Поговорив еще немного, подруги расстались. Проводив до машины Нору, Дженни вернулась в непривычно тихий, наполненный ночными звуками дом. Дети, семья — это и в самом деле лучший выбор, но только если они не поглощают тебя всю, без остатка! — напомнила она себе и, захватив из холодильника банку диетической колы, отправилась в мастерскую. Заниматься любимым делом она могла лишь в позднее время суток и, когда выпадал такой случай, старалась не упустить его. Втайне от мужа она взяла заказ на новый дизайнерский проект и теперь посвящала ему каждую свободную минуту. Если все получится, как она загадала, вполне можно будет подумать о поездке в Европу. Мальчикам будет полезно окунуться в новый мир, да и им с Джулиусом подобная встряска не помешает. Можно также будет позволить себе купить несколько новых, по-настоящему хороших платьев. Что-нибудь от Мейсона или даже Рикель. Да и Тэду давно пора купить парочку новых костюмов. Ведущий менеджер солидной фирмы должен одеваться соответственно, а не ходить в купленных на распродаже вещах!
Давно уже Сандра не чувствовала себя такой усталой, как в этот вечер, и по дороге домой мечтала только об отдыхе. Вхождение в новую должность — занятие не для слабонервных, усмехнулась она и, скинув туфли, прошла на кухню. Есть хотелось невыносимо. В холодильнике она обнаружила банку оливок и банку консервированных персиков, а в буфете пачку галет. Фантастическое сочетание, почти королевский набор, удовлетворенно отметила Сандра и, оставив находку на столе, отправилась в душ. Нужно было как можно скорей смыть с себя скользкие, полные злости и скрытой иронии взгляды Элизабет, пока они не успели проникнуть в ее плоть и кровь.
Вернувшись на кухню, Сандра открыла банку с оливками и, распечатав пакет с галетами, принялась за незамысловатый ужин. Мысли, словно сорванные порывом ветра листья, кружились в голове, вытаскивая на поверхность именно те воспоминания, которые она когда-то спрятала в самые дальние углы памяти. Недавний разговор с Дженни и Норой оставил глубокий след в ее душе, и вот уже несколько дней она продолжала мысленный диалог с ними. Что-то тревожило ее, но, пытаясь понять, что именно, она всякий раз натыкалась на глухую стену. Все это могло продолжаться бесконечно, но неожиданно Сандра поняла, что знает ответ на мучивший ее вопрос.
Майкл Мейсон! Настоящий кошмар из ее прошлой жизни! А ведь как поначалу она была влюблена в него! Все вокруг, включая Дженни и Нору, твердили о невозможности отношений между ними, но она никому не верила. Словно кто-то опутал ее сознание невидимой пеленой, сквозь которую она могла видеть лишь обращенную к ней улыбку Майкла и слышать один лишь чарующий звук его голоса. Если бы у нее был в те дни хоть какой-то опыт в подобных делах! Но ведь в школе она только и делала, что училась и даже ни разу не сходила ни с кем на свидание! Хотя… ее никто и не приглашал. Очевидно, никому и в голову не приходило, что у самой красивой девочки в школе нет парня. Майкл же казался ей целой вселенной, миром, полным тайн и загадок. Он занял не только ее мысли, он заполнил ее всю целиком. Ее, Сандры Шелл, в тот год как бы и не существовало. Везде и во всем был один лишь Майкл. А затем на одном из университетских сайтов появилось изменившее весь ход ее жизни сообщение. Темой его были достаточно откровенные рассуждения Майкла о достоинствах и недостатках тех девушек, с которыми он был близок. В этом списке она, Сандра, значилась под номером двадцать один.
Странно, что, пережив подобное, она не сошла с ума. Приступы дикой ненависти сменялись приступами тоски, и не было конца этой безумной круговерти. Если бы не Дженни и Нора, она бы бросила учебу, но они сделали все, чтобы отговорить ее. А затем все прошло. Прошло так же внезапно, как и началось. Проснувшись однажды утром, она вдруг поняла, что ее нисколько больше не волнуют ни сам Майкл, ни та гадость, что он написал о ней и других. Все это осталось в прошлом, она же нашла в себе силы жить настоящим. Удивительное спокойствие зажгло особым светом глаза и омыло спасительным бальзамом душу. Теперь она проходила мимо провожающего ее настороженным взглядом Майкла, словно не видя его, нимало не задумываясь о том, что именно означает задумчивый, устремленный в ее сторону взгляд. В тот год сердце ее оделось в броню, и не было никакой надежды, что броня эта когда-нибудь исчезнет или хотя бы даст трещину. Затем в ее жизни появился Питер Мэрфи, мужчина, которого она выбрала для себя сама и который, она знала это наверняка, никогда не сможет причинить ей боль. Не сможет по той простой причине, что нет в ее сердце любви к нему. Благодарность, привязанность — да, но не любовь.
Неожиданно Сандре стало ужасно жаль себя. Мечты о прекрасном принце так и остались мечтами. Принц, которого она ждала долгие годы, так и не появился, прошел мимо, оставив ее стоять на обочине жизни в напрасном ожидании счастья. Разве об этом ей мечталось когда-то? Почему? Ну почему все у нее в жизни складывается совсем не так, как хотелось бы? Может, что-то не так в ней самой? Но тогда что?
Вопросов было более чем достаточно, но ни на один из них она так и не смогла найти в этот вечер ответа. Мелькнула мысль позвонить Питеру, но она тут же отказалась от нее. Что бы она ни говорила Дженни и Норе, правду от самой себя все равно не скрыть. Идеальный во всех — ну или почти во всех — отношениях Питер Мэрфи надоел ей до чертиков, и вопреки всем правильным доводам мысль о разрыве с ним последнее время все чаще приходила ей в голову. Вот и сейчас, стоило только вернуться к ней, как из маленького комочка запретная мысль превратилась в огромный снежный ком, где-то в середине которого оказалась она, Сандра.
3
Выключив компьютер, Дейв отодвинул в сторону лежавшие на столе отрывки новой рукописи и, выйдя на опоясывавшую дом веранду, прислушался к шуму океана. Словно огромный зверь, который ворочается в своей берлоге, невольно подумал он, прислушавшись к доносившимся до него звукам. Каждый день звуки были разными, но всякий раз они совпадали с присущими одному ему, Дейву, ритмами.
После гибели Клэр он так и не смог заставить себя жить в их когда-то общем доме. Слишком сильна была боль потери и слишком явно там все напоминало о ней. Вернувшись домой из реабилитационного центра, он почти сутки просидел в гостиной, все прислушивался, не раздадутся ли ее легкие, всегда торопливые шаги. Ждал, но так и не дождался. Сидел и пил виски прямо из бутылки, пил, словно воду, страстно мечтая получить хоть несколько минут забвения. Родной дом стал ему вдруг чужим и даже темная стена леса за окном казалась враждебной. Клэр унесла с собой душу дома, и уже никто не смог бы возродить его к жизни. Из дома исчезли не только звуки, но и запахи. На покрытых ровным слоем пыли полах и мебели не отражался ни один солнечный луч, и, хотя за окном было лето, в доме было холодно как в склепе. Несколькими днями позже он понял, откуда этот холод, но тогда его охватил почти мистический ужас. Причиной оказалась включенная система кондиционирования воздуха, но, кто и когда включил ее, он не знал. Такую наполненную болью и страхом жизнь он терпел почти месяц, все пытался научиться жить без Клэр, но так и не научился. Самой тяжелой для него частью суток была ночь. Чего он только не делал, чтобы избавиться от мучавших его кошмаров! Порой, просыпаясь в холодном поту, он слышал чьи-то шаги на первом этаже, но ни разу не смог заставить себя встать и спуститься вниз.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
