Все началось со вторника.
Проснувшись утром, я решила: что-то мне мешает жить. И направилась на поиски этого самого.
Коты предусмотрительно скрылись в сортире и закрыли за собой дверь. Просканировав комнаты на предмет чего-нибудь, что можно было бы знатно шандарахнуть об стенку, и не найдя ничего достойного, я всплакнула.
Ну что это за жизнь такая, в которой, окромя баночки с детскими анализами, и разбить-то нечего?
Сидела я и расстраивалась ровно до тех пор, пока мой взгляд не упал на какую-то полиграфическую женскую дрянь типа «Лизы». Как известно, сие издание ровно раз в месяц выпускает идиотскую статью на три разворота о депрессии и способах избавиться от нее. Я долго вглядывалась в одухотворенное лицо лошемордой телки с фотки и пришла к выводу, что если она от чего-то и страдает, то только от беспорядочных связей с дантистами, после чего я решила углубиться в материал.
Материал гласил, что если я немедленно надуюсь зеленого чаю и приложу к заднице горячий ванильный булыжник, то вся моя жизнь преобразуется – и прямо с завтрашнего дня я буду выигрывать в лотерею и проходить в метро бесплатно.
В это как-то не верилось, и посему я перевернула страницу. То, что этого делать не стоило, я поняла не сразу.
На следующей странице рассказывалось, что поднятию настроения чрезвычайно способствует перестановка мебели в комнате.
«А что, идея ценная, – подумала я, – пожалуй, стоит попробовать».
Но, как вы понимаете, это только лошемордая телка из «Лизы» может поменять местами два плетеных летних кресла на веранде и переться от счастья. Катечкиным для счастья нужно несравнимо больше, поэтому я решила, что на всякие тумбочки пусть кретинки размениваются, а я буду двигать шкаф.
Замечу, что шкаф у нас далек от «Лизиных» идеалов – это не какая-нибудь там беленькая этажерка с розовыми полочками. Сие есть монолитная трехсекционная конструкция, плод трудов шатурских алкашей-мебельщиков. Это у них там, на Западе, в шкафе разве что пара блузочек поместится, да и какая-нить бегония затраханная. В моем шкафу запросто можно разместить корейскую семью вместе с аппаратом для производства морковки и портретом Ким Ир Сена в полный рост.
Откуда у меня возникла уверенность, что если шкаф будет стоять вместо одной засранной комнаты в другой, не менее засранной комнате, на меня попрут всяческие социальные блага, убейте, не знаю. Но так или иначе, я подошла к вопросу со всей ответственностью.
Одного взгляда, брошенного на объект, было достаточно, чтобы понять: он не пройдет в дверь даже с разбега. Надо разбирать, решила я и попыталась приступить к делу. Около двух часов я старательно выковыривала ногтем пластиковые заглушки на шурупах и думала о вечном. Шкаф не поддавался.
В голову полезли неправильные мысли в духе «а ну его на фиг». Чтобы покончить с ними, пришлось немедленно вытащить все барахло из шкафа и разложить его по всей квартире. Через час моя хибара напоминала центральную городскую свалку. Для колорита не хватало только жирных московских ворон. Впрочем, не менее жирные московские коты с успехом заменили пернатых.
Оглядев сие великолепие, я удовлетворенно вздохнула и пошла на кухню курить. После первой же затяжки мысли мои прояснились и среди них даже выделилась одна, центральная. «Насколько сильно приложит меня мой супруг? – настойчиво крутилось в моей башке. – А может быть, вообще свалить к маме, так, на всякий случай?» – мечтала я.
Но к маме сваливают только трусы, а Катечкина к ним не относится, и через полчаса выход был найден.
В числе моих давних знакомых имелся некий маргинальный юноша Артем. В свободное от возлияний время он занимался погрузочно-разгрузочными работами и сборкой мебели. Ему-то я и позвонила. После непродолжительного торга мы сошлись на том, что за 400 рублей и пиво он готов поменять местами не только шкаф, но и всю мебель в двух комнатах, а также ванну и унитаз.
– Жду, – коротко сказала я и положила трубку.
«Сборщик» явился незамедлительно.
– А бухло купила? – поинтересовался он с порога.
– А как же, – расплылась я, но бухло показывать не стала. Слишком уж живо я представила себе картину: пьяный Тема на обломках шатурского зодчества. – Как только соберешь, сядем квасить.
При этом я, должно быть, напоминала старого растлителя, машущего из-за угла чупа-чупсом перед рылом невинного отрока.
Объект пренебрежительно хмыкнул и приступил к работе.
Дальнейшие события развивались чрезвычайно быстро. Так быстро, что я пришла к выводу, что пиво «Эфес» – это вам не поганая рисовая дрянь, а лучший энзим, имеющийся в природе! Потому что ровно через 50 минут шкаф стоял в другой комнате, и в него даже были уложены кое-какие вещи из числа валявшихся в прихожей.
– М-да, – только и успела сказать я, и мы пошли пить вплоть до вечера.
Вечером, закрыв за Артемом дверь, я заглянула в комнату со шкафом. То, что у меня во всех комнатах стало как-то неожиданно неуютно и они запросто могут служить декорацией к документальному фильму «Бункер фюрера», сразу бросалось в глаза и заставляло нервно сглатывать.
Впрочем, к приходу супруга мне удалось настолько артистично изобразить мертвый сон, что я, по-моему, даже температуру тела снизила. Поэтому про вытянутую морду Дементия история умалчивает.
Вот теперь сижу и думаю: что мне делать? Если я завтра перенесу шкаф обратно, то скорее всего родственники будут звонить в «Кащенко». И ведь дозвонятся, они у меня такие. А депрессия-то прошла…
Поздравлялка
Праздник уже прямо-таки на носу, и я почти физически ощущаю звон бокалов и шум разливаемого в них бухла, перемежающийся запахом колбасы и мимозы.
Посему, девочки, и я присоединяюсь к гвоздикам и тортам и позволяю себе оставить сие поздравление.
Я искренне желаю вам добиться всяческих материальных благ, а именно:
– стать миллионным покупателем в «Стокманн»;
– до 40 лет уже иметь норковую шубу;
– не останавливаться на этой самой норковой шубе;
– чтобы ваш богатый дядюшка в Америке наконец-то издох;
– быть избранной в Госдуму;
– баллотироваться в президенты;
– победить на выборах (осталось добавить – улететь на Марс и остаться там навсегда).
Кроме того, я желаю вам социальных благ, как то:
– получить мзду от государства до рождения десятого ребенка;
– чтобы вам уступали место еще до той поры, когда вы приобретете буковые костыли;
– чтобы ваш бойфренд утратил таинственную улыбку при рекламе тампакса;
– чтобы когда перед вами стояла откровенная сволочь, в ваших руках была кнопка от люка в полу под ней (сволочью);
– чтобы к продавцам-консультантам в магазинах прилагалась 9-миллиметровая «беретта» для немедленного самоустранения;
– чтобы 48-й размер был 44-м, а тайские таблетки продавались вместо аспирина;
– чтобы рабочий день был коротким, а владелец фирмы – вашим мужем.
И напоследок личного:
– чтобы дети были здоровыми, а «Счастливые родители» действительно украшали кошачий сортир;
– чтобы мужья напоминали ребят из рекламы электрических бритв;
– чтобы бойфренды были глупыми, богатыми и увлекающимися;
– чтобы лучших подруг неудачно покрасили.
Счастья вам, здоровья и мягкого танка для задницы!
Женщины, деньги и перфоратор
Вторая неделя ремонта – это вам не хухрымухры.
С утра возникло чувство, что если они (соседи сверху) посверлят еще хоть чуть-чуть, моя башка лопнет, и мозги окрасят потолок во все цвета радуги.
На сороковой минуте не выдержала и, водрузив дитя на загривок, аки стадная макака из «Мира животных», поперла отстаивать состоятельность вида. Молдавский брат был непоколебим. Я брызгала слюной, точно сломанный гидрант, Фасолец старательно наплакивал и всячески строил из себя чахоточное затраханное жизнью дитя, но все впустую…
Под конец из меня попер чистый молдавский. Для пущей убедительности я довольно артистично размахивала руками.
Выслушав меня, потомок румынских цыган хмыкнул и с громким скрипом закрыл дверь перед самым моим носом. Единственная прелесть ситуации заключалась в том, что перевозбудившийся от перебранки деть расслабился и навалял в штаны где-то между седьмым и восьмым этажами. Уже дома, оттирая желтое дерьмо с детской задницы, я поостыла и немножко пришла в себя.
Настроение было испорчено окончательно и бесповоротно.
Ну елки-палки, как обидно быть женщиной в этом мире! Во всяком случае, если ты не Зена и не умеешь готовить хаш из кишок противника, ждать от жизни нечего…
Впрочем, Интернет диктует обратное: у нас куда ни плюнь – сплошные фифы. И журнальчики розовенькие, и матом ругаемся разве только что ночью в стенном шкафу, закрыв двери и вставив беруши в ушки плюшевых медведей.
А уж какие у нашей сестры бойфренды! Судя по излияниям див, основной состав акционеров «Газпрома», «Сибнефти» и «Лукойла» вовсе не акциями занимается, а сплошь и рядом спонсирует спальные районы с выделенкой.
