чтобы защитить меня и подарить нам шанс встретиться вновь спустя тысячу лет. Теперь помнила это так ясно, словно всё произошло вчера…
Это объясняло, почему Тиль не обернулся в бою. Он просто не мог этого сделать. Из-за меня его связь с драконом была нарушена. Так почему же сейчас я слышу зверя лучше, чем человека?
Вдали послышались голоса и всполохи поисковой магии стражей.
Мальчишка всё-таки привёл помощь, и если заморозить Тиля я не могла, то для других моя магия сейчас смертельно опасна. Она слишком мощная. Стражи превратятся в ледышки быстрее, чем почувствуют моё присутствие.
– Я найду тебя снова, любовь моя, – с тоской прошептала, склонившись над Тилем и коснувшись его губ своими.
Всего на миг, но сердце сорвалось в пляс от пронзительных воспоминаний и оглушительной нежности. Я слишком хорошо знала, какими обжигающе-горячими могут быть эти губы и как сладко умеют целовать.
Хотелось продлить ускользающие мгновения, понежиться ещё немного в потоке штормовых воспоминаний… Да только на ресницах дракона уже осел белый иней. Моя магия выходила из берегов и лишь одна леди в этом мире могла помочь мне совладать с новой Силой.
Голоса стали громче. Туманные стражи стремительно приближались.
Я упорхнула и спряталась за вершинами древних елей. С такого расстояния моя магия не навредит живым, а оставлять Тиля одного боялась. Он ещё не пришёл в себя. Я должна убедиться, что помощь подоспеет до того, как на поляну забредёт очередной немёртвый.
– Вот он! Быстрее! – из-за деревьев появились мужчины в белоснежной форме.
Четверо сразу рванули к моему дракону, и я услышала всполохи мощных лекарских плетений. Среди них был Светлый целитель.
Я больше здесь не нужна. Только тревога всё равно не отступала, и с каждой секундой становилась лишь сильнее.
Странно…
Может, это из-за воспоминаний?
Картины прошлого вернулись быстрее, чем связанные с ними эмоции. Поэтому я всё ещё держалась, а не билась в агонии из-за нахлынувших чувств. Но откат не за горами. Мне лучше вернуться в Нижний мир и встретиться с Джайной.
Именно она помогла мне запечатать воспоминания тысячу лет назад, она же сделала так, чтобы Тиль вновь переродился в этом мире…
– Думаешь, победила? – чужой голос раздался у самого уха, и кожа в миг покрылась ледяными мурашками.
Я рванула в сторону, спешно выставляя щиты, но моим противником оказался ветер.
Он принёс послание из чащи Проклятого леса.
– Твой дракон уже мой, принцесса, – вновь просвистело рядом.
Теперь я узнала голос.
Мерзкий и сиплый. Похожий на треск заледенелых веток под ногами. Наполненный чужой болью, страхом и вековой ненавистью.
Мёртвая вьюга. Королева немёртвых. Мой злейший враг.
– Почему же ты молчишь, принцесса? – вкрадчиво поинтересовался ветер. – Боишься? Признаёшь поражение?
Я не ответила. Только настороженно прислушалась к всполохам своего Дара.
Нечисти поблизости не чувствовала, как и присутствия самой королевы. Но эта тварь никогда не появлялась просто так. И эта странная провокация совершенно не в её стиле.
– Бедная девочка, – в голосе Мёртвой вьюги проскользнули насмешка и снисхождение. – Ты ещё не знаешь, что проиграла. Радуешься, что залечила его раны и вернула память, но главный сюрприз впереди…
Смех твари ударил по нервам отравленной плетью.
Я действительно не понимала, что происходит и вновь, как и тысячу лет назад, чувствовала себя дичью, на которую спустили свору борзых.
– Скоро ты увидишь знаки на его теле и всё поймёшь, – продолжила королева, – тогда ты придёшь ко мне, чтобы спасти своего дракона.
Знаки? О чём она?
Яд стрыги действительно оставлял на теле жертвы черные разводы, похожие на жуткие татуировки. Но на Туманных стражей он не действует…
– Речь не о яде, – Мёртвая Вьюга не слышала моих мыслей, но легко догадалась о чём я думаю.
– Чего ты хочешь? – спросила, заранее зная ответ.
– Джайна хорошо спрятала твоё тело, принцесса. За тысячу лет мне так и не удалось до него добраться, но ты знаешь, где искать, – слова королевы подтвердили догадки.
Ей по-прежнему нужна кровь одного из потомков Софии.
Ведь лишь она может разрушить купол над Проклятым лесом и вызволить немёртвых из тысячелетнего плена.
– Принеси мне свою кровь и кулон Софии. Тогда я, так и быть, верну сердце твоему дракону!
Последние слова слились со свистом вьюги и разлетелись над опушкой ледяными осколками.
Я осталась одна, снедаемая отчаянием и страхом.
Верить Мёртвой вьюге - значит заранее проиграть. Но почему-то сейчас я не сомневалась, что тварь не блефует. Она сумела заполучить какой-то козырь и нужно срочно выяснить, о чём именно речь!
Только после её слов я не рискнула оставлять стражу и проводила их до самого штаба. Лишь когда за ними закрылись ворота и я убедилась, что Тилю и детям ничего не угрожает, помчалась на поиски Джайны.
Обычно она появлялась моментально, едва называла её имя, но сегодняшний день оказался богатым на сюрпризы. Смерть не отвечала, сколько ни зови. Пришлось спускаться на дно Мёртвой реки. В храм Вечности, где все эти годы хранилось моё несчастное тело.
Но даже здесь меня ждала лишь леденящая душу тишина.
– Появись, умоляю! – воскликнула, в отчаянии ударив кулаком по ледяной колонне. – Ты нужна мне, Джайна! Я всё вспомнила… я…
Дыхание перехватило и воспоминания нахлынули с новой силой, а мой крик превратился в отчаянный вой.
Яростный, надломленный. Я кричала изо всех сил, вновь и вновь ударяя по замёрзшей стене и содрогаясь от рыданий. И лишь когда боль в груди стала невыносимой, полетела в центральный зал.
Словно в бреду, не разбирая дороги… Я вихрем ворвалась внутрь, уставившись на огромную глыбу льда.
Хрупкая фигурка в центре – это я. Вечный призрак, Снежная королева и стражница Зимы.
А позади мои хранители. Те, кто тысячу лет назад согласился разделить со мной бремя сражений.
Рауд, Гард, Млада с Боженой и мои верные снежные волки…
Не хватало только Тиля… Он отдал жизнь, чтобы однажды мы смогли выбраться из своей ледяной тюрьмы и вернуться в мир живых.
– Во имя Стихии, почему всё повторяется?! – закричала, задыхаясь от тоски и безысходности, но ответом мне стало лишь гулкое эхо.
На мгновение показалось, что я вновь слышу пронзительный смех Мёртвой королевы.
Я знала, что это фантом, обман… Сюда ей нет хода, но в мыслях вновь и вновь гремели слова, что сердце Тиля принадлежит ей.
– Тысячу лет я верно служила тебе! – воскликнула,
