или источник (например, источник Анны Перенны). Верили, что из всех этих мест был прямой доступ к потусторонней реке или к божествам потустороннего мира, которым и надлежало исполнить проклятие. Любопытно и забавно, что в тексте заклинаний и между особыми «волшебными» буквами
(characteres), служащими для усиления эффекта, можно прочитать имя жертвы, многократно повторенное, или ее подробное описание (живет там-то, занятие такое-то и т. п.). Все это для того, чтобы божество-«киллер» не ошиблось и не поразило невиновного.
Кто же становился жертвой?
В одной из найденных табличек-defixiones, к примеру, вырезана человеческая фигура, указаны имя (Sura) и должность изображенного, что-то вроде судьи. У богов загробного царства просят вырвать ему глаза: сначала правый, потом левый (!), ибо, как там написано: «Qui natus est da vulva maledicta…»[4]
Римские статуэтки «вуду»
Однако открытие источника Анны Перенны стало известным благодаря находке семи фигурок человека, куколок вуду, использовавшихся в магических обрядах, подобных знаменитым заговорам.
Именно такие мы видели у колдуньи.
Лабораторные исследования выявили, что эти фигурки были сделаны из теста, замешенного на молоке. Только одна из них выполнена из воска. У каждой есть глаза, рот, а также груди или пенис — в зависимости от половой принадлежности фигурки. По крайней мере в одном случае намеренно раздроблены ступни. Эти хрупкие статуэтки сохранились до наших дней, поскольку они попали в слой жидкой глины, лишенный кислорода, что помешало бактериям разрушить их за много столетий.
Все они — в свинцовых сосудах, которых всегда три, один в другом: несомненно, это число носит магический характер. «Хребтом» у фигурок служит кость, у одной из них на кости нанесены буквы латинского алфавита. Это соответствует рекомендациям знаменитых греческих магических папирусов, где описываются подобные обряды.
Однако на статуэтках можно обнаружить следы и других обрядов. Например, одна исписана магическими буквами, а в голове глубокая дыра — легко догадаться, чего хотел клиент, заказавший обряд.
Больше других производит впечатление статуэтка, вокруг которой обвилась большая змея с гребнем, кусающая фигурку за лицо. Объятия змеи подкрепляет металлическая пластина, обернутая вокруг жертвы. И в дополнение ко всему еще пластина с проклятиями прибита к фигурке: один гвоздь вбит в пупок, другой в ноги. Возможно, у всего этого есть символический смысл.
Многие римляне пользовались подобными обрядами. Об этом говорит тот факт, что существовало «серийное» производство свинцовых сосудов. Лица, желающие совершить обряд, покупали их и несли к колдуньям. В общем, существовал развитый рынок сбыта подобных предметов, их продажа приносила хорошую прибыль.
Изучая один из сосудов, запечатанный смолой, исследователи заметили отпечатки пальцев. Предмет показали экспертам из полиции, которые заключили, что рука, закрывавшая сосуд, была небольшой, следовательно принадлежала совсем молодому мужчине или… женщине! Вот и подтверждение рассказов древних авторов о колдуньях.
Посылка божествам загробного мира
Молодая женщина и повивальная бабка подходят к источнику. Озираются: никого. Быстрым движением повивальная бабка разматывает кусок полотна, хватает цилиндрический сосуд и подбрасывает его над источником. Цилиндр исчезает из виду, и спустя мгновение раздается плеск воды. Женщины с улыбкой переглядываются…
Источник Анны Перенны долго был средоточием культа, связанного с плодородием, добрыми предзнаменованиями, празднованием Нового года, по крайней мере до III века н. э. В дальнейшем эта религиозная традиция постепенно угаснет, и в V веке окончательно сменится мрачными обрядами с использованием свинцовых сосудов и проклятий.
Женщины удаляются от источника. Их миссия выполнена. На дне главной ванны, среди яиц и шишек, покоится темный сосуд, хранящий просьбу о смерти. Будущая жертва же преспокойно едет верхом, направляясь в деловую поездку, и ни о чем не подозревает.
Для наших женщин его смерть отныне лишь вопрос времени… Они уверены в этом. И этой ночью молодая женщина воспользуется отлучкой мужа и снова встретится со своим возлюбленным.
Краски ночи
Цвет ночи отражается в ее глазах. Лунный свет проникает через оконную решетку, рисуя на полу причудливые арабески, вторящие ее узору. Подобно побегам плюща, они прорастают внутрь комнаты, заползают на постель, дотягиваются до подушек, обвивают ее нагое тело, лаская груди и лицо. Свет и тени будто пустились в погоню друг за дружкой на поверхности ее кожи. Вот в островке света мелькнули ее чувственные губы, нежная улыбка. Вот выхвачены из темноты ее глаза, зеленовато-карие. Днем они привлекают взгляды и желания, а теперь, впитав лунный свет, они кажутся двумя звездами, сверкающими в бесконечной вселенной. Но взгляд женщины погружен в другую бесконечность — в бездну ее ощущений.
Вот что-то сверкнуло на ее груди, привлекая наше внимание: подобно бриллианту, капелька пота проступает на коже, вздрагивая в такт последним содроганиям ночи любви. А когда наконец напряжение в теле полностью спадает, подобно тому, как ветер покидает паруса в штиль, каплю эту подхватывают губы мужчины…
После долгого нежного объятия мужчина поднимается с постели. Луна будто играет с его мускулистым телом, в каждом движении обрисовывая плечи и ягодицы. Пройдя через комнату, мужчина выходит на широкую террасу и облокачивается на деревянные перила. Его грудь вздымается, подобно кузнечным мехам. Стоит раскаленная летняя ночь.
Спустя мгновение он слышит легкие шаги женщины и чувствует прикосновение ее тела. Хорошо, что эта терраса в особняке на вершине Квиринала всегда овевается легким ветерком. Они долго молча стоят, обнявшись, любуясь грандиозным зрелищем. Перед ними раскинулся великолепный вид, один из прекраснейших за всю историю человеческой цивилизации: город Рим в апогее своей красоты и могущества.
Освещенный полной луной, Вечный город кажется безграничным. Его здания простираются везде, куда может проникнуть взор. Ближайшие легче разглядеть. Вокруг высятся огромные инсулы, похожие на наши многоквартирные дома, с белыми оштукатуренными стенами и черепичными крышами. Темные пятна окон с распахнутыми ставнями. Силуэты балконов, многие украшены цветами, как в наше время. Можно разглядеть и балконы, полностью забранные решетками, подобно тем, что сегодня распространены в Индии. Они похожи на шкафы, подвешенные на стенах зданий.
За окнами темнота, люди спят. То там, то тут свет фонаря выхватывает сценки повседневной жизни, не стихающей с приходом ночи. Огоньки светильников и фонарей рассыпались по городу, превращая его в галактику жизни, парящую в ночи.
Днем миллионный город погружен в хаос звуков, ночью же все иначе. Где-то тишину нарушает журчание городского фонтана, где-то лай собаки, чья-то перебранка…
А еще ночь — время доставки товара в лавки, магазины, термы… Грохот повозок, возгласы возниц на перекрестках, ругань недовольных задержкой товара лавочников молниями пронзают улицы и кварталы.
Тем не менее Рим ночью обретает свое очарование, вполне ощутимое и сегодня во время
