Оказывается, альпинисты предпочитают рано спускаться с Гранд-Титона не без причины. На вершине горы в августе часто бывают грозы. Мы были похожи на туристов, которые солнечным днем приезжают в Сиэтл и делают вывод, что все рассказы о сильных дождях – всего лишь миф, придуманный местными жителями, чтобы отбить желание у туристов приезжать в их город.
Многие сегодняшние инвесторы предпенсионного возраста только достигли совершеннолетия в то время, когда около 30 лет назад зарождался крупнейший в истории ценовой бум. Им казалось, что инвестирование – это просто. Они брали на себя все бóльшие и бóльшие риски. А потом тучи сгустились.
Горы опасны. Это вовсе не значит, что вы не пойдете на восхождение (хотя, возможно, действительно и не пойдете). Но если хотите остаться в живых, то нужно учитывать все риски.
Это утверждение верно и для ценных бумаг. Они связаны с риском. Делая вид, что это не так, мы навлекаем на себя неприятности.
Эмоциональная отрава: выберите свою
Мы часто думаем, что страх и жадность – основные причины большинства крупных поведенческих ошибок инвесторов – обратные стороны одной медали. Однако это две совершенно разные эмоции. Важно понять, какая из них для вас первостепенна. Осознание этого поможет вам справиться с собой в периоды страха и периоды жадности.
Если ваш ответ окажется сходным с ответом большинства, то запомните: для вас мучения от убытков перевешивают удовольствие от получения дохода. Это значит, в ваших силах так управлять своим портфелем, что болевые ощущения снизятся до уровня, при котором можно справиться даже с самыми сокрушительными обвалами рынка. Просто-напросто нужно оставаться более консервативным при выборе инвестиционных инструментов. Вы можете упустить какие-то выигрышные шансы при подъемах рынка, но зато будете уверены, что рискуете оправданно.
Но что если у вас все с точностью до наоборот? Что если вы просто не в состоянии скромно стоять в сторонке, довольствуясь синглами и даблами, пока шурин хвастает хоум-ранами[4]? Тогда вам обязательно нужно работать со своим портфелем и активно инвестировать, обеспечив тем самым свою долю дохода, пока на Уолл-стрит свирепствует жадность.
Если вы следуете подобной несколько агрессивной стратегии инвестирования, то постоянно будете ориентироваться на «бычий рынок» – восходящие фазы общего цикла, но при этом пострадаете от удара следующего экономического спада. Это не угроза – достаточно просто убедиться, что ваша натура не настолько агрессивна, чтобы не пережить тяжелые времена.
Всем этим я хочу показать, что нельзя одновременно потакать обеим слабостям. Построение стратегии инвестирования, которая основана на управлении страхом, – это хорошо. Стратегии, основанной на управлении жадностью, – тоже хорошо. Каждый путь приносит как прибыль, так и убытки. Смысл в том, чтобы нащупать баланс, который отразит ваши собственные эмоциональные силу и слабость так, чтобы не пришлось входить и выходить из фондового рынка, разрываясь между более агрессивным (справляющимся с жадностью) и более консервативным (справляющимся со страхом) подходами.
Повторюсь: невозможно усидеть на двух стульях.
И тем не менее мы все равно постоянно пытаемся угнаться за обоими зайцами. Когда рынок вступает в черную полосу, возникает естественное стремление что-то предпринять, и предпринять максимально оперативно. Естественная реакция – продавать, получив дурные вести (когда рынок находится на спаде), и покупать под хорошие новости (после того, как рынок снова начинает восстанавливаться), потворствуя одновременно и страху, и жадности.
Подобная стратегия невыполнима.
Самонадеянность
Самонадеянность – очень серьезная проблема. Если вам кажется, что это не про вас, значит, вы самонадеянны.
Факт: наиболее самонадеянные люди реже, чем кто бы то ни было, способны поставить себе подобный диагноз.
Более того, с ростом уровня самонадеянности растет и цена совершаемых ошибок, поскольку самонадеянность подталкивает к все большему риску.
Управление хедж-фондом Long Term Capital Management было сосредоточено в руках очень умных людей (кстати, обладателей Нобелевской премии). Эти гении полагали, что максимально возможные дневные потери составляют 35 млн долларов. И вот в один прекрасный день 1998 года они лишились 553 млн долларов.
Закончилось все тем, что фонд потерял 4,5 млрд долларов.
Алан Гринспен, председатель Совета управляющих Федеральной резервной системы (ФРС) США на протяжении четырех президентских сроков[5] и объект бесконечных похвал финансовой прессы, никогда не принимал неверных решений. Тем не менее непоколебимая уверенность Гринспена в надежности почти сорок лет применявшихся им моделей внесла свой вклад в сильнейшее со времен Великой депрессии падение рынка. В октябре 2008 года Гринспен признался Конгрессу, что был шокирован тем, что модель, в действенности которой не было ни малейших сомнений, оказалась «несовершенной».
Эх, если бы самонадеянностью страдали только лауреаты Нобелевской премии и Совет управляющих ФРС! Масса исследований показывает: у всех остальных та же проблема. К счастью, кое-что можно исправить.
Каждому под силу прийти к осознанию того, что он не такой блистательный интеллектуал, каким себя считает. На самом деле самые разумные инвесторы – это те, кто понимает, что они недостаточно умны, чтобы делать прогнозы, выбирать лучшую акцию, избегать мошенничеств и т. д.
В следующий раз перед принятием инвестиционного решения, будучи уверенным в собственной правоте, остановитесь на минуту и пообщайтесь тет-а-тет со своей самонадеянностью. Я называю этот по-настоящему мощный инструмент, помогающий избежать ошибок, беседой с самоуверенностью.
Попросите друга, супругу или партнера – любого, кому доверяете, – разыграть диалог, задавая вам следующие вопросы:
• Если я внесу изменения в портфель и окажусь прав, как это отразится на моей жизни?
• Что получится, если я ошибаюсь?
• Ошибался ли я когда-нибудь раньше?
Один мой знакомый вложил свои средства в акции собственной компании. У него было достаточно сбережений, чтобы на пенсии чувствовать себя вполне комфортно. Но он считал, что, весьма вероятно, стоимость акций продолжит расти, возможно, даже удвоится. Он никак не мог определиться, продавать ли акции по выходе на пенсию или же ждать дальнейшего роста цен.
Мы провели «беседу с самоуверенностью». Вопросы задавал я, отвечали вместе.
Первый вопрос: «Что случится, если вы придержите акции и окажетесь правы, – цена на них увеличится вдвое?»
Ответ: «Заработаю немного денег».
Второй вопрос: «А что если вы придержите акции и при этом ошибетесь?»
Ответ: «Придется вернуться на работу – лет этак на двадцать».
Третий вопрос: «Ошибались ли вы раньше?»
Ответ: «Да».
(Он продал акции.)
Записные дураки и ваши деньги
Помните конец 1990-х годов, когда все хватали кредиты под залог собственного жилья для приобретения акций высокотехнологичных компаний?
Ажиотаж не подкреплялся серьезными аналитическими выкладками и длился так долго лишь потому, что казалось, будто рынок не может двигаться ни в каком другом направлении, кроме как вверх. Совершенно глупая ситуация. Более того – бессмысленная.
Многие инвесторы понимали, что эти акции значительно переоценены, но все равно их покупали. Зачем? Потому что рассчитывали найти какого-нибудь Записного Дурака (действующего на фондовом рынке игрока, превосходящего в глупости их самих) и продать ему акции даже по самой что ни на есть идиотской цене.
Но что происходит, когда записные дураки заканчиваются?
Вспоминается высказывание Уоррена Баффета[6]: «Когда прилив сменится отливом, станет ясно, кто купался голышом».
Перед тем как вкладывать с трудом заработанные деньги, спросите себя: вы принимаете решение, потому что считаете такое вложение удачным? Или же полагаетесь на Записного Дурака? И если это так – без обид, – не выставляете ли вы себя таким же дураком?
Модель проигрыша
Как-то, просматривая газету, я натолкнулся на подготовленный Американской ассоциацией индивидуальных инвесторов еженедельный обзор настроений инвесторов. В нем отмечалось, что со времени прохождения пика несколько месяцев назад инвесторы никогда еще не были настроены столь оптимистично.
Та-а-ак… Тут я вспомнил, как за пару недель до этого в таком же обзоре говорилось о том, что впервые за год инвесторы настолько пессимистичны.
