инквизитор отстранился, сел в кресло и, сложив руки домиком, стал задумчиво изучать меня взглядом. Сейчас в его глазах не было льда, но спокойнее от этого не становилось.
— Зачем я здесь? — инстиктивно покосилась на кровать, что не осталось незамеченным.
— Нет, госпожа Нест, вы не в моем вкусе, — поморщился он. — Так что незачем накручивать себя почем зря. Вы здесь, в моей спальне не потому что я нуждаюсь в интимных услугах. Я еще не докатился до того, чтобы тащить в свою постель каждую сговорчивую арестантку. — Он снова поморщился. — Просто только здесь я могу разговаривать, зная, что нас не подслушают. Как я уже говорил — разговор должен остаться конфидициальным. И если вы согласитесь на меня работать, то я не только освобожу вашего брата, но и подарю вам особняк, где-нибудь на окраине столицы.
Я мысленно фыркнула. Плевать мне на особняк! Я просто хочу, чтобы меня и моего брата оставили в покое!
— Чего вы хотите?
Несколько секунд царила тишина. Казалось, он собирается с мыслями. Я начинала нервничать. Плохое предчувствие не отпускало, шевелилось внутри, сжимало сердце.
— Таггар Сиери. Это имя вам знакомо?
Я нервно сглотнула. Надежда спасти брата резко поблекла и теперь казалась почти недостяжимой.
Глава 2
О, это имя говорило о многом…
Я посмотрела на инквизитора в надежде, что ослышалась. Но нет, так повезти мне просто не могло. Взгляд Реджина был цепким и отслеживал каждую мою эмоцию, фиксировал, пытаясь понять, о чем я думаю.
Таггар Сиери — главный советник короля и, по совместительству, сильнейший маг в пределах континента. Именно он отвечал за безопасность короля Хагарии — Ардуса 2; по слухам, предотвратил не одно покушение. Имел право судить и рядить, как богатых, так и бедных. Поэтому первые предпочитали не вступать с ним в конфликты, а последние произносили его имя только шёпотом, боясь накликать лихо. Когда Сиери проезжал на своем вороном жеребце по улицам столицы, перед ним расступались и склоняли головы. Сторонний наблюдатель мог бы решить, что горожанами движет благоговейное почтение, но на самом деле люди избегали его пронзительного взгляда.
Имя королевского советника знал каждый, да вот лица никто не видел. Кто-то утверждал, что он совсем молод, кто-то клялся, что он старик, а кто-то и вовсе считал его безликим. А породила все эти домыслы маска, с которой Таггар Сиери не расставался. Мне же он представлялся неким монстром, вынужденным скрывать от окружающих свое уродство. Но здесь уже работало только воображение, которое давало огромный простор для фантазии.
А еще поговаривали, что именно он лишил Святой престол тотальной власти…
Липкая дрожь пробежала по телу, стоило осознать простую истину. Какую бы игру не затеял инквизитор, моя жизнь под угрозой. В его партии я стану пешкой, разменной монетой, которую жалеть не будут. А когда в пешке исчезнет необходимость, от меня просто избавятся, как от мусора.
— Я задал вопрос. Так потрудитесь ответить.
Голос Кариастеля Реджина вспорол тишину, и от неожиданности я чуть не подпрыгнула. Успокоиться или хоть немного расслабиться в его присутствии не получалось. Я постоянно была как на иголках.
— Имя королевского советника мне известно, — ответила я, стараясь не допустить в голосе дрожь. — Впрочем, как и каждому в королевстве.
— Вот и замечательно, — кивнул он. — Тогда перейдем непосредственно к сути. Я хочу, чтобы вы вошли к нему в доверие, стали, так сказать, при нём моими глазами и ушами. Вы будете доносить о каждом его шаге, каждом вздохе, обо всём, что покажется подозрительным. Что, госпожа Нест, — его губы растянулись в жестокой усмешке, — еще не передумали?
Отрицательно качнула головой, понимая, что только что услышанная информация стала той чертой, которая не даст отринуть предложение инквизитора. Если откажусь, то меня не лишат магии, не сошлют на каторгу, а просто прикопают по-тихому где-нибудь за городом.
— Приятно, что я в вас не ошибся, — он откинулся на спинку кресла, продолжая меня изучать, и лишь на краткий миг я заметила промелькнувшее в его глазах торжество. — Итак, мне не важно, как вы войдёте в его ближний круг. Могу лишь сказать, что Таггар Сиери не сближается с женщинами, так что роль любовницы вам вряд ли светит. Доставлять информацию будете лично, при встрече. Вам все ясно?
— Яснее некуда, — пробормотала я. — Но…
Я осеклась, боясь вызвать гнев. Холодные пальцы на собственном горле были еще свежи в памяти. И вряд ли эти воспоминания так быстро поблекнут.
— Что "но", госпожа Нест? — всплеснув руками, насмешливо хмыкнул Реджин. — Смелее! Не стесняйтесь.
— Почему именно я? Почему бы не найти для слежки кого-нибудь более… — я замялась, подыскивая нужное слово, — подходящего?..
Несколько секунд он молчал, а потом ответил, и я пожалела, что вообще открыла рот.
— Вы считаете меня полным кретином? — Кариастель Реджин выглядел спокойным, ничего в его облике не выдавало гнев. Но в голосе все-таки прозвучали угрожающие нотки, а в глазах промелькнула ярость. Я инстинктивно попятилась, но позорное отступление преградила стена, в которую я уперлась спиной. — Вы и есть самый что ни на есть подходящий вариант. Только ведьмы способны скрывать свою истинную суть. Сиери не подпустит к себе магически одарённого.
Ведьмы действительно умели скрывать свою магическую суть, потому что особой энергией не обладали. На нашей ауре не оставалось отпечатков волшбы. Может, причина тому инквизиторская охота в прошлом, за время которой мы приспособились скрываться настолько, что это знание стало передаваться по крови вместе с даром. К тому же ведьмовство хоть и было практическим, но всё же основывалось не столько на заклинаниях, как у тех же магов, сколько на смеси ингредиентов редких трав, кореньев, пережжённой золе и особом угле, без которого ведьмовский костёр разжечь не удастся. В то же время мы могли вызвать такие природные и неприродные катаклизмы, что любой полноправный маг обзавидуется. Но для серьёзной ворожбы всегда требовались необходимые условия. Например, чтобы костёр горел не где-нибудь, а на заброшенном кладбище, да и положение небесных тел должно быть максимально благоприятно для такого замысла.
В обыденности же всё, на что мы способны — приготовление настоев и зелий, бытовая магия и наведение слабого морока, что не держался более суток. Зато сквозь ведьминскую иллюзию невозможно было разглядеть истинный облик зачарованного, да и распознать такой морок не сможет даже сильнейший маг.
К тому же дар ведовства передавался только по женской линии. И этот факт полностью снимал вопрос, почему для шпионажа Реджин выбрал именно меня.
— Он далеко не глуп, — продолжил тем временем инквизитор. — Скажу даже
