костра’’, – подумала София, – ‘’ он такой же человек, как и остальные''.
– Добрый вечер, – произнес он влиятельным тоном, – для новичков представлюсь: я самый долгий обитатель Мира Грез Леонардо. Кто сегодня присоединился к нам?
– София, – закричал Сем и показал в ее сторону.
– Встань, юная особа, – он пытался дать какую-то особенность своему голосу, – встань, чтобы мы все могли увидеть тебя.
София поднялась с места, нежно улыбнулась и сказала.
– Добрый вечер, меня зовут София. Я знакома только с Адамом и его другом.
– С нашим Адамом? – спросил Леонардо.
– Ты уже помог нашей госте? – спросил Леонардо.
– Да, – ответил Адам без особого энтузиазма.
– Софи, дорогая, Адам наш встречающий. Когда у обрыва появляется фигура, он чувствует прилив энергии…
– Адам встречает новичков и помогает им освоиться, – закончила София.
– Так точно, умница, – сказал парень, который сидел рядом с Софией, – а ты думала, что особенная, и наш Адам заинтересовался тобой? Он здесь звезда, все девушки сходят по нему сума. Поверь, много сердец он разбил не только в жизни, но и в коме.
– Мне это не интересно, – сказала София и повернулась.
Леонардо присел рядом с парнем в одежде клоуна. Он принял позу лотоса. Софии показалось, что Леонардо не касается земли, а весит над ней.
– Дорогие мои каждую ночь мы собираемся здесь, чтобы помочь тем, кто хочет вернуться к нормальной жизни. Софи, ты еще слышишь голоса? -Спросил Леонардо.
Все повернулись к Софии и посмотрели на нее.
– Нет. Сначала да, но сейчас нет, – ответила она и посмотрела на реакцию Адама.
Адам не смотрел на нее. Он все время играл с огнем, не обращая внимания ни на кого. Софии было не по себе от его поведения. Часом раньше он хотел помочь ей освоиться, а сейчас не смотрел в ее сторону.
‘’ Почему он избегает моего вз гляда’', – подумала София.
– Спасибо Софи. Здесь, у этого костра жизни мы помогаем тем людям, которые хотят проснуться, выйти из комы. А для этого нужно услышать голоса, голоса с того с живого мира. Когда услышал голоса, следуй за ними, и они выведут тебя из комы. Чем дольше человек лежит в коме, тем больше он погружается в сон и сложнее помочь ему. Здесь мы рассказываем истории в которых можно найти дорогу домой, иногда вспоминать эти истории очень тяжело, потому что они и стали причиной комы. Душевная рана тоже может отключить мозг и погрузить организм в кому. В таком случае просыпаться сложнее, потому что нужно убедить себя, что проснувшись не почувствуешь душевную боль.
Он посмотрел на небо и продолжил.
– Кто сегодня хочет рассказать о себе? – спросил Леонардо заранее зная ответ.
– Я,– воскликнул какой-то парень в клоунской одежде.
– Хорошо, представься и расскажи нам, что случилось с тобой.
– Я Жак Марже. Родился во Франции, в городе Леон. Переехал в Нью-Йорк, чтобы стать скрипачом, а стал шутом.
Все стали громко смеяться. Но у Жака было такое грустное лицо, что они вскоре утихли. Жак был молодой и смышленый парень лет двадцати. Он был очень худым, с большими карими глазами. У него был очень грустный взгляд, казалось, что в каждую секунду он может заплакать. Волосы у него были кучерявые и давали ему лишний клоунский вид.
– Продолжай Жак, – сказал Леонардо.
Вдруг все вокруг стало трястись.
– Что это? – закричала София.
– Сейчас увидишь, – ответил парень, который сидел рядом с ней, – это игра разума.
Перед Софией все стало изменяться, костер и люди сидящие там растворились в некуда, и она оказалась одна в полной темноте. Бедная Софи не понимала, что творится, ей хотелось вернуться в туман, где она оказалась в начале. Но потихоньку темнота отступала, и она могла разглядеть фигуры. Она была очень удивлена, когда поняла, что стоит прямо посередине манежа в цирке, зрители громко орали и аплодировали.
– Еще, еще!!!!!!!!!!!!!!!!!!
На манеже стояла красивая девушка и клонилась зрителю. После она ушла закулисье, даже не заметив удивленную Софию. Она смотрела ей вслед и увидела, что вместо нее на манеж вышел знакомый ей парень. Это был Жак. Он был в том же клоунском наряде, таким же грустным как у костра. В руках он держал скрипку. Жак положил скрипку на плечо и стал играть грустную мелодию. На удивление Софии Жак тоже не заметил ее.
‘’Наверное, это и есть игра разума, о котором говорил Адам’', – подумала София.
На манеж вышли другие клоуны и стали дурачиться. Это забавляло самых маленьких зрителей, а взрослые просто ждали, когда же закончится этот номер. Вдруг опять все затрясло, и София оказалась в другом помещении. Это был номер мотеля, где жил Жак.
– Жак, время платить, так не может больше продолжаться, – закричала женщина хриплым голосом напоминающим мужской.
– Я заплачу, обещаю. Сейчас не могу, но скоро, когда…
– Когда Жак? Когда станешь известным скрипачом. Ты слышал свою музыку? это ужасно. Никто не захочет слушать ее. Или плати, или убирайся отсюда. Я даю тебе время до утра. Да еще, если бы я была твоей мамой, мне было бы очень стыдно за тебя, возьмись за ум наконец-то мальчик.
Незнакомка ушла захлопнув дверь за собой. Жак остался один. Он взял скрипку, хотел сыграть. Но передумал и швырнул его об стену. Скрипка разбилась, издавая ужасный скрип, как будто это было живое существо и ему было больно. Это было похоже на крик души. У Жака сердце сжалось, он опустился на колени, взял скрипку в руки. Он смотрел на нее потерянным взглядом, как будто не понимал, что будет делать дальше без скрипки. Он присел в кресло, скрипка до сих пор была в его руках, он так бережно держал ее, как будто боялся потерять. Но, вдруг его взгляд изменился, он посмотрел на разбитый предмет с отвращением, ведь все неудачи из-за него. Жак встал, открыл шкафчик, где хранился мусор и бросил скрипку в ведро с мусором. Закрыв шкафчик, он вернулся в кресло и взял сигарету. София посмотрела по сторонам. Это был обычный номер мотеля, грязный, со скромной мебелью. На тумбочке возле кровати стояла картина. София подошла и посмотрела. На фотографии был мужчина с женщиной.
“ Это его родители”, – подумала София.
– Прости отец, я подвел тебя, – сказал Жак.
Он подошел к тумбочке. София испугано отошла в сторону боясь задеть его. Жак открыл тумбочку, взял какие-то таблетки и вернулся к креслу. Он сел и стал пить одну таблетку за другой.
– Нет, Жак, остановись! – закричала София.
Но Жак не слышал и не видел ее. Выпев последнюю таблетку,
