Короткая модная прическа, гладко выбритое лицо и белозубый оскал хищника. Сходство со зверем усиливала странная оправа со стильной дужкой, заправленной за ухо, и закрепленной на переносице изящными лапками-держателями тонкой пластины из затемненного стекла. Необычная радужка с бегущей строкой — отличительный признак представителей инопланетной расы.
Смысл разговора без знания языка понять сложно, но речь явно шла обо мне, раз командор пару раз кивнул в мою сторону. А вот азиат даже взгляда не удостоил. По-моему, он и к исполнителю относился с пренебрежением, так что ничего удивительного. Озвучив распоряжения, незнакомец первый отключился от связи, а зеленоглазый смачно выругался, сплюнув при этом на пол. Тотчас в помещение откуда-то прикатил шарообразный робот-уборщик и зачистил грязь с пола. Оперативненько.
— Ты! — пока глазами проследила за маленьким помощником, испытывая жгучее желание разобрать его на запчасти и посмотреть, как он устроен изнутри, возле меня возник похититель. — Играть в новый игра под ником Игон?
— Моя твоя не понимать! Дикий планета. Тупые дикари и тяжелое детство. Мировой кризис и все такое, — достала меня исковерканная речь.
— Не обманывать! Ты меня прекрасно понимать! — процедил Мур… Нурмур. Тьфу! Пусть будет Тимур.
— Ты говорить неправильно. Какая игра? Какой Никогон? Никакого Никогона не употребляю.
— Гррр! — натурально зарычал похититель. — Ты нарочно издеваться?
— Я? Не-эт. Я не издеваться. Я — сотрудничать с Тимуркой. Тимурка — послушный песик, — не моргнув глазом, выдала я.
— Кто есть Тимурка? Человек или животное? Когда сотрудничать? Такой человек нет в списке твой контакт.
Этот бред сумасшедшего попахивал сюром. Ясно же, инопланетному боссу от меня понадобилось что-то, связанное с игрой и разработками Ли. О последнем я ничего не знала. А игра на то и игра, что участвовать может любой желающий. Чем же я их так зацепила? Тем, что первой завалила мега-босса и дошла до финала? Ну, так у меня собственные секреты имеются. Зачем же их посторонним выдавать?
— Ты же сказать, что твое имя Тимур, — улыбнулась и захлопала глазками, глядя, как багровеет лицо инопланетянина.
— Я есть великий цхир Натмур Тикролл! — взревел мужчина.
— А я и говорю — Тимур Кроликов, — перевела на разговорный русский имя инопланетянина. В итоге не выдержала и прыснула со смеху.
Наверное, это уже нервы не выдержали, потому что расхохоталась я в полный голос, представляя этого зеленоглазого моба с увеличенными передними зубами и длинными пушистыми ушками.
— Молчать! — Разозлившись, Тимурка треснул кулаком по подлокотнику моего кресла, разбивая пластик в крошево. — Не сметь коверкать мой имя! Отвечать на вопрос!
— Какой вопрос? Я ничего не понимать? Простите, сами мы не местные. С отсталой планеты к вам в цивилизацию приперлись.
— Если не замолчать, я тебя убить! — пошел в разнос похититель.
Я сморщила носик, изобразив, как часто дышат кролики, и поклацала зубами, имитируя, как те грызут морковку. Наверное, о представителях земной фауны и их повадках Тимурка был прекрасно осведомлен, раз моя короткая пантомима стала последней каплей его терпения. Взбешенный моб схватился за поручни, выдрал кресло из креплений, которыми оно фиксировалось к полу, и швырнул об стену. Вместе со мной, между прочим! Взвизгнув, я зажмурилась в ожидании удара и того, что за ним последует. Однако я всего лишь ощутила перемещение в пространстве и сам удар, а вот последствия нивелировались защитным куполом. Наверное, командор потому и не сдерживался, что знал, никаких последствий не будет. Интересно на подчиненных он также кидается?
Но я струхнула, если честно. Еще в тот момент, когда увидела типа азиатской наружности. Некоторые вещи мой мозг обрабатывал раньше, чем я осознавала полученную информацию. Неуловимое сходство незнакомца с Ли Юн Тагом, компьютерная игрушка, похищение — это звенья одной цепи, которые пока еще не выстроились в логическую цепочку. Но догадки — жуткие в своей простоте и даже наивности, пугали до чертиков. А на почве страха я, иногда, творила совершенно непонятную дичь, которая человеку в здравом рассудке в голову не придет.
Вот сейчас, например, когда Тимурка выдирал кресло из креплений, то наклонился слишком близко. Настолько, что я зубами выдрала круглую штуковину, которая крепилась к его комбинезону. Небольшую по размеру — раз уж поместилась во рту, но с двумя стальными усиками, которые едва не прокололи щеку.
Выпустив пар, мужчина схватился за подголовник испорченного кресла и поволок в неизвестном направлении. Место, куда он меня притащил, заставило похолодеть. Помнится, Тимурка грозился усыпить и продать каким-то захухрам. Последнюю угрозу похититель вряд ли исполнит, а воплотить первую наверняка ему по силам. Расширенными от ужаса глазами я наблюдала, как мои руки и ноги высвобождают из пластикового плена. Затем хватают нарочито небрежно, отчего край платья задирается до пояса, и кладут в громоздкую установку, по форме напоминающую железный гроб. А я при этом не то, чтобы пошевелиться, пикнуть боюсь. Однако инстинкты самосохранения завыли сиреной, когда я очутилась внутри жуткой штуковины.
— Ммм! — кричать не могла из-за круглой штуковины во рту. — Ммм-что мты мделаешь? — промычала сквозь сомкнутые губы.
— Какая разница? — зло усмехнулся похититель. — Грязной цхаи с отсталой планеты все равно этого не понять.
Я уже набрала полный рот воздуха, чтобы высказать, кто тут вонючий скунс, когда сверху опустилась стеклянная крышка, а из боковых отверстий гроба внутрь с шипением хлынул усыпляющий газ.
Глава 3
О свойствах газа я догадалась не сразу. Да и что бы я сделала? Ничего. Тело обмякло и растеклось безвольной тушкой по ложементу железного саркофага. Сознание затуманилось, и я погрузилась в сон. Но такой, при котором ты одновременно спишь и осознаешь это на грани полусна-полуяви. Странное ощущение. Мне показалось, что каждую клеточку пронзили сотни микроскопических иголок. Было даже щекотно и ничуть не больно. Но ровно до того момента, как голову сдавило железными тисками.
Тело забилось в болезненной судороге. Недолго — пару секунд, после чего машина впрыснула в кровь лекарство, и я вновь расслабилась. Однако давление на голову не прекратилось. Возникло такое чувство, будто внутри закопошились маленькие жучки, прогрызая дорогу к чему-то важному, что составляло память и помогало осознавать себя как личность.
Я с трудом боролась с желанием расчесать голову до крови, чтобы унять дурацкий зуд. Умом я понимала, что необходимо терпеть и ни в коем случае не поддаваться панике. Только контроль сознания и сила воли отделяли от того, чтобы потерять себя. Я кучу страшилок пересмотрела о том, как пришельцы забирались в голову, воровали личность или копались в воспоминаниях, превращая человека в послушного робота или того хуже — в растение. Не знаю, как выдержала эту
