Читаем без скачивания Гремучие змеи океанов - Александр Павлов

По американским разведданным, в СССР было изготовлено 44 ракеты SS-N-7 в ядерном исполнении (по 4 на одну лодку) и 264 в обычном снаряжении, в том числе и практические, что составляет 3 полных боекомплекта.

Несмотря на то, что предполагаемые цели должны были быть крупными, на учениях бывали случаи, что ракеты, настроенные соответствующим образом, наводились на едва заметные объекты, типа якорной бочки, что было определенным недостатком (так называемая неизбирательность наведения). Надо лишь учесть, что основной впервые решаемой (и успешно решенной) проблемой в данном случае был все же подводный старт. Стрелять можно было с глубины до 30 метров, при скорости не выше 5,5 узлов, волнении моря не более 5 баллов, двумя залпами с минимальным интервалом.

Размещение контейнеров с ракетами вне прочного корпуса решило целый ряд проблем по обитаемости, безопасности применения и, думается, послужило в дальнейшем в качестве прототипа для проектирования всех ракетоносцев следующего поколения. Несомненной удачей было применение подводного старта. Американцы, оценив и спохватившись, только через 10 лет смогли ответить своим противокорабельным "Суб-Гарпуном".

Мореходность корабля неограниченная, автономность- 60 суток, максимальное время пребывания под водой с использованием всех средств регенерации 2000 часов. Экипаж- 86 человек, из которых 23 офицера, 33 мичмана, 6 старшин и 24 рядовых. На лодке были созданы достаточно комфортные условия при минимальных выделенных под жилье объемах, весь личный состав обеспечивался спальными местами, а для офицеров и старшин предусматривались одно – и двухместные каюты, а также кубрики. Кают-компании имелись как для офицеров, так и для рядового и старшинского состава. Конечно, все эти удобства условны, лодка в принципе не может быть просторной, но отсутствие недовольства обусловлено было еще и тем, что основную массу экипажей все еще составляли моряки, пришедшие с дизельного подводного флота, где условия быта были намного хуже.

Штурманское вооружение включало в себя неинерциальный навигационный комплекс "Сигма-670", перископ типа ПЗНС-10, приемоиндикаторы навигационных сигналов КПИ-4, КПФ-ЗК, КПФ-5, РС-1, пеленгатор "Весло-П". Имелась навигационная гидроакустическая система МГ-17, эхоледомер ЭЛ-2, эхолот НЭЛ-6, гирокомпас "Маяк-2", гироазимут типа 260М, магнитный компас КДЭ-П, лаг "Скиф", автопрокладчик курса "Сапфир". К средствам обнаружения относились РЛС типа РЛК-101, станция поиска МРП-10 "Залив-П" и станция опознавания "Хром-КМ". Управление боевыми средствами осуществлялось с помощью БИУС "Брест"

По сравнению с лодками первого поколения почти вдвое повышалась степень автоматизации управления оружием и техническими средствами: предусматривалось дистанционное и автоматическое управление подготовкой к стрельбе, движением лодки по глубине, курсу, стабилизацией на ходу и без хода, процессом погружения и всплытия, предотвращения аварийных дифферентов и провалов, а также всеми общекорабельными системами. Простота управления могла позволить иметь экипаж до 35-40 человек, но для этого нужна была бы профессиональная команда с соответствующей оплатой, что по советским порядкам являлось глупой фантазией. Лодка имела штатную стационарную электролизную установку для регенерации воздуха (на первых атомоходах ее не было), поэтому из отсеков убирались злосчастные регенерационные патроны, что сразу снизило возможность пожаров. Имелась система объемного фреонового пожаротушения, с включением как из местного, так и центрального поста.

МОДЕРНИЗАЦИИ И ПРОЕКТ 670М

Только к 70-м годам, в ходе получения и развития тактических приемов и опыта, были разработаны теория и практика непрерывного поддержания высокой боеготовности сил флота к немедленным действиям в сложных условиях в виде постоянной боевой службы. 670-е использовались как лодки слежения, действовавшие в активном противолодочном поле авианесущих групп. В этом случае, насколько может быть понятно, лодка легко обнаруживалась, после залпа имела уже мало шансов уйти безнаказанно, а развивать успех нужно было бы уже другими силами флота или же другими лодками, имеющими ракеты с большей дальностью. Но это все относится лишь к благоприятным условиям – когда нет шторма, большие глубины, идеальная гидрология. В противных случаях хозяйкой положения становилась наша ПЛАРК – в сильный ветер и шторм применение оружия с надводных кораблей очень ограничено, а авиация вовсе не летает.

Сильное охранение АУГ и вообще все возрастающие противолодочные возможности НАТО в середине 70-х годов заставили конструкторов искать способы повышения эффективности наших подводных лодок. На некоторых из них в середине 70-х годов гидроакустический комплекс МГК-100 "Керчь" был заменен на новейший МГК-400 "Рубикон", что в 8-9 раз повысило возможности обнаружения, слежения и целеуказания путем внедрения новой схемы двухканального пеленгования с электронным коммутатором, позволявшая исключить ошибки, связанные с асимметрией каналов. Были и другие плюсы: во – первых, за счет микромодульного исполнения вес и габариты его были еще меньшими, чем у "Керчи", во- вторых, обслуживание комплекса упростилось за счет того, что часть аппаратуры была размещена в герметичной капсуле. После такой модернизации на рубках лодок появлялись иллюминаторы – освободившиеся после демонтажа оборудования площади занимать было нечем и они использовались как курилки. На К-212 проходила испытания ГАС освещения обстановки в кормовых секторах, которая не оправдала возлагавшихся надежд…

Но одним из основных недостатков проекта 670 продолжала считаться небольшая дальность стрельбы ракет "Аметист". К тому времени разрабатывалось, и на вооружение было принято уже много новых систем, в числе которых дальноходные торпеды, крылатые ракеты и гидроакустические комплексы новых типов. Все эти достижения науки и техники было решено внедрять на подводные лодки, для чего была проведена модернизация проекта 670 с шифром "Чайка". Главным конструктором остался В.П. Воробьев, впоследствии его сменил Александр Георгиевич Лещев (до этого был первым заместителем главного конструктора).

Еще в 1962 году, получив положительные результаты при отработке подводного старта "Аметиста", ОКБ-52 выступило с идеей создания унифицированного комплекса "Малахит", как для подводных лодок, так и для надводных кораблей. С 1964 года началась разработка новой тактической ракеты 4К-85, причем предусматривалось, что пусковые установки подводных лодок должны обеспечивать старт и новых "Малахитов" и старых "Аметистов". Довольно смелым было решение летно-конструкторские испытания нового комплекса проводить прямо с построенной головной лодки.

В общем, и целом модернизация технических средств проекта 670 напоминала таковую на 671РТ, который с 1971 года начала строить верфь в Горьком. Прорабатывалась возможность установки торпедных аппаратов калибром 650 мм для дальноходных торпед типа 65-76, с дальностью хода в 50 км и два 533-мм ТА – при невозможности старта ракет (например, по условиям погоды) с таким вооружением можно было поражать противника на предельных дальностях. Но более длинные ракетные контейнеры, увеличение площадей для постов предстартовой подготовки ракет, стесненность жилых помещений, а самое главное – стремительный рост водоизмещения при минимуме модернизационного запаса не позволили этого сделать – в результате осталось такое же торпедное вооружение, как и на 670, а в появившемся еще одном носовом отсеке более рационально и просторно был размещен экипаж.

Новый ракетный комплекс П-120 "Малахит" (ОКБ-52, генеральный конструктор В.Н. Чело- мей) имел максимальную дальность стрельбы до 150 км. В апреле – декабре 1974 года с К- 452 во время испытаний было сделано 8 пусков ракет "Малахит", из которых половина признана удачными. Принципиальным отличием нового, более дальнобойного комплекса, было применение универсального твердотопливного стартового агрегата, пригодного как для "мокрого", так и для "сухого" старта. Для повышения помехозащищенности ракеты на конечном этапе наведения в "помощь" радиолокационной включалась головка инфракрасного наведения. Внедрялась цифровая вычислительная машина, при помощи которой производилась предстартовая проверка всех восьми ракет одновременно, что снижало время подготовки к залпу в 1,3 раза. Для надежности обеспечения стабилизации и одержания подводной лодки в период старта вводилось автоматическое программное управление по дифференту и глубине.

Кроме этого, устанавливался более совершенный ГАК "Рубикон" (МГК-400), который за счет инфразвуковых приемников при нормальных гидрологических условиях обеспечивал обнаружение на дальностях до 180 км (против 25 у "Керчи"), а с принятием в 1978 году на вооружение цифрового ГАК "Скат" (МГК-500) началась его установка на лодки этого проекта (на флоте их классифицируют как 670М-1 и даже 670М-1 В, но, похоже, что обозначения эти неофициальные). Решение многочисленных задач давала информация, поступавшая от четырех антенн, обеспечивающих круговой обзор в режиме шумопеленгования, независимое автоматическое обнаружение и сопровождение целей (по курсовому углу), эхолокацию (измерение расстояния), направленную кодовую связь и индикацию работающих гидролокаторов. Эффективность ГАК обуславливалась повышением мощности, переходом на низкие (инфразвуковые) рабочие частоты и многорежимностью (возможностью перенастройки). Несомненно, одним из минусов было то, что для уточнения расстояния до объекта приходи- пось демаскировать себя активной посылкой эхосигнала.