— Альпердолион, — устав ржать, выдохнула я, — Теринчик, сладкой мой, и почему я раньше не знала, как этот эльфийский Запердюлинск называется?
— Как-как? — заинтересовался Иксион и прогарцевал к нам поближе, оставив попытки обнять на прощание Вальдора, которого Аннет отважно пыталась закрывать своей большой грудью.
— Как ты, Дуся, сказала?
— Запердюлинск, — повторила я.
Иксион встал на дыбы и заржал. Ну, точно конь ретивый. Вспугнул всех провожающих и отправляющихся. В зале наступила гробовая тишина.
— Дуся! — проржавшись, воскликнул кентавр, заключил меня в объятия и, не обращая внимания на мой протестующий визг, закружил, — такого я еще не слышал. По-разному мы это дивное название склоняли, но ты… вот что значит иномирское воспитание!
Не знаю, как там «по-разному» они это пердюльное королевство склоняли, но мне странно, что до такого простого искажения не додумались.
— Икси. Икси! ИКСИИИИИ! Отпусти меня немедленно, у меня голова кружится!
— И, правда, герцог, отпустите мою жену. Если она Вас тапком по лицу ударит, будет крайне неловко. Вам.
Кентавр вспомнил, с кем имеет дело и аккуратно поставил меня на пол.
— Спасибо, Иксиончик, — мурлыкнула я. — Так и на чем мы, дамы и господа, остановились?
«Дамы и господа» потихоньку пришли в себя и загалдели. Вальдор потребовал немедленно Иоханну найти для последних указаний. Аннет захлопотала возле носилок, на которых Шеоннеля устроили, а Саффа скромно стояла в сторонке и только нам — магам, было видно, что она сейчас ненавязчиво обвешивает Вальдора и Шеоннеля мощными щитами, каких лично я никогда в жизни не видела.
Одним словом, каждый был занят своим делом. Даже я. Ну, то есть я-то ничего такого особенного не делала. Я просто стояла рядом с Терином и время от времени бросала хмурые взгляды на Вальдора, который имел наглость отказаться взять меня с собой, заявив, что я своим поведением произведу неблагоприятное впечатление на Рахноэля.
Честно говоря, обижалась я просто так — для порядка, потому что понимала, что Вальдор прав. Поведение у меня не того… не для появления при дворе такого напыщенного и высокомерного типуса, каковым, несомненно, является эльфийский король. И только что своим идиотским гоготом над Альпердолионом я это в очередной раз доказала. А ведь на эльфийском языке Альпердолион означает — Волшебный сад танцующего тростника. Да, красиво, не спорю. Но для моего слуха это вовсе не волшебный сад, а вон чего. Кентаврами, как я поняла, звучание этого названия тоже как-то не очень благозвучно воспринимается. Интересно, как?
— Икси. Эй, Икси! — шепотом позвала я, не желая больше пугать народ и привлекать к себе внимание.
— Что?
Кентавр с сияющими глазками подошел ко мне. Хм, кажется, я этим «Запердюлинском» его вечную любовь заслужила. Он даже наклонился, подогнув передние ноги, чтобы мне удобнее было ему на ухо шептать.
— А в твоем языке с каким словом этот «запердон» созвучен?
Иксион хрюкнул и тихо произнес то самое слово. И я не выдержала. Опять заржала. И опять внимание к себе привлекла. Почти. Потому что в следующую минуту мой гогот был перекрыт громким возмущением в исполнении Лина.
— Это почему мне с вами нельзя? Я, может быть, хочу изучить эльфийское государство изнутри. Имею право! Не возьмете с собой, сам туда отправлюсь. Прямо сейчас!
— Что тебе взбрело в голову? — недовольно поинтересовался Вальдор. — Ни с того ни с сего, решил поближе познакомиться с эльфийской культурой?
— Да. Не тебе же одному эльфиек окучивать.
Да уж, оригинальное объяснение сынуля мой придумал. И в кого он такой дурак? Разве не видит, как Саффе от этого его заявления взбледнулось? Нет, конечно! Он же у нас типа герой, невесту свою бывшую в упор не замечает.
Зато Валь обратил внимание на реакцию Саффы, бросил неодобрительный взгляд на Лина и принял решение:
— Если согласен в качестве помощника Саффы к нам присоединиться, то милости прошу.
Лин на него как на врага вселенной вытаращился. Я думала, сейчас гадость какую-нибудь скажет и ни в какой Запердюлинск не полезет. Но нет. Состроил каменное выражение лица (ну вылитый Терин) и заявил:
— Согласен.
Ну вот! И с кем я буду в «дурака» играть, пока супруг мой в военном лагере прохлаждается?
— Ну что, готовы переместиться с ветерком? — весело спросил дед. Глаза у него блестели, и по всему было ясно, что он уже успел приложиться к стакану. Надеюсь, это было вино, а не гномья водка. А то телепортирует всю эту компанию в неведомые дали, и ищи-свищи их потом.
— Старый дурак, — сквозь зубы процедил Терин.
Я мило улыбнулась, даже не думая возражать против такого диагноза. Я бы тоже не прочь выругаться, как следует, на своего дедулю — алкаша несчастного! Понимает ведь, засранец такой, что никто, кроме него, не сможет переправить людей к эльфийской границе, и все равно напился!
Как только стало понятно, что Шеона надо срочно к эльфам доставить, Терин поднял на уши всех магов, пытаясь найти того, кто может телепортировать наших путешественников как можно ближе к Альпердолиону. Желательно прямо к границе. Но, увы, оказалось, что ориентиры местности, вблизи которой расположена пограничная эльфийская застава, знает только дед Мерлин. Пришлось по такому случаю отвлечь его от важного задания — охмурения Миларки Мурицийской — и вызвать в Зулкибар. А он и рад стараться — воспользовался моментом и напился! С Миларкой-то не попьянствуешь, а тут свободу почуял.
Саффа попыталась на него отрезвляющее заклинание наложить, но он отбился и строго погрозил ей пальцем.
— Может быть, отложим? — с сомнением поглядывая на пошатывающегося Мерлина, предложил Лин.
— Трусишка! — припечатал дед. — Это тебе точно не от нас досталось. От кого-то из Териновых предков ты трусость унаследовал.
— Спасибо, что не сказал, что это от меня, — отозвался Терин и набросил-таки на упрямого старика «отрезвляющее».
Мерлин смачно выругался, погрозил Терину своим волшебным ботинком и без предупреждения телепортировал Вальдора и его сопровождение.
Надеюсь, попали они куда надо.
* * *
— Граница там! — заявляет насильственно протрезвленный, а оттого мрачный Мерлин, тыкает пальцем в сторону леса и растворяется в воздухе.
Остается лишь поверить ему на слово. Поверить удается очень быстро, потому что из леса, ровно оттуда, куда указывал костлявый перст старого волшебника, появляется делегация, состоящая из шести недружелюбно настроенных эльфов.
Знаком велю бойцам поставить носилки к Шеоном на землю и приготовиться к обороне. Мало ли что. Лет так тридцать назад я был твердо убежден в том, что эльфы в большинстве своем — интересные дружелюбные и красивые существа (за исключением некоторых бойцов папиного элитного отряда). Сейчас я убежден в обратном. Лживые мерзкие жестокие твари. Хотя и красивые.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
