теперь был похож на обезьяну, вылезшую из центрифуги.
— Она сама захотела. Лиану спроси. Клянусь Стеной Плача не виноват я, она сама захотела сменить дар. Сотри мне, кричит, снайпера ко всем чертям! Не могу больше видеть, как мучаются живые существа, — папаша Кац перепугался ни на шутку. — И я ей понравился… может быть. — Застенчиво сообщил он.
— Ты на себя в зеркало давно смотрел? Ты же на бомжа похож! Перегар. Щетина, воняешь как не знаю кто. Подполковник называется. Быстро привести себя в порядок!
— Я тоже усомнился в своём внешнем виде, когда она меня спросила, знахарь ли я, — задумчиво ответил Изя. — Но это я поправлю. Всё, больше не пью! Много.
— Слушай, я тебя не об этом спрашивал. Ты чего моду взял девок портить? Из Немезиды сделал свою карманную болонку, теперь за Мотоко взялся? Из неё ты вообще куклу себе смастерил для утех. Что про нас скажут?
— Правда хорошо получилась? — обрадовался Изя Кац. — Это я ещё вполсилы…
— Изя, я очень расстроен твоими выходками. Ты же знаешь, что бывает, когда я расстроен? Или забыл? Испортил чистую девочку, она тебя об этом просила?
— Ну… нет, а чего ей одной оставаться? — быстро добавил папаша Кац. — А вот ещё, они захотели по двадцать пять хромосом в придачу.
— Кто они? — поднял я бровь и внимательно посмотрел на знахаря. Что он ещё успел откаблучить пока я спал?
— Твоя, а потом и Мотоко.
— Мотоко зачем операция?
— Я сказал, что лишние хромосомы дают прирост к способностям. Ведь так оно и есть, забыл?
— Кто тебя за язык только тянул, старый ты гондон, — я прошёлся по кабинету. — Ты понимаешь, что обрекаешь её на смерть? Нам ведь придётся взять её на платформу. Она же совсем ребёнок, Иглу уже похоронили.
— Женя, ты обидные слова сейчас говоришь! Смерть? Да мы все здесь взаймы давно уже живём. Какая такая смерть? Лиана, к примеру в двадцать два уже была закоренелой убийцей. Мотоко снайпер четыре года в Улье, тебе это о чём-то говорит? Что касается Лианы, то она проговорилась в желании родить ребёнка, я ей и сказал, что у неё ничего не выйдет пока…
— Да понятно. Я сам хотел обсудить с ней этот вопрос, да только всё некогда было. Мотоко же хотел оставить здесь, а теперь придётся тащить за собой. Сам знаешь как опасны платформы. Если она к внешникам в руки попадёт?
— Если мы все попадём? Она не пятое колесо в команде. Мотоко теперь сенсор с возможностью контактировать с аппаратурой внешников! — выпалил растрёпанный профессор.
— Переведи, — я сел наконец-то на стул.
— Она сможет взламывать их системы. Забыл, что у внешников на каждой платформе свой искусственный интеллект? И так просто с ним не договориться. Со своими новыми дополнительными возможностями девочка сможет с лёгкостью взламывать платформы.
— Рискуем мы с ней, — почесал я подбородок. Что за хрень со мной приключилась? Раньше через сутки брился, а теперь прёт как на пуделе. Всё началось после радужной жемчужины.
— И это говорит великий Лесник, — папаша Кац театрально воздел руки к небу. — Как ты собираешься выяснить, где Альфа или подобраться к тестю? Без дара Мотоко мы там и шага не сделаем.
— Ну возможно, но только не ври мне. Она же не просила тебя сделать ей такие сиськи? А что ты сделал с её задницей? Её теперь можно как бампер использовать на Виллисе! Не спорю аппетитная девочка получилась, но ты хуже нимфы стал, Изя! Ты подчинил её себе.
— Ничего не подчинил, так просто добавил немного симпатии к себе. Кому понравится робот в постели? Что касается фигуры, то каюсь, увлёкся. Она под радужной была, там знаешь как всё тонко. Только подумал и на тебе… выросло. Ей понравилось, как я теперь её обратно засуну в тело подростка? У неё глядишь, и крыша съедет.
— И она тебя, конечно, искренне полюбила? — я попробовал его добить последним аргументом.
— А кого? Тебя? Да ты только скажи, я не жадный. Будет двоих любить, — хитро подмигнул папаша Кац.
— Знаешь, что? Надо было тебя в реактор тогда кинуть! Вместе с атомитами, — я погрозил ему кулаком.
— И далеко бы ты без меня ушёл? Твоя ещё попросила немного жир с боков убрать, кстати. Всем нужен Кац. Обидно, чесслово, такие речи слушать от боевого товарища, — Изя взмахнул руками.
— Ладно, ладно. Но если кто спросит — это побочный эффект от радужной жемчужины. Или может последствие ранения? — предположил я.
— Женя, тебе вот тоже доктору надо показаться, чего-то не то ты говоришь. Какое последствие ранения? Да ко мне сейчас половина стаба выстроится за таким ранением. Лучше уж пусть…
— Товарищ полковник, разрешите войти! — в дверь постучали и за дверью раздался звонкий голос Мотоко. Я кивнул Изе со злорадной ухмылкой, мол, открывай.
— Началось, Изя. Принимай, — я уселся поудобнее, приготовившись наслаждаться.
— Войдите, — строго сказал папаша Кац, попробовав, пригладить торчавшие в разные стороны волосы. В комнату вошли Мотоко и Зараза. Вторая ещё хромала после скреббера.
— Ой, вам так идёт, товарищ подполковник! Вы как Эйнштейн сейчас, — восхитилась Мотоко.
— Мы же на «ты», забыла? — важно обронил папаша Кац.
— Она у нас самая стеснительная… была, — оценивающе посмотрела на её задницу Зараза. — Это я её попросила, вы сможете мне такую же реабилитацию провести? Вы же после скреббера Мотоко помогли.
— Да, но… да, конечно. Помог, это мой долг! — тряхнул своими редкими кудрями папаша Кац.
— Давай вечером, Зараза? У нас сейчас одно дельце неотложное наметилось, — сказал я. — Нам надо съездить к Бутылочному горлу, кое-что глянуть. Как вернёмся Изя Кац в полном твоём распоряжении.
— Тогда я вечером к вам… тебе зайду? — Зараза уже имела внушительный арсенал и чего там нужно было править я не понял. Но в отличие от брюнетки Мотоко, она была блондинкой. Насколько я помню, Изя особенно трепетно относился к светлым волосам. Мотоко взглянула на неё с опаской и побледнела, но, как и положено восточной женщине ничего не сказала. Лиана бы давно уже искала пакеты, чтобы упаковать тело Заразы, пока никто не видит.
— Да. Но
