Не представляю, как научники из ВНИИ смогли пробить этот бред, попахивающий евгеникой. Видимо, с милицейскими кадрами было совсем туго, и хватались за любую соломинку, шли даже на явные нарушения прав человека.
Эксперимент не дал желаемого результата. Оказалось, что вместо гармоничного совмещения в одном человеке, внедренные существа проявляются по очереди, смена образов происходит во сне. При этом для посторонних человеческий облик не меняется ни на вид, ни на ощупь. Про эффект зеркала ничего не сказано. Не знают, что ли? Или это мое, индивидуальное?
…Лагерь я помню. Последний раз я там был лет в двенадцать. Нас действительно постоянно чем-то просвечивали, измеряли, заставляли решать тесты и колупаться на тренажерах. Умник с удовольствием решал загадки и шарады, Тролль предпочитал тренажеры, а Скорпион убегал и прятался. У нас считалось западло выдавать взрослым свои отличительные качества. По-моему, они меня ни разу Скорпионом не застали. Нет, был случай! Как-то мы с одним таким же мальчиком бегали по стенке наперегонки, пришел старший вожатый, увидел и начал орать. Постой, постой… Старший вожатый! Седой! Вот где я его видел!
Листаю дальше. Приложение к отчету: «Дневник наблюдений». Некоторое время смотрю в окно, не решаясь перевернуть страницу.
Как же нас много! С замиранием сердца рассматриваю фотографии детей, рисунки геноморфов. Вот Сережка, который мог летать — недалеко, как белка-летяга, но с дерева на дерево перепрыгивал легко. Вот Павлик, он дышал под водой но почему-то не умел плавать. Зато, когда нас застукали ночью на пруду, он спрятался от вожатых на дне, дошел пешком до другого берега и прибежал в палату.
Костика я тоже вспомнил. Он был из младшей группы, на спор находил спрятанные вещи по запаху и хвастал, что в детстве переболел чумкой.
А вот и я, маленький Игорь Акимочкин, при мне Умник и Тролль. Родился… рост, вес, больший, чем положен при таком росте. Ага, значит я родился Троллем. Результаты тестов… отмечается скачкообразное развитие… Хм! Смотря кого тестировали. Ясное дело, Умник лучше решает задачи, чем Тролль.
Перелистываю дальше. Последняя запись — рост, вес, развитие, результаты тестов, а дальше прилагается справка куратора. В глаза бросается подпись: Дубинин А.М.
Вот значит как. Куратор. Улыбчивый участковый, навещавший нас раз в неделю, как по расписанию. Он читал мне книжки про дядю Степу, водил в зоопарк, покупал Троллю леденцы, Умнику мороженое, а Скорпиону орешки. Доставал путевки в лагерь — мама очень радовалась, что летом не надо меня никуда пристраивать. Дал направление в школу милиции, устроил на работу к себе в райотдел. Когда я стал осознавать свою непохожесть на других детей, и спросил об этом у него — кого же еще? — он крепко-накрепко внушил, что мне нельзя никому, ни при каких обстоятельствах показывать свои диковинные таланты. А когда я вырос и начал баловаться пивом, запретил мне пить спиртное. «Тебе нельзя терять контроль над собой».
Куратор. Неприятное какое-то слово.
Заканчивался том дела финансовым отчетом. Мое внимание привлекла накладная на исходные генные материалы. Кого здесь только нет. Звери, птицы, насекомые, даже растения. Интересно, из чего я собран? Креветка-медуза-железное дерево? Или броненосец-камыш-богомол? Надо спросить у Седого и заодно выяснить, что ему от меня надо.
Сдаю Марине отчет, выспрашиваю, как найти Гадкевича и после некоторых блужданий по лабиринтам среди заваленного строительным хламом коридора нахожу приоткрытую дверь с табличкой «Заместитель по научной работе…». Нерешительно берусь за ручку. Что-то мне подсказывает: не стоит соваться в пасть незнакомому льву.
Приоткрываю дверь и слышу, как в кабинете звонит телефон.
— Здравия желаю, товарищ генерал! Так точно, товарищ генерал. Нет, этот вопрос решался на уровне департамента. Разрешите доложить лично? Есть!
Шарахаюсь к стенке. Прихлопнув меня дверью, из кабинета выскакивает Гадкевич с папкой «На доклад» и быстрыми шагами удаляется по коридору.
Пять минут у меня есть. Бросаюсь к столу, быстро перебираю бумаги. Указания, письма, аналитические справки… Скорпион скривился бы, Тролль зевнул «Тоска-а-а», но Умник как дома в бумажном море. Отчеты, планы, тематические задания… Вот оно! «Зоопарк»!
Докладная на имя Министра. «Полагаю целесообразным продолжить… перспективные разработки… в соответствии с Постановлением Правительства… информационные материалы прилагаются». Приложение на 5 листах, в 1 экземпляре, только в адрес. Лихорадочно роюсь на столе, но приложения не нахожу. Оборотка — быстро — исполнитель Фазанова Н.И., телефон… отдел… файл. Записать. Под руку попадается квиток для резолюций «В.С. Гадкевич». Сойдет, так даже лучше. Привести все как было. Нет, минутку.
Снова проглядываю текст докладной. Глаз привычно выхватывает из тяжеловесных глыбах канцелярита значимую информацию. «Дислокация… в здании «Темп», строение 3-а, режим содержания опытных образцов «на особом положении», круглосуточно».
Сука ты, Гадкевич!
Собственно, он почти не соврал. Должность и правда офицерская, капитанский потолок. Но! Здание «Темп» находится в комплексе «Спецтехника» на территории заброшенного завода. Почти в центре — две остановки на метро от кольца — зелени там полно: мало того, что асфальт — некоторые крыши березками проросли. Вот только «строение 3-а» — подземный бункер. И о круглосуточном режиме содержания Седой не заикался.
Складываю документы на место, вдруг в ворохе бумаг улавливаю свою фамилию. «Прошу Вас дать указание откомандировать в распоряжение ВНИИ старшего сержанта И.В.Акимочкина». Виза начальника ГУВД: «Не возражаю». Вот как. Без меня меня женили.
Опасливо выхожу в коридор.
От любопытства кошка сдохла, вы что-нибудь об этом слышали? Вместо того, чтобы делать ноги, снова иду в библиотеку. Мимо двери с надписью «Начальник ОНРиО» Фазанова Н.И.» проскальзываю на цыпочках.
— А, кавалер вернулся! — встречает меня Марина. — Уже с билетами?
— Хуже. С поручением.
— Что такое?
— Да вот, Гадкевич просил у Фазановой файл переписать, она исполнитель по документу, а ее нет на месте…
— Откуда у Фазановой файлы? — удивляется Марина. — Она руководитель, а не исполнитель. Это у Маши или Кати надо смотреть. А какой файл?
Показываю Марине квиток.
— О, так он в общей папке. Сейчас найду. Есть дискета, куда записать? Нет? Будешь должен с процентами.
На деятелей из ВНИИ я просто поражаюсь. Поместить файл с конфиденциальной информацией в общую папку! Это чисто их стиль работы. Однажды нам прислали открытой почтой, даже не фельдсвязью, справку — психологический портрет серийного насильника, которого я тогда разрабатывал. С данными из уголовного дела, со всеми подробностями. Как Дубинин тогда орал на начальника отдела ВНИИ, и не поленился ведь позвонить! «А если конверт потеряется?! А если конверт не по адресу придет, его случайно вскроет какая-нибудь бабка, будут обсуждать на лавочке?! А если маньяк на почте работает?!!».
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
