Хэгаст невольно посмотрел на Идария с почтением. «Интересно сколько же ему на самом деле лет? – пронеслось у него в голове. – Такое ощущение, что он вечно был верховным магом!» Хранители пользовались огромным уважением. Хотя бывали в истории Аголорда и Хранители предатели и ренегаты. Но это отдельная история....
– Да. Сам Монкор – продолжил тем временем Идарий – Он более двадцати лет искал местонахождение амулета и если верить его словам, сейчас близок к определению его местонахождения как никогда! Я верю ему.
Хэгаст кивнул, соглашаясь. Идарий прошелся по комнате, остановился напротив камина и вдруг озабоченно произнес:
– Не мне говорить тебе это, офицеру короля, но все же скажу. Наше предприятие – это тайна и чем меньше о ней знает людей, тем безопаснее. Местоположение Храма скрыто от глаз. Мы не дадим тебе ни карты, ни проводника. Монкор сам отыщет тебя, когда ты достигнешь предгорий. Нельзя недооценивать врага. Шпионы Акрона и его правой руки принца Доргара, уже проникли в Аголорд. Поэтому это все, что ты должен знать. Пока. И будет лучше, если гвардейца Хэгаста, мы отошлем защищать наши северные границы, – Идарий выжидающе посмотрел на него.
– Северные границы всегда были нашим слабым местом. Куда же еще направиться бравому воину, как не на северный тракт – кивнул Хэгаст.
– Тогда выпьем за удачу…– маг взял бокал с невысокого столика.
Гвардеец последовал его примеру, пригубив рубиновую жидкость. В нос ударил пряный аромат ягод. Хэгаст по привычке закрыл глаза, чтобы четче понять ощущения, произведенное напитком. Прочувствовал, как вино прокатилось волной жара, согревая изнутри.
«Отменное!» – удовлетворенно пронеслось у него в голове и он поставил на место опустошенный бокал.
–Не мне бояться этих шпионов. Пусть я и не маг, но у меня есть обереги от темной магии эльфов.
– Не будь столь самоуверенным. Ты опытный воин, но наши враги не глупы – покачал головой маг.
Он взмахнул рукой и перед ними вновь появился портал. Спустя несколько мгновений, они стояли на площади перед дворцом. Вокруг все еще властвовала ночь, но звезды уже тускнели.
– Мы поможем тебе, чем сможем, но на этот раз Акрон невероятно силен. Признаюсь, честно – маг устало вздохнул и виновато посмотрел на гвардейца. Хотя может, Хэгасту только показалось… – я не уверен, что мы сможем отразить вторжение. Похоже судьба Аголорда действительно в твоих руках!
И тут гвардеец вдруг увидел его по-другому. Настоящего Идария. Фигурка сгорбилась, потеряв вдруг свою осанку, перед ним стоял старик. Обычный усталый старик проживший долгую жизнь знающий, чего стоит власть и ответственность за судьбы людей. Это было мгновение, но Хэгаст понял, что не может теперь даже мысли допустить о неудаче.
Глава 2 «Вторжение»
Полковник Маснер стоял на крепостной стене и смотрел на возвышавшиеся вдали мрачные громады гор. Окутанные белой туманной дымкой, их острые пики, уже готовились погрузится в ночную тишину Каменистая пустыня, что тянулась от стен крепости до самых подножий Драконовых гор, погрузилась в какое-то странное безмолвие, словно весь мир вокруг самого дальнего бастиона людей на границе с королевствами тьмы затих в ожидании чего-то страшного.
Маснер поморщился, нащупав под одеждой грубый рубец. Сломанная гоблинской палицей во время вылазки пятилетней давности ключица ныла второй день, и начальник гарнизона последнее время часто злоупотреблял вином. В душе шевельнулось смутное беспокойство. Чтобы прогнать его, он вздохнул полной грудью, растирая рубец загрубевшей ладонью. Не помогло. Всю свою жизнь, сколько помнил себя Маснер, он служил на границе, и давно уже свыкся с привычной мыслью, что однажды он погибнет, защищая стены крепостей от некромантов и прочей падали, притаившейся за горами.
Он возглавлял гарнизон Торнта, небольшой крепости на границе Вигарда, южного королевства, входящего в Оборонительный Союз, чуть более пяти лет, получив королевский патент и ключи от крепости из рук своего отца, занимавшего этот пост в течение долгих четырнадцати лет. Преемственность поколений здесь более чем уместна. Отец передавал ему боевой опыт не на словах. Маснеру не было и пятнадцати лет, когда он отправился в дальний патруль и спустился за Роговые перевалы. Отец не девал ему поблажек и не приветствовал, когда это делали за него другие. Жалость была неуместна. Быть может когда-нибудь, после долгих лет службы и его сын займет это почетное место и Маснер передаст ему дозорные грамоты. Незавидная участь.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-390', c: 4, b: 390})
Находясь на границе владений Акрона, Западная Марка пребывала в постоянной мобилизации. Военное положение стало привычным явлением жизни. Три века шаткого мира после долгой войны, в которой Акрон потерпел сокрушительное поражение. Это не могло длиться вечно. Мир. На границах Вигарда это слово звучало по-иному. Пограничные крепости и крестьянские поселения, обеспечивавшие солдат, привыкли жить в постоянном напряжении, – расплодившись за Драконьими горами нечисть постоянно пробовала на прочность крепость их духа и силу характера, регулярно совершая набеги.
Гоблины и темные эльфы тоже хотят есть, а голод и желание выжить всегда толкают наделенных разумом существ на отчаянные поступки. Голый камень и пепел не дают обильных всходов, да и гоблинов, державших в руках соху или плуг Маснеру видеть еще не приходилось.
Лучше начальника гарнизона повадки этих тварей знал, наверное, один только Акрон. Походы в патрули по завьюженным плато и серпантинам Драконовых гор, лютый холод, грызущий ледяными клыками продрогшее тело, преследование мелких отрядов, снующих вдоль границ и выкуривание из пещер и глубоких гротов самозваных вождей, нередко именующих себя богами. На лицах своих людей он видел постоянное выражение тревоги, настороженности и внимания, но не отчаяния. Кто, если не они?
Торнт – особое место. Здесь нет обычной для других крепостей ротации состава. Однажды войдя в него в качестве солдата гарнизона, ты рискуешь остаться здесь навсегда. Ведь для того, чтобы сражаться с тварями Акрона, нужно изучить их привычки и повадки. А на это уходят годы.
Предчувствие редко подводило Маснера. Что-то страшное назревало, копошась во тьме за хребтами далеких гор. Земли Вигарда полнились слухами. Сплетнями о возрождении Черного Лорда и укреплении его сил. Акрон был эфемерен и неуловим, но реальность существования Черного Принца Доргара жители Торнта узнали на собственной шкуре.
В последний год гоблины и темные эльфы стали наглеть, и однажды Маснеру довелось увидеть даже огров Эсгарта, которых не было в здешних краях со времен минувшей войны. Порой, в долгие часы тревожных раздумий, когда Маснер бывал под хмельком, начальнику гарнизона казалось, что поклявшиеся на крови защищать пределы Оборонительного Союза короли, позабыли о былых обязательствах и пребывают в благом неведении. Маснер в сердцах бранился, проклиная перебои снабжения, твердолобость королевских бюрократов и недостаток в притоке свежих сил.
А за Торнтом, ближе к центру Вигарда, жизнь протекала мирно и спокойно. Изо дня в день проезжали через крепость купцы, направляясь в Ростон, один из крупнейших городов королевства, располагавшийся в двухстах милях от Торнта. Каждый месяц в этом городе проходила крупнейшая в в королевстве ярмарка и груженые провизией и товарами обозы вереницей катились в его сторону. Все шло своим чередом, но старый солдат Маснер чувствовал – приближается, что-то плохое.
Шорох шагов на лестнице отвлек его от тяжелых мыслей.
– Господин полковник – раздался знакомый голос.
Маснер повернулся и кисло скривившись от боли в ключице, посмотрел на офицера. Капитан Солейс, старший разведывательного отряда, козырнул, лихо стукнув каблуками сапог. Огромный и неуклюжий. Маснер знал, что это впечатление обманчиво. Как и те кто имел несчастье познакомиться с его клинком или кулаками.
