Первая пара воинов стала на ринг, и я, наверное, впервые за несколько лет пожалел, что рядом нет отца этого тела. Мне кажется, что, скорее всего, он своим решением не допустил бы подобное испытание. А так как его не было, то нужно было думать самому.
«До удара гонга, знаменующего начало испытания, еще можно отказаться от боя. Например, сославшись на усталость после финала или какие-нибудь другие обстоятельства. Непонятная ситуация с Георгием, кстати, тоже подходит, – мелькнула предательская мысль, однако я усилием воли от нее отказался. – Не время проигрывать!»
Да и кипящая в сердце злость мешала согласиться с логичными и разумными доводами головы. Нет уж! Я сдаваться и отступать не буду! Я скорее их всех на ринге разорву! Всех до одного! На мелкие кусочки! Невзирая на силу и ранг!
Глыба льда в моем внутреннем мире довольно забурлила, фонтанируя энергией и наполняя мышцы силой.
Сдерживая кипящую в крови злость, я чуть не пропустил вопрос ведущего, готов ли к бою, только через пять секунд до меня наконец дошел смысл сказанного. Осталось сдержанно кивнуть.
Противники переглянулись.
На лице того, что помладше, появилась мимолетная улыбка. Вероятно, ему показалось, что я оробел от страха и буду легкой добычей. Второй же, намного старше первого, напротив, напрягся.
Я почувствовал, что у меня нет сил сдерживать бушующую внутри энергию, и воздух вокруг стал на несколько градусов холоднее. В этот момент раздался громкий звук гонга.
С ходу переместившись «шагом» за спину более молодого противника, я нанес ему мощный удар в затылок, и не ожидавший столь быстрой развязки боец отправился в нокаут.
Второй бросился на выручку своему товарищу, но, с ходу получив несколько мощных, пробивающих «щит» ударов по корпусу, разорвал дистанцию. К тому же он явно был очень опытным и успел быстро осознать, что остался со мной один на один.
Этот воин оказался хорош. Он довольно уверенно держал дистанцию, изредка пытаясь атаковать, а когда понял, что наши силы почти равны, попытался выжать из меня как можно больше духовной энергии с помощью неистовых атак. Несмотря на его яростные броски, хорошенько достать его мне все же не удалось.
После удара гонга боец разорвал дистанцию и, подхватив на плечо своего товарища, покинул ринг. Долго оставаться в одиночестве мне не позволили, и уже через секунду вакантные места заняла свежая пара воинов.
«Слава Спасителю, что эти ребята не чета более старшему бойцу, который недавно покинул ринг, – с облегчением подумал я, довольно уверенно сдерживая атаки бойцов. – Тот по силам был явно боевир, который почему-то носит кольцо воина. Видимо, его именно поэтому поставили в первую пару, чтобы не позорить воинскую гвардию равным боем со столь юным противником. Если бы не расслабленное поведение молодого парня из первой пары, вероятно, они вдвоем не оставили бы мне шансов. Надеюсь, после испытания им всем влетит!»
Подобные мысли меня хорошо воодушевили, и я довольно бодро встретил третью пару бойцов. Сражались они на уровне второй пары, на вполне комфортных скоростях, однако к концу третьей минуты поединка чуть не подловили меня, используя одну хитрую связку.
Благо подобные приемчики я хорошенько отработал в части Миробоя и поэтому, инстинктивно переместившись, вышел «шагом» из зоны поражения.
В сражении с четвертой парой мне приходилось сдерживать свои инстинкты и воздерживаться от атак. Ведь я понимал: когда в бой вступят боевиры, мне будет несладко, и к этому времени надо сэкономить как можно больше сил.
К сожалению, я оказался прав. Через пару секунд после появления на ринге боевира я пропустил парочку сильных ударов и начал судорожно перемещаться «шагом», пытаясь прийти в себя. Однако это почти не помогало…
Первый боевир был чертовски силен и мог как-то отслеживать точки моего перемещения. Несколько раз ему удалось не только пробить мой «щит воли», но и нанести сильные удары в область головы…
Моим серьезным бонусом против него было то, что я почти всегда сражался с противниками, которые намного превосходили меня по силам и по комплекции. Тот же Феофан в свое время совершенно не церемонился. Стоило хоть немного зазеваться, и – привет, мощнейшая плюха. Наверное, именно благодаря этому обстоятельству каким-то образом я сумел устоять на ногах после ударов, хоть в глазах периодически темнело…
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-144', c: 4, b: 144})
В определенный момент я осознал, что напротив меня находится совсем другой боевир, а я сам достаточно уверенно использую технику «пьяного мастера», которой меня обучал дед Тарас, и ухожу от ударов. Я шатался, словно пьяный в ноль человек, постоянно падал, поднимался, удалялся в сторону непонятной, заплетающейся походкой и снова падал, но при этом всегда уходил от разъяренного таким поведением бойца, вкладывающего в удары все силы.
Уйдя «шагом» от удара неизвестной площадной техники, я услышал звук гонга и удивленно замер.
«Я что, сумел? Мне удалось нагнуть всю воинскую гвардию и императора с наследником? Я победил, несмотря на испытания и сложности?!»
Я с удовольствием полюбовался на кислое и злое лицо последнего противника и понял, что это правда. Я – победил!
Однако облегчение оказалось временным.
Через пару мгновений я почувствовал дикую усталость. Видимо, адреналин, поддерживавший меня в тонусе, постепенно перестал вырабатываться в организме.
В глазах снова потемнело, легкие загорелись огнем, и я почувствовал неприятную боль во всем теле. Из разбитых носа и губ, рассеченных бровей и скул капала горячая кровь. Оказалось, что вся моя одежда насквозь промокла от пота! А руки от усталости и напряжения почти не поднимаются.
«Вот же пилки! – подумал с досадой. – А ведь еще недавно, тренируясь в части Миробоя, я мог не только свободно держаться против четырех пар воинов, но и побеждать их…»
А сейчас?.. Сейчас я победил только благодаря случайному навыку, полученному от деда Тараса.
– Дамы и господа! На ваших глазах боярич Иван Морозов заслужил право на ранг «боевир первой ступени»…
– Ну ты вообще даешь! – возбужденно бегал вокруг кушетки потрясенный Годимир. – И так их, и так! А первого как круто вырубил! Молодец, одним словом!
– Спасибо, – одними губами произнес я, чувствуя, как мои раны смазывают лечебными мазями.
Мое состояние было уже намного лучше, чем после боя. Хорошо, что сразу выпил три зелья.
– Я и не подозревал, что ты знаешь технику «пьяного мастера», – уважительно протянул Федот, наблюдавший за происходящим со стороны.
– Ну как знаю, – попытался пожать я плечами, да не удалось. – Просто ухватил кое-что. Лучше расскажи, что с Георгием?
Федот тут же помрачнел, а Годимир перестал бегать вокруг с довольным видом.
«Это он что, меня так от печальной новости отвлечь захотел?» – подумал я.
– Его тело нашли под обломками… – тихо сказал старший брат. – Отец проверил несколько раз… Георгий мертв…
Глава 2
Император Носирианской империи Изяслав IV неспешно открыл широкие створки деревянных окон, вдохнул свежий прохладный воздух, ворвавшийся на террасу, после чего накинул на плечи мягкий плед и привычно устроился в плетеном кресле.
Он расслабленно наблюдал за светлеющим небом Мариграда – столицы своего государства, – размышлял над планами, которые сегодня необходимо претворить в жизнь, и ожидал прихода специальной служанки, варившей восхитительный кофе…
Этот утренний ритуал император совершал уже долгие годы. Привычное занятие не только помогало настраиваться на рабочий лад, любуясь красивым синим небом, простирающимся над родным городом, но и позволяло спокойно, ни на что не отвлекаясь, насладиться вкусом любимого напитка.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-145', c: 4, b: 145})
Долго ждать не пришлось. Молчаливая тень скользнула на террасу, и ароматный запах кофе ударил в нос. Поставив резной поднос на журнальный столик, расположенный справа от императора, служанка, не сказав ни слова, вышла из помещения. Изяслав даже не пошевелился.
