не возьмут, ни на работу. Вот пойду завтра устраиваться продавщицей – и все, это мой потолок. Так и просижу всю жизнь за кассой.
Мой грустный мысленный монолог прерывает приход Нины Михайловны.
— Васенька, ты дома? — кричит она с порога, и я отвечаю:
— Да, уже пришла.
Женщина заходит на кухню и ставит сумку на стул.
— Не взяли, да? — понимает она по моему лицу все.
— Взяли…
— Тогда почему ревешь? Не понимаю. Радоваться надо!
— Я сама не пошла. Вы были правы, вокруг одни проходимцы.
— Что он хотел? — сжимает зубы женщина и садится рядом.
— Чтобы я его обслуживала… под столом!
— Вот урод! — в сердцах выкрикивает Нина Михайловна, а я аж подскакиваю от неожиданности.
— Ну ничего! Зато я принесла тебе хорошую новость. Так и знала, что там не сложится.
— Какую? — подаюсь вперед я, но женщина меня останавливает, хитро подмигнув.
— Грей чай, а я пока переоденусь. Промокла вся. Приду и все расскажу.
Нина Михайловна уходит, а я вскакиваю к плите. В ожидании покусываю губы и нервно вздыхаю. Что же она такого хочет рассказать?
Наконец-то она появляется на кухне и садится напротив.
— Ну что ж, Васенька, тебе повезло, — начинает разговор женщина. — Декан вернулся из отпуска на неделю раньше, и я сегодня смогла его поймать и поговорить.
— И что? — выдыхаю я, наклонившись вперед.
Нина Михайловна, будто нарочно, медленно отпивает чай и отвечает:
— Пришлось поуговаривать его, конечно, но у нас с ним старые счеты, так что он нашел тебе место работы.
— О, как же это замечательно! — Я подскакиваю и крепко обнимаю женщину.
— Погоди радоваться! — серьезно добавляет она.
— Почему? Неужели директор тоже из этих… извращенцев?
— Да вроде нет. Дело не в этом…
— А в чем?
Нина Михайловна молчит, а потом вздыхает.
— Знаешь, фирма, в которую тебя направляют на стажировку, довольно крупная. Очень крупная, понимаешь? Это прям уровень! Если поработаешь там, тебя потом оторвут с руками и ногами. И в университет спокойно поступишь!
— Ого… — выдыхаю я. — Но почему мне кажется, что там есть жирное но?
Женщина хмурится, и я понимаю, что права.
— Да, там есть один существенный недостаток.
— Ну, говорите уже! — восклицаю я, не удержавшись.
— Их босс!
— Но вы же говорили, что он не извращенец?
— Он и не такой, как говорят. Он намного хуже! От него сбегают все помощницы: кто в истерике, кто сразу к психологу. Это просто цербер! Вот сейчас как раз сбежала очередная, и ему срочно нужна новая.
Я скисаю, понимая, во что мне предлагают ввязаться. Но потом поднимаю решительный взгляд на женщину.
— Я пойду!
— Но он же такой…
— Не хуже, чем некоторые детдомовские ребята. Поверьте, я прошла такую школу жизни, что мне уже никакой черт в костюме не страшен!
— Даже так! — восхищенно выдыхает Нина Михайловна.
— Да! Пойду готовить одежду на завтра. Нужно выглядеть с иголочки, я так понимаю?
— Да, ты права…
— Что ж, хоть я и замочила свой костюм, но у меня есть новая блузка и та самая юбка-карандаш.
— Вт и отлично! Я так рада! Очень надеюсь, что у тебя все получится, Вася, — улыбается женщина, и я киваю. Направляюсь в свою комнату, изображая волевую и уверенную девушку, но в душе скребут кошки.
А вдруг я не справлюсь?
Утром я встаю ни свет ни заря. Специально поставила будильник пораньше, чтобы успеть привести себя в порядок, но в итоге все равно опоздала на нужный автобус.
Для такого случая все же заказываю такси, отсчитав свои кровные и такие нужные купюры, но если у меня получится устроиться, то оно того стоит. А у меня получится!
Я выдыхаю, глядя в окно на серый пейзаж города, и концентрируюсь на уверенности. Программирую себя на то, что я все смогу, что у меня все получится.
Но как только выхожу из машины, вся наполненная решительностью, меня окатывает грязной водой с головы до ног.
Глава 3
— Куда ты прешь?! Черт! Моя блузка! — кричу я вслед автомобилю, который только что облил меня грязью из-под своих дорогущих шин.
— Индюк! Урод! Понапокупают машин, а расплачиваются, видимо, совестью! — в сердцах добавляю я, не увидев, что окна автомобиля открыты.
Вообще, я очень скромная девушка и обычно помалкиваю, боясь отхватить. Но тут уж сама ситуация не позволила выбрать другие выражения.
Слышу визг тормозов и замираю, понимая, что тот самый индюк за рулём все слышал.
Ну что за утро? Впервые за долгое время появилась хорошая вакансия, так мало того, что грязью обдали, еще сейчас и матами покроют.
Оглядываюсь, пытаясь сообразить куда бежать, но понимаю что поздно. Дверь машины открылась, выпуская огромного широкоплечего мужчину. Да, бежать бессмысленно, такой догонит, даже несмотря на деловой костюм, в который он одет.
Расправляю плечи и решаю встречать смерть с достоинством. Задрав подбородок, слежу, как двигается ко мне мужчина, обманчиво медленно, словно пантера. Его атлетическое тело притягивает, а поднимаю глаза выше и встречаюсь с сердитым взглядом. Красив и зол. Гремучая смесь. А еще богат. Сейчас припаяет статью за оскорбления или еще чего похуже…
Незнакомец останавливается возле меня, нависая надо мной, словно гора. В глазах бушует настоящий огонь, а густые брови сдвинуты на переносице.
Ой-ой, мамочки, кажется, мне конец…
— Это кто тут индюк? — рычит незнакомец, а я сжимаюсь, словно
