идет о Блэре, еще не помышлявшем, что когда-то станет Оруэллом, иногда употребляется его псевдоним – когда речь идет о воспоминаниях нашего героя или о биографических трудах о нем. С того времени, когда Блэр превратился в писателя Оруэлла, мы употребляем псевдоним при рассказе о его творчестве, но сохраняем настоящую фамилию, излагая его жизненные перипетии.
Авторы сердечно благодарят администрацию и сотрудников архивов и библиотек, оказавших помощь в работе над книгой.
Глава первая. Происхождение и детство Эрика Артура Блэра
Семья и ранние годы
До 1934 года британского общественного деятеля, публициста и начинающего писателя Джорджа Оруэлла не существовало. Человека, который в середине тридцатых годов стал известным и к которому дружелюбно, с ненавистью или безразлично относились те, кто сталкивался с ним, звали Эрик Артур Блэр. Двойное имя использовалось только в официальных бумагах. Мы тоже будем употреблять только его первое имя – Эрик.
Эрик родился 25 июня 1903 года в колониальной периферии Британской империи, но в той ее части, которую ревнители «империализма» (не в ленинском понимании этого термина как «последней стадии капитализма», а в смысле необходимости сохранения на вечные века незыблемого господства англичан над слаборазвитыми нациями Азии, Африки, Океании) именовали «жемчужиной короны» – в Индии, где служил чиновник средней руки Ричард Блэр – отец будущего Оруэлла.
Сам Ричард был одним из десятерых детей приходского священника в городке Милборн (графство Дорсет). Задолго до этого, в XVIII веке, семейство Блэр было связано с аристократией, прадед Ричарда был женат на дочери графа Вестморленда, имел земельную собственность на Ямайке. Однако со временем доходы семьи упали, и священник Блэр вел скромную жизнь в своем почти деревенском приходе. Он умер, когда Ричарду было всего десять лет, оставив незначительное наследство.
В 1875 году восемнадцатилетний Ричард должен был начать самостоятельную жизнь. Он, видимо, был сильным, выносливым, обладал практической хваткой, умел устанавливать нужные связи. Всё это позволило ему найти престижную работу на колониальной имперской периферии. После массы проверок умственного развития, физического состояния, здоровья и лояльности трону он был зачислен в Индийскую гражданскую службу, в которой в конце XIX века работало всего лишь немногим более тысячи человек. Ее чиновники были своего рода высшим слоем колониальной администрации, которому подчинялись полиция, служба гражданских инженеров, управление охраны лесов и другие административные подразделения, так что в действительности британцев, трудившихся здесь на благо короны, было во много раз больше.
Ричард работал на средней административной должности в отделении Опиумного департамента в городе Мотихари (провинция Бенгалия) на самой границе с Непалом, более чем в 600 километрах к северо-западу от Калькутты. Начал он с самой низшей чиновничьей ступени, которая именовалась «помощник заместителя опиумного агента третьего ранга», и до выслуги лет и получения пенсии продвинулся ненамного – из третьего ранга перешел в первый, так и оставшись «помощником заместителя».
Много воды утекло с тех пор, унеся с собой представление о торговле опиумом как обычном, даже вполне почтенном занятии. В конце XIX – начале XX века опиум считался прежде всего эффективным болеутоляющим средством, широчайшим образом применялся в медицинской практике. Импорт его из стран Востока в Европу был весьма прибыльным делом. С XVI века опиумом стали торговать португальцы, а через столетие в этот бизнес активно включились британцы.
Основным поставщиком зелья, которое постепенно начинало использоваться не только в медицине, но и в качестве средства, доставлявшего удовольствие, стала индийская Бенгалия. В 1773 году генерал-губернатор Бенгалии установил монополию Ост-Индской компании на торговлю этим товаром. Через 14 лет компания под предлогом вредности для здоровья добилась запрета на употребление опиума в самой Индии, и экспорт его, значительно более прибыльный, стал приобретать всё более широкие масштабы. Теперь опиум вывозился главным образом в Китай. В 1875 году, когда Ричард начал свою опиумную службу, производство наркотика в Бенгалии составляло около четырех тысяч тонн, и почти весь этот объем шел в огромную соседнюю страну, давая прибыль в 6,5 миллиона фунтов стерлингов в год, что составляло примерно шестую часть всех доходов имперской казны, получаемых из Индии. Так что отец будущего видного публициста, писателя и общественного деятеля не занимался каким-то неподобающим ремеслом, а был членом того круга людей, которые считались своего рода опорной базой британской администрации в Индии. Сам Эрик писал позже, что он происходил из среды низшего слоя среднего класса37.
Работа была нелегкой. Ричард Блэр не менее половины своего рабочего года находился в разъездах по самым отдаленным местам посевов опиумного мака: следил, чтобы соблюдались агротехнические нормы; определял меру необходимости займов земельным собственникам, имевшим контракты на выращивание зелья; подсчитывал объем производства; следил, чтобы весь урожай продавался властям по договорной цене, и т. д. Во время командировок жил он в палатках, иногда в крохотных грязных бунгало, страдал от насекомых, тропических дождей и страшной духоты.
Более двадцати лет служил он, не заводя семьи, удовлетворяясь случайными связями с индийскими девушками, посещая публичные дома, которые можно было найти чуть ли не в каждом квартале крупных городов. Только в 1896-м, когда ему уже шел 39-й год, Ричард познакомился с хорошенькой девушкой и сделал ей предложение. Оно было принято, скорее всего, в силу необходимости: девушка, служившая гувернанткой в богатых семьях колониальных администраторов, была обручена с другим человеком, но тот ее неожиданно бросил, и, чтобы не быть объектом сплетен, она поспешно вышла замуж за Ричарда.
Девушку, дочь англичанки и француза, в течение долгих лет занимавшегося торговлей и корабельным строительством в соседней с Индией Бирме, звали Айда[4] Мэйбл-Лимузин. Айда была моложе Ричарда на 18 лет. Родилась она в пригороде Лондона, но в раннем возрасте вместе с родителями отправилась за океан.
Поначалу коммерческие дела отца шли удачно. Одна из сестер Айды (всего в семье было девять детей) через много лет не без хвастовства рассказывала, что в Бирме у семейства был «образ жизни, как у принцев», и какое-то время в доме было 30 слуг (этот рассказ позже повторил Оруэлл в одном из очерков)38. Однако отец увлекся спекуляциями и потерял почти всё состояние. Мать Айды Тереза до глубокой старости жила в Бирме, не желая возвращаться на родину. В начале 1920-х годов, когда Эрик появился в Бирме в качестве британского полицейского, он иногда посещал свою бабушку, правда, без особого интереса, и в своих дневниках и произведениях не оставил сколько-нибудь подробных свидетельств этих встреч.
Эрик был вторым ребенком в семье. Когда он родился, отцу исполнилось 46 лет, матери – 28, а их первой дочери Марджори Френсис было пять лет. 30 октября 1903 года Ричард Блэр, работавший в Опиумном департаменте, и его супруга получили свидетельство, что в этот день состоялось крещение их сына, которому было дано имя Эрик Артур39. Еще через
