- Как понимать ваше вторжение и оскорбительные намеки? - воскликнула Айседора Кляйн, протягивая записку.
- Разве объяснения необходимы, мадам? Я достаточно уважаю ваш ум, чтобы снизойти до них. Правда, последние дни дали мне право несколько усомниться...
- Отчего же?
- Оттого, мадам, что вы решили запугать меня наемными громилами и тем самым отстранить от дела. Однако не учли вы одного - человек выбирает себе подобный род занятий, если его привлекают именно опасности. Таким образом вы сами заставили меня заняться расследованием дела Мейберли.
- Не имею понятия, о чем вы говорите. Какое отношение я имею к бандитам?
- Да, я действительно переоценил вашу сообразительность. Прощайте.
- Постойте! Куда же вы?
- В Скотленд-Ярд.
Мы не успели пройти и половины пути к двери - Айседора Кляйн догнала нас и взяла моего друга за руку. В одно мгновение стальная твердость сменилась мягкостью бархата.
- Господа, давайте обсудим ситуацию. Чувствую, что могу говорить с вами откровенно, мистер Холмс. Вы создаете впечатление истинного джентльмена. Инстинкт женщины безошибочен: я вижу в вас друзей.
- Не стану пока утверждать подобное о себе, мадам. Хотя я и не олицетворяю закон, но, насколько мне позволяют ограниченные мои полномочия, я являюсь представителем правосудия. Готов вас выслушать, после чего смогу сообщить, как намерен поступить дальше.
- О, конечно же, попытка запугать столь храброго человека была просто глупостью с моей стороны.
- Но еще неосмотрительней с вашей стороны было то, что вы, мадам, попали в зависимость от шайки злодеев, способных вас шантажировать и даже выдать полиции.
- Ну нет! Я не так проста. Раз уж пообещала быть искренней, то скажу все. Кроме Барни Стокдейла и его жены Сьюзен, никто не имел ни малейшего представления, на кого работал. А что касается тех двоих, им не впервой...
Айседора Кляйн улыбнулась с очаровательным кокетством, словно близкому знакомому.
- Понятно! Они уже испытаны вами.
- Да, это верные псы...
- Напрасно вы так верите им. Подобные создания могут и укусить руку, кормящую их. Стокдейлов непременно арестуют за участие в ограблении. Полиция охотится за ними.
- Они готовы принять наказание. За то им и платят. Мое же имя в деле упоминаться не будет.
- Если только я не сочту необходимым...
- О нет. Джентльмены не обходятся так с секретами, принадлежащими даме.
- Вам следует вернуть рукопись.
Айседора Кляйн рассмеялась и подошла к камину, где возвышалась обугленная черная масса.
- Неужели вот это вам может понадобиться? - осведомилась она.
Женщина, стоявшая перед нами с вызывающей усмешкой, выглядела дерзкой и одновременно изящной и привлекательной. Однако Холмс не пошел на поводу у сентиментальности.
- Тем самым вы решили свою участь, мадам, - холодно произнес он. Ваши действия отличались быстротой и точностью, но теперь вы зашли слишком далеко.
- Не будьте так безжалостны, мистер Холмс. Я расскажу вам всю историю...
- Думаю, я теперь уже и сам способен сделать это.
- Но попытайтесь взглянуть на все моими глазами, мистер Холмс. Постарайтесь понять ситуацию, в какую попала женщина, чьи честолюбивые устремления должны внезапно, в самый последний момент, рухнуть. Справедливо ли винить ее за попытку защититься? Да, Дуглас был славным юношей, но совсем не подходил для моих планов. Он хотел на мне жениться. Я не могла позволить себе вступить в брак с человеком без титула и денег. Поскольку сначала я была несколько уступчива, Дуглас вообразил, что может предъявлять мне претензии. Теперь это оказалось невыносимым, и в конце концов пришлось развеять его иллюзии...
- ...наняв хулиганов, избивших его прямо у ваших дверей?
- О, вы и в самом деле производите впечатление человека информированного. Да, это правда, мистер Холмс. Барни и его ребята обошлись с Дугласом, готова признать, достаточно грубо. Но что же Дуглас придумал в отместку? Могла ли я ожидать подобного от джентльмена? Он написал книгу, в которой изобразил собственную историю. И, конечно же, мне отвел в ней роль хищника, а себе - ягненка. Там рассказывалось обо всем, только имена, естественно, были вымышленными. Но разве хоть для одного лондонца истина осталась бы тайной? Как вы считаете, мистер Холмс?
- Он имел на это полное право.
- Воздух Италии словно вскружил ему голову и придал безжалостности. Дуглас написал мне письмо и одновременно прислал экземпляр своего творения. По его словам, один из двух экземпляров предназначен для меня, другой - для издателя.
- Откуда вам известно, что Дуглас Мейберли еще не привел свою угрозу в исполнение?
- Установить имя издателя не составило труда. Как удалось выяснить, из Италии ему пока не поступало ничего. И тут вдруг скоропостижная смерть Дугласа. Я не могла чувствовать себя в безопасности, пока где-то существовал еще один экземпляр рукописи. Скорее всего, рукопись должна была находиться среди его вещей, которые вернули матери, подумала я. И мои люди принялись за работу. Сьюзен устроилась служанкой в дом миссис Мейберли. Я намеревалась действовать по справедливости. Поверьте, это так! Попыталась купить дом со всеми вещами. Была готова уплатить любую цену, названную хозяйкой. Но когда сделка сорвалась, пришлось обратиться к иным средствам. Поступить иначе оказалось невозможным, мистер Холмс. На карте стояло мое будущее.
- Ладно, - сказал Холмс. - Думаю, в данном случае придется отказаться от судебного преследования и потребовать компенсации. Во сколько обойдется кругосветное путешествие в каюте первого класса?
Айседора Кляйн взглянула на моего друга с удивлением.
- Пяти тысяч фунтов достаточно?
- Вполне, мадам, - ответил я.
А Холмс добавил:
- Хорошо, вы подпишете чек на такую сумму, и я сам позабочусь, чтобы миссис Мейберли получила деньги. Она заслужила того, чтобы на некоторое время переменить обстановку. Но вот что еще, мадам: будьте осторожнее. Нельзя постоянно играть острыми предметами, не порезав при этом свои нежные ручки.
