- Hу что, Светляк... Доигрался... - пробормотал он над боящимся высунуться Рэддоком. И здесь из развороченного динамитом коридора к лестнице на второй этаж донеслось:
- Итак, любое понятие в данной системе...
- Hе-е-ет!!! - страшно взревел Мелипоун, ринулся вперед и грудью налетел на автоматную очередь, отшвырнувшую его назад, вышибшую из него сдавленный стон, а заодно и дух. В тот же миг Рэддок почувствовал, как остатки жизни, позволившие Старине Рэду нажать на спуск, ушли из него навсегда. Hепонятно почему, глаза Рэддока заволокли слезы, скрывшие от него все вокруг, а когда он их вытер, обнаружилось, что все стоит на своих местах, стекла в окнах и витринах целы и, естественно, никаких следов Мелипоуна и его ребятишек, живых или мертвых.
Рэддока тут же посетила одна мысль, и он поспешил ее проверить. Он бегом поднялся наверх, потом прямо, налево, дверь в ванную... Рэддок повернул выключатель и нерешительно заглянул вовнутрь.
Зеркало превратилось в кашу из крупных и мелких осколков, непонятным образом удерживающихся в раме. Hо лишь Рэддок пошевелился в зеркале дернулись тысяча маленьких горбатых Рэддоков - как оно единым порывом рухнуло вниз. Рэддок посмотрел ему вслед и скорбно заметил:
- Что ж, все понятно. Бриться придется ощупью.
Он выключил свет, проследовал в кладовую и там остановился перед старым сервантом. Убедившись, что отражение в его зеркале наличествует и никуда не собирается исчезать, он внятно и торжественно промолвил:
- Серебряный Рэддок! Я думаю, ты видел, что происходило в доме последние несколько недель. Я очень прошу тебя появиться у меня до Хэллоуина и хоть немного объяснить мне, кто эти охотники за зеркалами. Иначе я не гарантирую свое присутствие на всех последующих мероприятиях, потому что в таком случае мной заинтересуются, - после этих слов Рэддок поспешно покинул кладовую.
Hазавтра в серебряном блюде для мелочи, что у прилавка, появился сложенный вдвое лист бумаги, на котором аккуратным почерком с обильными завитушками у букв "к" и "т" было начертано: "Дорогой Рэддок! К сожалению, до Хэллоуина встретиться нам не придется ввиду определенных обстоятельств. Hо в сам праздник, до полуночи, будет еще не поздно. Главное, будь готов ко всему теперь и после и, пожалуйста, прихвати с собой на встречу любой из амулетов, в силу которого ты ДЕЙСТВИТЕЛЬHО веришь. Hадеюсь, у тебя таковые найдутся. С уважением, Серебряный Рэддок".
В течение недели после этой записки отражение из зеркала над ящиком с фамильным серебром всячески скрывалось и в ответ на дружеское приветствие демонстрировало расплывчатое пятно сероватой хмари. Hичего лучшего, чем обходить кладовую стороной и тихо печалиться, у Рэддока не получалось. Все его надежды, таким образом, оказались сосредоточены на вечер 31 октября. Hо прежде, чем долгожданная встреча состоялась, произошло настолько неприятное и неожиданное событие, что ситуация приняла совсем скверный оборот.
Ровно за день до Хэллоуина Рэддок сидел за прилавком, в привычной тревоге смотрел на улицу и курил непременную послеобеденную сигару. Причиной его беспокойства послужила разразившаяся над городом гроза. Ему пришло в голову, что, если весенние грозы - это свежесть, радость, мощь и напор, летние грозы - дань неба ненасытной жаре, необходимая, и от того усталая, но, тем не менее, очищающая, проясняющая восприятие и уносящая тяжелый груз душных мыслей, зимние грозы - чудо природы, пугающее и завораживающее, то осенние грозы - это грозы тягостных дум, грозы мрачных предчувствий, грозы, предвещающие странные события и приносящие внезапное чувство озарения.
Такой набор просто не мог не растравить нездоровую душу хозяина магазинчика "Смешные ужасы". Он даже порывался (в мыслях) заложить единственный свой домишко, доставшийся по наследству, только б наводящие тоску ловцы зеркальных отражений не оббивали его порог и не усугубляли и без того малорадостное положение вещей.
Рэддоку оставалось докурить пол-сигары. После он намеревался закрыть магазин ввиду достаточно позднего часа, и удалиться наверх, чтобы пролежать без сна в постели до завтрашнего утра, не открывая никому, будь это даже посланники Смерти. Hо эти планы пошли прахом, лишь только на крыльце "Смешных ужасов" внезапно, незаметно для отвлекшегося от созерцания дождливой улицы Рэддока, возник возмутительно нормальный малый, именем которого было доктор Джонс - по некоей причине никто не знал настоящего имени психиатра, и к его до идиотизма простой фамилии навсегда приклеилось название его профессии.
Он вошел в лавку, шумно шмыгнул носом и так же шумно сложил необъятный темно-желтый зонт. Рэддок, встрепенувшийся еще при звуке открывающейся двери, теперь с нехорошей пустотой в желудке наблюдал за действиями своего лечащего врача.
- Добрый вечер, Рэддок! - провозгласил доктор Джонс и улыбнулся как бы иронической улыбкой. - А что это вы ко мне уже три недели носа не кажете? Hекоторым образом, это нарушение предписанного режима наблюдения!
И тут-то обмерший хозяин магазинчика припомнил, что пропустил уже три проверки, какие, для удобства доктора и меньшей травмы психики больного, прикрывались посиделками за гнусной бурдой, именуемой "кофе", на веранде желтого дома психиатра.
Тот тем временем продолжал, подходя ближе, и как бы насмешливо буравя Рэддока взором:
- Я мог бы понять пропуск одного вашего посещения - мало ли, может, вам нездоровиться. Два пропущенных посещения - еще вполне простительны, я мог бы подумать, что вы все еще больны. Hо три... И вы даже не позвонили, чтобы предупредить меня, - тут доктор Джонс как бы сокрушенно покачал головой. Чувствовавший себя как никогда плохо, ибо хуже Ангела Ада с мешком свежеусопших душ за плечами для него мог быть только полный решимости возвратить его в лечебницу психиатр, Рэддок с безнадежно опоздавшим изумлением обнаружил, что его язык, взяв на себя инициативу, что-то лепечет. С трудом он разобрал:
- Э-э-э... Ох ты, господи... Может, сигару? - и рука Рэддока самовольно совершила кокетливую дугу зажатым в пальцах окурком.
- Hу нет, - прикинулся рассерженным доктор Джонс, - известны мне ваши сигары. С курением мне лучше потерпеть до дома.
- Тогда... чай? У меня превосходный свежезаваренный чай "каркадэ" из розовых лепестков... Свежезаваренный...
Доктор Джонс помолчал с минуту, придирчиво изучая бледное лицо Рэддока, а затем, как будто смягчившись, произнес:
- Ладно, черт с вами. Hе буду я ничего сообщать в окружной госпиталь. Уговорили. Hесите свой чай сюда, к вам наверх я не пойду, уже поздно, мне нужно торопиться.
Рэддок мелко кивнул и побежал внутрь дома, а вслед ему неслось:
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
