Бориса – «младшего»), и Семёна Окинова, князь вновь взялся за ручку и листы бумаги – нужно было подробно зафиксировать кульминацию происшествия.
Из рассказа основных фигурантов, за исключением находящегося пока под наблюдением в семейной клинике Андрея, выходила динамичная картина развития противоборства. Когда дети поняли, что мелкокалиберками медведя не остановить даже с близкого расстояния, Андрей Первозванов прокричал, чтобы уводили младших детей, а сам приготовился стрелять в медведя. Его крик протранслировали, и в принципе, без особой паники все девочки и младшие пацаны стали покидать опасную зону. С Андреем остались Борис Глебович и Семён. Окинов криками подгонял детей и помогал им распределиться, причём кричал на двух языках – русском и бурятском. Борис больше наблюдал за медведем, бросил в него одну из винтовок, валявшихся поблизости, и прокричал Семёну, чтобы тот, как и он, перехватил свою винтовку за ствол и при приближении медведя бил его по голове в район второго глаза, чтобы полностью лишить зрения. Но это не потребовалось, так как медведь, находясь буквально в шаге от Андрея, умер, и упал на него.
Борис и Семён сняли ремни со своих и с разбросанных поблизости винтовок, и стянув две винтовки, чтобы сделать рычаг, начали приподнимать тушу медведя и постарались его перевернуть. Через пару минут подбежали взрослые и подключились к работам.
Дослушав рассказы сына и Бориса, Дархан Тайшаевич резюмировал: – Итак, прошу всех запомнить, что и как происходило. Рысь, прячась от преследования, провалилась в сугроб берлоги и разбудила тем самым медведя. Выскочивший и злой от зимней спячки медведь, кинулся на людей, которыми оказались дети семейств Окиновых и Перловых. Трое старших: Андрей Первозванов, Борис Глебович Перлов и Семён Окинов приказали остальным детям бежать к взрослым, а сами попытались остановить медведя. Андрей Первозванов метким выстрелом из лука попал в глаз медведю. Борис Перлов и Семён Окинов готовились прикладами добивать медведя, целясь ему в голову, чтобы повредить второй глаз или хотя бы залить его кровью. Но это не потребовалось, так как стрела проникла глубоко, поразила мозг медведя и вкупе с болевым шоком, привела к его смерти. Падая, медведь придавил своей тушей Андрея, но того быстро удалось извлечь с помощью подоспевшей подмоги. Ещё раз повторяю: причина смерти медведя – попадание стрелой в глаз. Крик Андрея, вытянутые руки – это нормальная реакция в состоянии аффекта, но ни вреда медведю эти действия принести не могли, ни испугать животное тоже. Медведь умер от сильной боли и комы, возникшей вследствие повреждения тканей мозга, и, умирая, упал и придавил Андрея. Всем понятно?
Сидевшие напротив друг друга Борис Глебович Перлов и Семён Окинов согласно кивнули головами. Находившиеся подальше руководители служб рода тоже закивали, старательно запоминая официальную формулировку.
– Сейчас мы поедем к следователю, занимающемуся этим делом, он уже был на месте происшествия, забрал обломок стрелы, гильзы от мелкокалиберных винтовок, изучил следы, осмотрел медведя у нас на складе-холодильнике и будет рад нас увидеть. Я, как князь, могу отказаться от дачи показаний, но смысла это не имеет – дело ясное, в чём-то даже выигрышное, все справились на отлично, так что статусом козырять не будем – перед законом все равны, что мы и продемонстрируем. Вас будут не допрашивать, а опрашивать, рядом всегда будет адвокат рода и если что-то пойдёт не так, то он вмешается. Но уверен, что следаки понимают, с кем имеют дело и берега не попутают.
Владимир. Дом Перловых.
Оксана Евгеньевна звонку от племянника Бориса не удивилась – на время отдыха детей на Байкале он был за старшего среди Перловых и звонил каждый день, если только не улетал куда-то в другие города по торговым делам. Сообщив, что отдых продолжается, он передал трубку старшему из её сыновей – Василию.
– Мама, отдых замечательный! Мы ходили в галерею и китайский цирк, там акробаты такое выделывали! На Байкале катались по льду на снегоходах, знаешь, такие, мотоциклы на лыжах. Каждый день занимаемся китайским, нам здесь учителя нашли. Сегодня ездили стрелять из автоматов и снайперских винтовок, и Андрей медведя пристрелил. Ему пообещали, что шкуру выделают и её можно будет или на стену повесить, или на пол положить. Я видел в кино, так делают.
– Какого медведя?
– Большого. Чёрного. Князь Окинов предлагает его лапы и внутренности, какие там бывают, – запнулся Василий, – ингредиенты, подарить Ван Фэну – нам они ни к чему, а ему для китайской медицины очень подойдут. Китайцы их очень ценят.
– Так, стоп. Хватит молоть чепуху и зубы мне заговаривать. Андрей где? Рядом? Передай ему трубку.
– Оксана Евгеньевна, добрый вечер. Слушаю Вас.
– Добрый вечер, Андрей. С тобой всё в порядке?
– Да. Но совесть немного мучает – девочки хотели с мишкой поиграть, а я его пристрелил. К тому же, Ван Фэн говорил, что русские почитают медведя как китайцы дракона, и как бы мне в карму не прилетело за такое непочтение. Я поговорю с Ван Фэном, когда вернёмся, как себя в Китае в таком случае ведут. Передаю трубку Борису Глебовичу.
– Да, всё нормально, я отцу уже звонил, а он деду. Они тоже шкуру хотят увидеть и поздравляют Андрея с ценным трофеем. Его как хорошего снайпера по телевизору обещали показать. Заболтались мы что-то с Вами, отрываем от дел. Всего доброго, привет большущий дяде Гене от всех нас.
Борис отключился от линии и облегчённо вздохнул: – Так, пацаны: все красавчики! Мы ей первичную информацию закинули, и новые подробности она узнавать будет спокойнее. Теперь в таком же ключе дозваниваемся до нашей мамы. Думаю, будет проще. Главное – как и с Оксаной Евгеньевной, – никаких подробностей, только общие слова, а если начнёт напирать, говорите, что есть проблема – типа, последние пару дней кушал без аппетита. И блямс – всё забыто и внимание переключили. Но тогда минут двадцать придётся выслушивать расспросы – сколько ложек и чего съел, а потом внимать рекомендациям. Все готовы? Выхожу на связь…
И Борис вновь нажал на кнопку вызова.
