«Нет, так дело не пойдет!» Соня взяла несколько монет, вышла на улицу, и попросила мальчишек купить ей семян феола. Увидев монеты, ребята воодушевились и через мгновенье исчезли из вида, поднимая босыми пятками шлейф пыли…
Семена феола — твердые и горькие на вкус, но если их жевать медленно, перетирая зубами в вязкую, маслянистую кашицу, то они придают бодрость и отгоняют сон…
* * *
Лурас нервничал. Соня строго запретила ему появляться в квартале, где она снимала комнату, но время шло, а девчонка не объявлялась. «Все-таки не надо было связываться с женщиной… — в сердцах думал он. — Никогда не знаешь, что придет в голову этим бестиям!»
Лурас все-таки не выдержал и направился к Сониному дому. Дверь была не заперта. Мужчина дернул ручку на себя, и дверь со скрипом открылась. В комнате было тихо, и вначале Лурас решил, что в ней никого нет, но потом он заметил Соню.
Она спала, сидя за столом, уронив голову на раскрытую книгу. Волосы разметались по столу, и Лурас опять подумал, что девушка удивительно хороша собой.
«Вот бы плюнуть на все, и уехать с ней куда-нибудь на Вилайет!..» Но Лурас тут же отогнал от себя эту приятную мысль.
Картина!.. Она нужна ему, и он не имеет права думать ни о чем другом, пока картина не будет у него в руках.
— Соня. Эй, Соня, проснись! — Лурас потряс девушку за плечо.
Соня приоткрыла затуманенные от сна глаза, посмотрела на Лураса и неожиданно пробормотала:
— Твои очи, словно звезды, сияют в ночи, освещая дорогу к любящему сердцу…
— Совсем с ума сошла, — констатировал Лурас и принялся яростно трясти девушку. Соня, не открывая глаз, ударила непрошеного гостя кулаком в скулу. От неожиданности Лурас не удержался на ногах и отлетел к противоположной стене. Падая, он задел полку, и та, сорвавшись с привычного места, полетела Лурасу на голову. С полки стала падать, разбиваясь вдребезги, посуда, а за стеной опять послышалось ворчание хозяйки. От грохота Соня окончательно проснулась и невозмутимо посмотрела на гостя
— Привет, — весело сказала она, — а я думала, что ты мне снишься.
— Хорошо бы это было во сне, — проворчал Лурас, потирая ушибленную голову.
— Извини, но ты сам виноват. Знай на будущее, что я не люблю, когда ко мне в дом входят без стука, а тем более неожиданно приближаются сзади. Так что ты еще легко отделался, а то запросто могла бы и убить… Знаешь, а я ее все-таки выучила!
— Что ты выучила?
— «Дорогу среди звезд». Можешь меня спросить с любого места.
— Помоги лучше встать!
— Ах, да. Извини. — Соня подошла к Лурасу и протянула ему руку На мгновение Лураса охватило острое желание притянуть девушку к себе и зарыться лицом в ее густые рыжие волосы..
Но усилием воли он подавил этот порыв. Картина!. Ему нужна картина. Все остальное не важно.
— Ну и погром ты у меня устроил! Хозяйка будет недовольна. Полка денег стоит, и посуда тоже… — заметила Соня, делая вид, что не замечает перемен в лице гостя.
— Я заплачу. Вот. Пяти золотых хватит?
— Восемь, — сказала девушка.
— Пусть восемь, хотя все барахло в этой комнате не стоит и полутора.
— Давай деньги, — Соня протянула руку ладошкой вверх, и Лурас отсчитал ей восемь монет. В этот момент он ее просто ненавидел.
— Ну что, почитать тебе стихи? Можешь раскрыть книгу наугад в любом месте.
— Когда ты успела ее выучить? Всю ночь что ли не спала? — И тут Лурас заметил на столе горку шелухи от семечек феола. — Неужели было так интересно?
— Ужасно интересно! Ничего не читала более умного и захватывающего! О, спасибо тебе, Лурас, что ты открыл для меня это божественное имя — Мариций. Как же я жила до сего момента, не зная его творений?! Да и не жила я, а просто существовала. Только теперь мне открылась истина…
— Ладно, уймись. Ты бы лучше о деле думала. Или хотя бы о деньгах, — Лурас дотронулся до мешочка с монетами, висящего у негр на поясе.
— А я, по-твоему, о чем думаю? «Твои глаза сияют мне в ночи…» Ты что, считаешь, я этот бред ради собственного удовольствия учу?!
— А для чего же еще?
— Знаешь, с виду ты не кажешься таким тупым. О чем я, по-твоему, буду говорить с дочкой Ксерсоса?
— Не знаю, кто из нас тупой, но к дочке Ксерсоса тебя и близко не подпустят! Можешь декламировать эти стихи с рыночной площади, может, кто и полает пару медяков, по доброте душевной…
— Ты думаешь, мне не удастся поговорить с Марикой?
— Я в этом просто уверен.
— Ну, хорошо, спорим, что она сама пригласит меня в дом. На десять золотых спорим?
— Да хоть на двадцать! Тебя даже к дому близко не подпустят, а погонят прочь поганой метлой.
Соня сделала вид, что ничего не слышала.
— Да, Кстати, Лурас, я хотела посоветоваться. Какие платья сейчас в моде? С широкой юбкой или с зауженной книзу?
«Никогда в жизни не буду иметь дело с женщинами!» — бормотал Лурас, покидая Сонин дом.
* * *
Соня из-за угла дома наблюдала за улицей. В новом платье она чувствовала себя неуютно, а новые узкие туфли нещадно жали. «Все будет хорошо», успокаивала себя девушка. Но сердце не слушалось, а стучало все чаще и громче, отдаваясь эхом в ушах, а ладони вспотели так, что Соне пришлось сильнее прижать к себе книгу, чтобы она не выскользнула из влажных рук. «Ну, вроде бы пора. Почему же они не едут?!» — нервничала девушка, и тут наконец услышала топот конских копыт.
Девушка напряглась. Поднимая пыль, из-за поворота показались богато одетые всадницы. Одна из них была особенно молода и красива Прохожие разбегались, освобождая кавалькаде дорогу, а дворовые собаки бежали за лошадьми, демонстрируя свое участие звонким лаем.
«Пора!» — скомандовала себе Соня.
* * *
Марике было скучно Даже верховые прогулки в последнее время перестали ее радовать. С наставницами просто невозможно разговаривать Они только, и могут, что повторять слова отца. Называют великие стихи Мариция глупостью, а ее саму считают ребенком. Кто бы знал как ей одиноко!..
Вот если бы сейчас, здесь, на улице возник Мариций, протянул бы к ней руки, то она бросила бы все, пришпорила коня и умчалась бы с ним на край света…
Вдруг ее лошадь на что-то натолкнулась, и девушка услышала пронзительный крик.
«Задавили! Девушка под копытами! Насмерть! Сделайте, что-нибудь!» — кричало сразу множество голосов.
Кто-то схватил лошадь Марики под уздцы. И только тогда Марика увидела на земле распростертое тело молодой девушки. «Неужели я задавила ее!» — ужасная мысль заледенила сердце. «Я убила ее! Неужели я убила ее?!» Марика спрыгнула с лошади И на подгибающийся ногах подошла к телу.
