Я удивленно глянула на магистра Бэтхэра. Но по виду наставника было совершенно непонятно, как он отнесся к поведению ученика.
Комната, в отличии от первой — маленькой, пустой и полутемной, — буквально утопала в свете. А ещё здесь было довольно прохладно. Справа шли какие-то шкафчики, утопленные в стену. Здесь также не было ни столов со стульями, ни чего-либо ещё, что у меня всегда ассоциировалось с учебными классами. Белые стены скорее наводили на удручающую мысль о больнице.
Ребята выстроились полукругом, лицом к шкафчикам. Наставник окинул всех коротким взглядом и пояснил:
— Прежде чем переходить к новому материалу, я бы хотел пройтись по уже изученному. — Он подошел к одному из шкафчиков и открыл дверцу. Еще до того, как он извлек оттуда тележку, я уже поняла, что там.
На вид труп оказался еще безобразнее, чем я ожидала: не просто голый, холодный и бледный, но ещё и с развороченной грудной клеткой. От столь неприглядной картины у меня резко закружилась голова и нахлынула слабость. Сглотнув, я поспешно отвела взгляд от мертвеца.
— Дори, начнем с тебя, — вызвал наставник. — Давай основную раскладку внутренних органов и энергетические каналы, заодно объясни нам, отчего этот тип помер.
— Да, наставник, — сухим голосом отозвался одногруппник. Я ему заранее посочувствовала: дотрагиваться до мертвяка, чтобы почувствовать остатки энергетических каналов, то ещё удовольствие.
— Данная особь относится к расе гнорэков. Сердце у представителей этой расы находится в правой части грудины на уровне восьмого — четырнадцатого ребер.
— Показываем-показываем, — подтолкнул одногруппника наставник, — и давай быстрее. Я хочу сегодня начать новую тему.
— Да, наставник. Как видим…
— Дарк, — перебил Дори магистр Бэтхэр через какое-то время, — как посмотрю, ты и так все знаешь. Поделись-ка с нами крупицами своей осведомленности.
— Я? — удивленно глянула я на наставника.
— У нас в группе два Дарка?
— Нет, — смутилась я.
«Влипла. Ты только труп не испогань ему, а то окончательно озвереет», — посоветовала шиза.
Тебе легко говорить, — начиная паниковать, огрызнулась я.
«Так уж и быть, расщедрюсь на совет: используй частичное слияние. Феникс подавит ненужные эмоции и поможет при ответе».
Я на негнущихся ногах подошла к столу, упорно глядя в пол. Пересилив себя, я все же глянула на мертвеца и вновь отвела взгляд.
— Мы долго ждать будем? — практически безэмоционально поинтересовался магистр Бэтхэр.
Меня так и подмывало ляпнуть: «Долго». Но вместо того, чтобы нарываться на явную грубость, я вновь посмотрела на труп, убеждая себя, что я видела и похуже. В воспоминаниях Риоки во время нашего первого танца с тенью. В своей прошлой жизни. В снах. Значит, я смогу.
От ключицы до бедер мертвеца шел тонкий разрез. Я взялась за одеревеневшую плоть и потянула на себя. Это оказалось тяжелее, чем думалось поначалу. Я судорожно сглотнула, и тут же поняла, что зря это сделала: запах разложения, пусть и едва ощутимый, всё же присутствовал.
Я быстро закрыла глаза, частично сливая свое сознание с фениксом. Зверь, в отличие от меня, не заморачивался никакими моральными принципами. Для него что труп, что соломенная кукла — всё одно. Нужно объяснить устройство внутренних органов? Пожалуйста.
Я открыла глаза. Труп и запах никуда не делся, но ни первое, ни второе больше меня не волновало, несмотря на то, что воспринимала окружающий мир я сейчас намного четче, чем раньше. Я потянула на себя плоть, как будто была заправским мясником.
— Как видим, ребра гнорэков почти сливаются с тазобедренными костями, что является дополнительной защитой для внутренних органов. Сердце данной особи смещено вправо, как следствие удара в грудину под углом… — мой голос был совершенно лишен каких-либо эмоций. Зверь позаботился о том, чтобы я ничего не чувствовала, видимо осознав, что в противном случае я с воплем сбегу отсюда. А ещё феникс щедро делился своими поистине бесконечным запасом знаний об анатомии различных представителей Вселенной. Ей богу, за эти пятнадцать минут, что я объясняла строение данного трупа, я узнала в этой области больше, чем за всю свою жизнь. И это несмотря на то, что с подачи Риоки на каникулах прочла толстый талмуд на тему строения тел наиболее распространённых антропоморфных рас Империй. И не только его.
— Неплохо, Дарк, — похвалил наставник, после того, как я замолкла. — Совсем неплохо. Иди на место. Один-единственный совет на будущее: смотри не только на тело перед тобой, но и на реакцию аудитории. Быть может, у кого-нибудь есть вопросы?
Я отвернулась от трупа и уставилась в пол. Резко выдохнув, я освободила сознание от присутствия феникса, и меня тут же повело. Желудок подскочил к горлу, а в носу, казалось, навсегда поселился гадезный запах. Перед глазами резко потемнело, и я кулем рухнула на пол.
— Похоже, я тебя перехвалил, — послышался откуда-то издалека голос наставника. Я инстинктивно отпрянула от флакончика, который магистр Бэтхэр подсунул мне под нос.
— Со мной уже все нормально.
— Ну что ж, будем считать, что я тебе поверил. Стоять можешь?
Я неуверенно кивнула и поднялась. Ноги слегка подрагивали, по телу разливалась слабость, в голове шумело, но стоять я могла. К тому же труп уже убрали, что тоже было хорошей новостью.
«Нечего было хапать столько информации за раз, — проворчал голос. — Не последний день живешь».
Так это от избытка информации?
«Однозначно, — отозвался мой внутренний собеседник, a потом задумчиво добавил: — Во всяком случае я так надеюсь, иначе придется признать, что ты ни на что не годная кисейная барышня».
Услышав альтернативу, я тоже предпочла считать, что хлопнулась в обморок от обилия полученных знаний.
— Итак, Дарк нам наглядно показал расположение основных органов и энергетических каналов большинства антропоморфных созданий на примере данной особи. Надеюсь, методы блокировки и очистки каналов вы помните. Если кто-то забыл, то лучше скажите об этом сейчас и мы повторим. — Наставник сделал паузу и обвел нас внимательным взглядом. Для меня ничего повторять не надо было: я взяла эту информацию вместе с другой из памяти феникса. Честно говоря, я до этого дня была уверена, что у Зверя нет своих знаний, а он оказывается, наставника Бэтхэра за пояс может заткнуть. Или не может? А не пойти ли к Варану и не попросить освободить меня от занятий по теловедению в связи с доскональным знанием данного предмета и нежеланием еще сильнее травмировать свою нежную психику? Хотя вряд ли это пройдёт, да и вопросы лишние задавать начнут. А оно мне надо?
— Вопросов нет, — тем временем продолжил наставник. — Тогда переходим к нашей основной теме. Кто знает, сколько болевых точек на теле феникса?
Рука сама собой потянулась вверх.
