молитвы. Это служит к тому, чтобы сделать нас беспомощными. И, как мы уже видели, именно беспомощность является движущей силой молитвы. Ничто так не содействует нашей молитвенной жизни, как это переживание нашей беспомощности.

Эти последние мысли, на первый взгляд, противоречат приведенным выше местам Писания. Эти места прямо утверждают, что сомневающийся не может ожидать услышания своей молитвы. Однако, эти слова нельзя вырывать из контекста. Нам необходимо сравнить их с другими местами Писания, выражающими подобные мысли. Одно из характерных кратких сообщений мы находим в Мр. 9,14–30:

В то время, как Иисус и три Его ученика были на горе, где произошло преображение Господа, один человек привел к остальным ученикам своего бесноватого сына, но они не могли изгнать из него злого духа. Когда Иисус возвратился, отец поспешил привести своего сына к Нему. В ответ на вопрос Иисуса он рассказал, сколько времени мальчик страдает и как ужасны его мучения. И в своем горе он просит: «Если что можешь, сжалься над нами и помоги нам». На это Иисус ответил: «Если сколько–нибудь можешь веровать, все возможно верующему». Отец понял всю серьезность слов Иисуса и воскликнул: «Верую, Господи! помоги моему неверию!»

Здесь мы имеем типичный пример сомневающейся веры. Сомнение здесь, как это обычно и бывает, развивается в двух направлениях: частью оно касается Бога, частью нашей веры. Тот человек говорит точно то, что он и чувствует: «Если что можешь, сжалься над нами и помоги нам». Таким образом, он не вполне уверен, может ли Иисус помочь. На это Иисус ответил: «Все возможно верующему». Человек этот почувствовал истинность слов Иисуса и в то же время слабость своей веры. В этот момент все для него было поставлено на карту. И он не видит другого выхода, как признаться в том, что в его сердце происходит борьба между верой и сомнением: «Верую, Господи! помоги моему неверию». Это весьма характерно, что он употребляет выражение «неверию». Он сам рассматривает свое сомнение, как неверие. Так обычно и бывает, что искренне верующий человек строго и немилосердно судит самого себя. Однако Иисус по–другому смотрит на эту сомневающуюся, шаткую и колеблющуюся веру. В глазах Иисуса это вера. Это видно уже из того, что Он исцелил мальчика. Если бы это сомнение отца было неверием, то Иисус не мог бы совершить исцеление (ст.23). Еще яснее эта мысль выражена в Мр. 6,5–6: «И не мог совершить там никакого чуда… И дивился неверию их».

Видишь, какой слабой, неуверенной и сомневающейся может быть вера! Обрати также внимание, как в момент молитвы вера сама о себе судит, как о неверии. И, однако, вера здесь в наличии была. Она оказалась достаточной, чтобы Иисус смог совершить одно из Своих самых чудесных исцелений. Ученики ничего не могли сделать над этим бесноватым мальчиком.

Как же объяснить тот факт, что человек с такой слабой, неуверенной и сомневающейся верой смог быть услышан и получить помощь? Он нашел правильный путь. Он подошел к Иисусу. Он изложил перед Ним свое страдание. А также он изложил перед Ним свою нужду в вере, и как он был полон сомнений.

После того, как мы поняли сущность молитвы и веры, наша молитвенная жизнь, без сомнения, станет проще и легче.

Прежде всего, нам стало ясно, что услышание молитвы не зависит от наших чувств или мыслей до, в продолжение или после молитвы. Пример несчастного отца в Мр. 9 ясно говорит нам об этом.

Его чувства до, во время и после молитвы были, конечно, безрадостными. Положение казалось безвыходным. Ученики пытались исцелить мальчика, но это им не удалось. Затем пришел Иисус. И Он сказал серьезное слово о вере. Разве этот бедный человек, когда он в своей вопиющей нужде воскликнул: «Верую, Господи! помоги моему неверию» — не считал все потерянным? Его мысли не были более возвышенными, чем его чувства. Мы можем немного судить об этих мыслях по словам: «Если что можешь»; он, следовательно, совершенно не был уверен, что Иисусу удастся достигнуть большего, чем его ученикам. И когда он из слов Иисуса понял, что это зависит и от него самого, от его веры, он впал в еще большее отчаяние. Он точно знал, что внутренне он колебался между верой и неверием.