Читаем без скачивания Сборник рассказов "Продавцы лета" - Сергей Верник

– Не слушай ее. Она всех погубила…эта чертова машина. Будь проклят тот день, когда родился ее создатель!

Пройдя с десяток шагов, старик с мальчиком уперлись в невидимую стену.

– Программа запущена, – продолжал говорить женский голос. – Программу нельзя отменить. Введите ваше пожелание.

Старик упал на колени, обнял Павлика и прошептал:

– Прости меня, Павлуша, за то, что я не смог тебя уберечь, – в этот момент стало видно, что слезы в глазах деда были явно не от холода. – Прости, если сможешь…

– Что случилось, деда? – мальчик ошарашено смотрел на старика.

– Она когда-то была сделана для блага людей, – дрожащим голосом говорил старик. – Каждый человек мог воспользоваться этой машиной и стать тем, кем он пожелает. Мог принять любой образ. Люди полюбили эту новую возможность изменить себя. Но что-то потом пошло не по программе. Машина стала делать так, как сама считала нужным. Она очень полюбила снег. Люди входили в нее, исчезали, а снегу вокруг становилось все больше, и он никогда уже не таял. Понимаешь меня? Мне очень жаль…

Мальчик стоял и смотрел на деда полным сочувствия взглядом. Несмотря ни на что, страха Павлик не чувствовал. Он повернулся к темному женскому силуэту, постоял минуту, словно о чем-то задумался, а затем тихим, неуверенным голосом произнес:

– Я хочу быть чистым белым снегом. Я его так люблю.

В следующий миг все взорвалось яркой ослепительной вспышкой. Где-то вдалеке затихал отчаянный крик старика. В глазах мальчика замелькали темные пятна, превращаясь в бегущих навстречу ужасных Волков.

Павлик лежал на снегу, уткнувшись лицом в сугроб. Лохматый серый зверь нежно поддел его носом вбок и перевернул на спину. Мальчик смотрел застывшим взглядом в черное зимнее небо, полное мерцающих звезд и ему казалось, что там, на недостижимой высоте, плывет таинственная женщина и ласково ему улыбается. От этого было так тепло на душе, что обмороженные щеки растянулись в ответной улыбке. Он даже не заметил, как к нему подошел уставший старик, взял его на руки и, проваливаясь по пояс в снег, бережно понес домой.

– Какой же ты у меня молодец, – прошептал, наклонив голову дед. – Не думал я, что машины могут ревновать. Как же ты догадался?

Перехватившись поудобнее, он понес внука дальше, сквозь ледяные сугробы. Следом за ними бежали, поджав хвосты, огромные серые звери. А через некоторое время, с неба начали сыпаться пушистые белые снежинки. И в каждой из них мальчик видел смеющееся лицо загадочной женщины.

Мы все начнем сначала

2035 год. Марс. Первая находка.

Когда вездеход в очередной раз накренился, нехотя взбираясь на высокий холм, Валентин с облегчением заметил, что до места назначения они почти добрались. Всего в каком-то километре к югу была хорошо видна огромная, похожая на верблюда, скала. Она четко выделялась из остального однообразного ландшафта, словно исполинский монумент неизвестного скульптора, решившего вдруг оставить на этой неуютной мертвой планете вечную о себе память.

– Там разведчик видел ту штуковину? – спросил, поворачиваясь к Валентину, Альберт. Тот едва заметно кивнул.

За последние недели экспедиции, они оба здорово устали. И это еще мягко сказано. Каждодневные километры маршрутов, сопровождающиеся всегда унылым красным пейзажем за иллюминаторами, тонны перерытого грунта, увесистые отчеты на Землю, – все это неумолимо накладывалось друг на друга, делая пребывание на Марсе уже настолько утомительным и скучным, что геологи едва не сходили с ума. Четыре долгих месяца в песчано-каменном аду! Ни один нормальный человек не выдержит. Разве что роботы. Но роботы здесь уже давно поработали, уступив теперь место людям, настоящим профессионалам, заменить которых не сможет ни один механизм.

– У подножия, чуть левее будет пещера, – уточнил Валентин, делая в навигаторе какие-то пометки.

Двигатель снова жалобно взвыл, и вездеход, перепахивая гусеницами очередные метры красного песка, медленно двинулся вниз.Пещера оказалась именно в том месте, где и указывал на карте разведывательный зонд. Метров семь в диаметре, почти ровное круглое отверстие. Стоящее высоко в мутном небе солнце создавало четкий контраст между светом и тенью. Поэтому, через пыльное обзорное стекло вход в пещеру казался огромным черным люком, намертво приваренным к светлой поверхности скалы.Немного притормозив, Альберт осмотрелся, словно опасаясь чего-то, а затем неуверенно направил машину в неизвестность.После яркого марсианского дня на миг показалось, что глаза перестали видеть. Тьма была настолько непроглядной, что даже слабого мерцающего света приборной панели не хватало, чтобы различить очертания находящихся в кабине предметов. Слегка мигнув, включились наружные прожекторы. Сфокусированный луч скользнул по гладким стенам, тут же отражаясь от них во все стороны затейливым узором. Вся пещера вдруг наполнилась необычным свечением, уходящим куда-то в глубину и теряясь среди многочисленных природных образований.

– Ничего себе, – Артур от изумления открыл рот. – Что это такое?

– Это оптическая иллюзия, – с чуть заметным интересом ответил Валентин. – У стен слишком хорошая отражающая способность. Они создают эффект зеркал.

– Полированный камень, – уточнил Артур, – Но как такое может быть? Сами собой твердые породы не полируются. Да и почти правильная геометрия тоннеля… А это значит…

– Не говори ерунды, – Валентин переместил прожектор чуть левее. Рисунок сразу же изменился, приобретя более размытые границы линий. – Ты еще скажи, что здесь кто-то прошелся промышленным лазером.

Артур промолчал. Его бурная фантазия выдавала такие варианты, что он немного засмущался. А уж озвучивать их он бы точно сейчас не стал.Вездеход постепенно продвигался вглубь пещеры. Не спеша, внимательно осматривая каждый подозрительный камень, люди сидели возле обзорного триплекса. Их лица были напряжены, как никогда. Смутное предчувствие чего-то необычного, из ряда вон выходящего, легким зудом растекалось по телу, заставляя сердце биться с удвоенной частотой. Луч прожектора то и дело выхватывал из темноты различные причудливые фигуры. Некоторые казались замершими навечно таинственными химерами, другие напоминали персонажей старых детских сказок. Но каждая такая фигура, едва только стоило подойти поближе, сразу обретала хаотичность наростов обычного природного образования.Внезапно Валентин воскликнул:

– Стой! Подожди! Посвети еще раз в ту сторону, – он указал пальцем направление.

Прожектор повернулся, роняя луч на глыбу странной формы. Что-то до боли знакомое. Даже при тщательном рассмотрении, наваждение никуда не исчезло.  Застегнув гермошлемы, люди вылезли наружу. Они шли, поднимая ногами облака рыжей пыли, и через несколько метров остановились, не веря своим глазам. Мозг отказывался понимать происходящее.

– Ты видишь тоже, что и я? – спросил Альберт. Вопрос был риторическим.

Там, куда они смотрели, в небольшом углублении, привалившись спиной к стене, сидел человек в необычном скафандре. Судя по внешнему виду, находился он здесь в такой позе уже не одну тысячу лет.Подойдя ближе, Валентин аккуратно стер пыль с его шлема, очищая еле заметный знак, представляющий собой пятиконечную, бывшую когда-то красной, звезду.

– Коммунисты летали раньше на Марс? – Валентин постепенно отходил от шока. Его всего трясло от сильного возбуждения. По лицу сползали капельки соленого пота.

– Если бы… Этот экземпляр гораздо старше современного человечества. Гораздо старше.

Стоя здесь и сейчас, эти двое не могли даже предположить, что в будущем ученым еще не раз предстоит столкнуться со знаком красной звезды.

2174 год. Третья планета Бетельгейзе. Пустой мир .

– Я не могу поверить, что на этой чертовой планете нет вообще никаких ресурсов! – закричал капитан, тряся перед носом своего помощника листом тонкого пластика с результатами геологической разведки. – Вы сколько раз делали анализ?

Старший помощник беспомощно развел руками.

– Мы уже вторую неделю только этим и занимаемся, – ответил он, забирая у капитана лист. Мельком просмотрел. – Да, как не крути – результат всегда один – ни-че-го.